Было и стало

                Полевая страна превратилась в лесную… Там, где были деревни, кустарник густой. Да и чувства мои средь безлюдья уснули, изменился на веки отлаженный строй. Трудно верить, но надобно всё-таки верить в то, что жизнь не вернётся на круги своя. Средь кустов поселились и змеи, и звери, а вот люди покинули эти края…
                Над Россией неслись вихрем смутные годы, навалившись, давили своей темнотой. Мы стремились вперёд, мы гордились свободой, окрылялись высокой мечтой.
                Но пошло всё не так, как хотелось вначале, жизнь ушла с этих мест и мечту унесла. И в лесной тишине глохнут звонкие дали. Березняк да осинник, и несть им числа. Всё похерили здесь, только камни построек, только ямы подвалов, заросших травой. Но остался лишь дух, что пронзительно стоек средь разора, что чувствовать нам не впервой. Глухомань здесь теперь и дорога заглохла и вернуться сюда, знать, не каждый мастак. Обелиск у дороги, уходит эпоха год за годом, как с неба слетает звезда.
                Не поверю, вернусь я к двадцатому веку, в ту деревню, где бегал по тропкам – босой. Я – пацан, был счастливым вполне человеком, я в лугах умывался медвяной росой. Пас у речки-беглянки колхозное стадо и душистое сено в сувалы сгребал… Жизнь в деревне была, мне казалось, как надо, и купание на речке, и сеновал…
                Что же стало потом? Я поехал учиться и столкнулся с эпохою с глазу на глаз. Жизнь одна, как закрытая сверху криница, а другая – парадная и на показ. Вроде всё хорошо, и бравурные марши, и отчёты героев о славных делах… Только я становился разумней и старше и почувствовал вдруг на себе удила.
                И сселяли деревни и о благе твердили. И крестьянина вон с обжитых деревень… И печальные мысли тогда приходили и неласковым был даже солнечный день. Деревень стало меньше в родимой округе. Всё что делалось раньше быльём поросло. Все теперь хитрецы – даже лучшие други развалить умудрились родное село. И урвать, и захапать, украсть втихомолку. На это не надо большого ума. Лишь простому крестьянину зубы на полку, а начальнику полнить свои закрома. И ему наплевать на закон, на Россию, и на то, что позорит родную страну. Он легко может выдать себя за мессию и свалить на своих подчинённых вину. Он легко может стать депутатом госдумы. И законы потом под себя принимать. Не с кайлом, не с лопатой, в обнимку с трибуной будет этот законник людей донимать…
                А в забытом краю только шишки на ёлке, по просёлку не едет никто, не идёт. Нет людей, но зато здесь встречаются волки… Цифровая эпоха выходит не в счёт. И усилья не в счёт, коль забросить успели, всё что создано было за тысячу лет. Нет понятной мечты, нет поставленной цели и любви на сейчас всеобъемлющей нет.