Начало

    В хрущёвской пятиэтажке жили два пенсионера. Летом часто общались, играя в домино в тесном дворе. Имели жён,  которых обожали, имели детей, но те выросли уже и разъехались искать судьбу. Один из этих персонажей, Иван Петрович, жилистый, ещё по-молодецки подвижный, пригласил как-то  Петра Ивановича, высокого роста и сгорбленного своего соседа, на рыбалку. Сам ей увлекался он с давних времён.  А Пётр Иванович не был увлечён рыбалкой, оттого удочек своих не имел. Но Иван Петрович обещал обеспечить его необходимой снастью. И вот они пошли утром к реке.  Иван Петрович размотал леску у удочек. Было солнечно. Река рябила. Старики расположились у воды с удобством. И стали смотреть на поплавки. Но те замерли, едва качаясь на ряби. И  дедам стало скучно. И затеяли они разговор. 
   - Твоя Зина фельдшером работала, - начал беседу Пётр Иванович. - Как бы ты спросил у неё, чем спину подлечить. Как дождь, так ломит. На погоду паразитка  откликается.
   - Так сам бы и спросил. Каждый день здороваетесь. Она, правда, не врач, но знает не меньше. Я её из Сочей привёз. Она там медичкой работала. А хочешь, пока не клюёт, расскажу, как познакомились? Забавный, скажу тебе, случай.
   - Расскажи, конечно.

   - Тогда слушай. Решил я в отпуск съездить в Сочи. Был молод, море ещё не видел. Захотелось поплавать в воде солёной. Еду, значит, в плацкарте. Стояли летние дни. Проехали уральские горы, все туннели.  Я тогда почувствовал, что стало жарко. Значит, думаю, скоро море. Но ещё сутки ехали. Когда подъезжали, стояла тёмная ночь. И тут слышу через открытое окно концерт лягушек. Вот диво, думаю. Ехали отчего-то медленно  последние километры. И всё время слышал за окном  кваканье. Верно, вдоль линии были болота.
   - А там, как раз, царевна - лягушка, твоя жена? – хихикнул Иван Петрович.
   - Не совсем угадал, соседушка. Проехали болота. Под утро увидел я Чёрное море. Полоску воды вдали. Вскоре в Сочи  прибыли. Выхожу я на перрон, осматриваюсь,  думаю, как же устроиться. Но подходит ко мне парень, моего возраста, предлагает мне очень удобное жильё.  И отвозит на легковушке в район, помню название - Мацеста. Там и устроил. За рубль в сутки. Это был так себе дом. Внутри его занавески  – вместо перегородок. За каждой тряпкой удобное жильё – кровать рублёвая. Никакой тумбочки. Хозяин дома – этот парень. Он и жена его спали в сарае. Это было понятно. Район Мацесты, скажу, живописный, вокруг, все в зелени, горы. Кстати, из-за гор солнце там рано вечером заходит. А когда тьма, то появляются светлячки. Мелькают туда-сюда. Но пахнет воздух сероводородом, и до моря ехать автобусом.   
   - Про жену-то что?
   - Сейчас про неё...  Короче, отдыхаю. Утром на автобус, и - к морю. Накупался  до одури. Жара стояла. После одиннадцати на пляже объявляли по репродуктору – больным и пожилым спрятаться в тень. А я жарился. Но вот как-то, пообедав в столовке, что у пляжа, наткнулся случайно на оздоровительный комплекс. От нечего делать записался на процедуры ванные. Направили, значит, в кабинку меня, а там ванна  наполнена чем-то, видно, оздоровительным. Дверей в кабине не было, только полиэтиленовая занавеска. Задёргиваюсь, оголяюсь и лежу. Вода тёпленькая. Я глаза закрыл, блаженствую. Но вдруг услышал шаги. Смотрю - стоит девушка. На лице улыбка. А я лежу на спине, как жареный поросёнок на витрине.
   «Как водичка?» – спрашивает она, продолжая мне улыбаться. «Хорошая…» - отвечаю, ладонями прикрывшись. « Ну и ладно, - ответила она, и добавила, - а раздеваться наголо  не нужно». Следующую процедуру принимал я, как положено – в плавках.  Она пришла, снова мне улыбаясь. Наверное, им положено улыбаться клиентам, но я подумал, что она вспомнила меня голого.  Поинтересовалась, значит, самочувствием, удобством, и вдруг спрашивает: « Откуда к нам прибыли?» 
