Данилина 4

    Глава 4



Почувствовав, как от страха трепещет маленькое тельце дочери, отец тихо спросил:
- Доченька, тебе кошмар приснился?
Данилина кивнула, размазывая слёзы по щекам.
- Расскажи, что тебя напугало, - мягко попросила мать.
Девочка помедлила, собираясь с духом, и прошептала:
- Что-то страшное навалилось на меня и стало душить… Я кричала и звала вас, но вы не слышали… Я еле вырвалась и прибежала к вам.
Отец крепко прижал дрожащую дочь к себе. После короткой паузы спросил:
- Ты видела, кто это был?
- Что-то чёрное и злое, - пролепетала она, поёжившись. - Можно я буду спать с вами? Я очень-очень боюсь его.
- Конечно, родная, - ответила мать, ласково проведя ладонью по щеке Данилины. - Не бойся, солнышко. Мы с папой ни за что не дадим тебя в обиду.
Она нежно поглаживала её по спине, пока дыхание девочки не стало ровным. Заметив, что Данилина уснула, отец осторожно подхватил её на руки, чтобы перенести в кроватку, но девочка, испугавшись, распахнула глаза и прошептала:
- Папочка, не надо… Я очень... очень боюсь темноты.
Отец замер, поражённый её признанием, и бережно опустил дочь обратно в их постель. Вскоре Данилина снова заснула, крепко прижавшись к отцу, словно в его объятиях искала спасение и защиту.
Утро разбудило её приглушёнными голосами с улицы. Выглянув на крыльцо, девочка увидела соседку, бабу Нюру. Она что-то оживлённо рассказывала матери, а вокруг неё, нахохлившись, чинно восседали куры. Казалось, они повсюду следовали за своей хозяйкой, становясь исключением лишь тогда, когда баба Нюра запирала их в сарае перед походом в магазин. К этой странной привычке давно все привыкли и не обращали особого внимания. Данилина примостилась на скамейке, с любопытством наблюдая за утренней сценой.
- Любаш, куры окаянные нонче несут как проклятые, девать некуда! - сокрушённо вздохнула баба Нюра.
- Так детям предложи, - посоветовала Любовь Михайловна, не отрываясь от работы. Нарвав свежей крапивы, она резала её в таз, смешивая с комбикормом.
- Да куда там! Нос воротят. Говорят, что свои не успевают съедать, - баба Нюра махнула рукой с досадой. - Любаш, отдам тебе за полцены, жалко ведь. У тебя ребятни вон сколько, мигом слопают. Да и не только в яичницу годятся, знаешь ведь. В тесто - самое то! Блины твои славные да салаты… Бери, говорю! Не выбрасывать же добро?!
- Да зачем же сразу выбрасывать-то, опомнись! - возмутилась Любаша. - Лучше кому-то отдать, кто нуждается. Как можно так с продуктами?!
Подумав немного, она махнула рукой и сдалась:
- Ладно, неси. Только деньги чуть позже отдам. До получки мужа потерпишь?
- Да что ты, что ты, - затараторила баба Нюра, заметно повеселев. - Сейчас, сейчас, всё, что есть, соберу - и к тебе.
Баба Нюра развернулась, и куры, словно по команде, потянулись за ней гуськом. Любаша усмехнулась, глядя на эту процессию. Заметив Данилину, она присела рядом и обняла дочь за плечи.
- Как спалось, звёздочка моя? Кошмары не мучили?
- Нет, мам. Спала хорошо.
Наклонившись ближе к матери, она прошептала ей:
- Я рядом с папой и мамой ничего не боюсь.
- Ну и славно, - Любаша ласково потрепала дочь по щеке. - Поможешь курочек покормить?!
Девочка радостно улыбнулась и кивнула головой.





        Продолжение следует