   - Ей в тебе что-то, думаю, понравилось, когда увидела в первый раз, если заинтересовалась, - хмыкнул Иван Петрович.
   - Намекаешь, старый, а туда же, - огрызнулся Пётр Иванович. Слушай дальше. Короче, поговорили. Рассказал ей что-то о Сибири. Она, слушая, присела на табурет. В конце разговора я узнал, что она не замужняя, и пригласил её погулять вечером по аллеям. Она согласилась. Ходили, беседовали. На следующий вечер повторили прогулку. И так всю неделю. И, понимаешь, она мне с каждым разом нравилась всё больше. И я ей, значит, потому что согласилась поехать со мной в Сибирь. Вот оттуда корни нашей семьи. Судьба, короче… - Пётр Иванович задумался. 
   Поплавки, меж тем, дремали. Пётр Иванович предложил:
   – Так, может, и ты расскажешь про свою. Видная она у тебя женщина. Интересно, где такую отхватил? 
   - Могу рассказать. – Охотно согласился Иван Петрович. – Тем более, что удивительная  была история. Слушай.  Начну с того, что я рос без отца. Жил с матерью. Это в посёлке соседнем, ты там, вроде, бывал. Короче, мать меня растила. А замуж вышла, когда я уже вырос. Нашла алкаша, и сама стала пить с ним. Уходил я в армию злым, нахлебался,  решил не возвращаться.  И прибыл после армии сюда. Подумал, что мать, может, выгонит своего, тогда и перееду. Короче, купил газету с объявлениями. Сел в сквере, читаю, где работу дают с общежитием. И вижу, по скверу идёт девушка. Смотрю на неё, о газете своей забыл. А она прошла мимо, не глянув даже в мою сторону. Стало обидно. И тут вижу, навстречу ей мужики идут. Трое. Пошатываются: пьяные. И дорогу ей перегораживают. Она пытается обойти их, но бесполезно. Окружили, чуть не лапают. Вот  тут посмотрела она на меня. В глазах слёзы и просьба помочь.
   - Зинаида это была твоя, я понял. Помог?
   - А ты бы как? Я сразу оставил чемоданчик и, подойдя к мужикам, говорю: « Отцепитесь от девушки…». И что любопытно, так двое бугаёв отцепились, отошли, скандалить не захотели, но мелкий самый из них заорал: « Иди себе парень!» А дальше распоясался совсем, прёт на меня, приглашая кивком своих приятелей. Провокатор, короче. Психанул я, и дал ему крепко в челюсть. Вырубил – упал он и не шевелится. Кстати, в армии я боксировал.  Но когда он упал, его дружкам пришлось, естественно, вмешаться. Хорошо, что были  пьяны. И, похоже, как раз их развезло. Я одного не сильно так толкнул. А он, представь, завалился, и руку себе под голову положил. Может, уснул. Но третий вцепился в гимнастёрку мне, и дёрнул её вниз. Порвал напополам. Я ему по роже хлестнул ладонью.  Он на колени стал. Смотрю, ползает, и подняться не может. Тогда я отправился за чемоданчиком, чтобы сойти, так сказать, со сцены, не нарваться на милиционера. Гимнастёрка болтается, как крылья.  Девушка пошла за мной, ты представь. И предложила скрепить ткань гимнастёрки булавками. Достала их из сумочки. Только у неё не получилось. И тогда, покраснев заметно, предложила зайти к ней домой, сказала, живёт близко, а дома постарается зашить. Так познакомились. По пути я узнаю, что она учит ребят в начальной школе, недавно приехала в посёлок, имеет служебную комнату. Короче, пришли к ней, где она неплохо зашила всё. После пили чай и о чём-то беседовали. И вот уже много лет вместе. – Он ткнул сапогом в глину берега, как бы ставя точку рассказу.   
   Как по заказу, задёргался поплавок.  А другой и совсем утонул.  Старики занялись делом, ради которого пришли на реку.