Чудной

Муж напевал песенку, с легкостью вспоминая слова. «Интересная вещь- музыкальная фраза. Её, обычно, помнишь бесконечно долго.  Вот стихотворную строку можно запросто забыть. Потом мучаешься, пытаешься вспомнить, а она, противная, никак не идет на ум. То ли дело мелодия. Можешь напеть то, что услышал лет тридцать назад. Ну, а если взяли за основу песни хорошие стихи, то вместе с музыкальными звуками вспоминаются и они. Слова вплетаются в мелодию, и память бережно хранит этот цельный двуязычный образ. Конечно, бывает, что хорошую музыку безжалостно портит, написанный специально для неё, текст...О чём песня и не вспомнишь! ... Но если композитору нравятся стихи, и он старается не испортить их своим «вторжением», то получается очень хорошо…
Вообще, когда существует текст, поэтический или прозаический, попытка донести до человечества своё индивидуальное понимание авторского замысла    очень часто бывает неудачной. Ведь немногие из слушателей, читателей и зрителей также, как и ты, воспринимают этот самый замысел... Но, «безумству храбрых поём мы славу» … Храбрые были, есть и будут! И, что самое удивительное, иногда их «безумство» совпадает с нашим… Вот тогда мы говорим: «Нравится» ...Наше «нравится» тоже может меняться. Чем больше мы смотрим, читаем, слушаем, чем больше узнаём о сокровищах, созданных человеческим гением, тем более определенное понимание того, что нам интересно и нужно, мы формируем... Наши знания ответственны за наше восприятие» …
Сашенька подошла к окну и улыбнулась сама себе. Песенка, которую напевал муж, ей нравилась. Нравилась мелодия, нравились слова. Вот она и задумалась, почему какую-то музыку приятно слушать, а иную просто невыносимо: хочется заткнуть уши и прекратить заунывный напев. «Да еще и слова бывают дурацкие …И всё это громко называется песней...Но, ведь кому-то эта песня нравится. Иначе её не пели бы ...Да! Вкусы у всех разные»-резюмировала она ...
 «Но какой-же другой «чудной» расстилаться будет ковром»- напевал муж...  Очень давно эту песню  о любви прекрасно пел Евгений Клячкин. О своей любви? Может быть и о своей тоже … «Нет светлей твоего окна, нет теплей твоего окна»... Написал слова Константин Кузьминский. И писал, конечно, о себе... «Разве станет другой «чудной» во дворе встречать Новый Год? Разве лучше тебе одной? Разве лучший тебя найдет?». Наверное, эти двое, композитор и поэт, прекрасно понимали друг друга. Во всяком случае, Клячкин написал много очень красивых песен на слова  Кузьминского. «Обними её крепче, туман, Загляни ей в глаза туман, Упади ей на плечи, туман, Обними, как меня обнимал» ...
Муж продолжал петь, Саша смотреть  в окно…  В её жизни тоже был такой «чудной». И теперь, взрослая и мудрая, она понимала, что большая честь и счастье быть «прекрасной дамой» и музой поэта…Всегда, когда она слышала песню о поэте, ночующем под окнами своей любимой, она вспоминала далекую уже, к сожалению, юность и высокого стройного юношу. ...
В те годы произошло объединение мужских и женских школ. Загадочные существа, называемые девчонками, из объектов изучения в процессе дворовых драк и игр, вдруг превратились для мальчиков в соучениц, с которыми можно было сидеть за одной партой, списывать домашние задания и, что греха таить, дергать за косички и ставить «подножки». А девочки, неожиданно для себя, осознали, что собственные братья, изученные «вдоль и поперёк» в результате необычайно тесных семейных контактов, существа той же породы, что и вновь приобретённые школьные соратники. С мальчишками можно дружить, соперничать, ругаться и мириться. Одним словом, вести интересную и насыщенную разнообразными событиями жизнь, которая впоследствии станет называться «чудесными школьными годами».
Для Саши обучение в школе совместно с мальчиками вообще не стало событием. Во-первых, у неё был брат-погодок, и дружба-вражда с ним. А во- вторых, с шести лет она училась в школе при консерватории, где мальчики всегда занимались вместе с девочками. Перелом руки, как предлог для освобождения от ограничивающих её девчачью свободу музыкальных оков, был воспринят Сашенькой с большим энтузиазмом. Подготовленная к кулачным боям, словесной полемике и другим видам борьбы с противником она приступила к обучению в обыкновенной районной школе. Помимо хорошей физической подготовки Саша могла «без принужденья в разговоре коснуться до всего слегка», так как очень много читала. В Сашином боевом послужном списке было много побед над превосходящим по числу войском мальчишек. То есть она одна, а нападающих воинов человека четыре. Саша не отступала никогда, чем завоевала в округе своеобразную славу. Совершенно прекратились драки после того, как, из-за прямого попадания в разгоряченное борьбой девичье тело вонючей дохлой крысы, ей пришлось ретироваться с поля боя в подъезд. Крысу удачно метнул кто-то из оппонентов. В данном случае был  использован «последний патрон», и такая победа дорогого стоила.  Противник, в данном случае отчаянная девчонка, явно заслуживал уважения. Любой бы бежал…Это понимали все…Почитание, на уровне дворового окружения, было заслужено...
В школе тоже быстро разобрались в Сашином бойцовом характере, и учителя стали подсаживать к ней на парту особо «отпетых». На перевоспитание... И сейчас Сашенька помнила выразительное лицо сорванца, носящего громкую княжескую фамилию. И тогда, и теперь ей кажется, что такие «штучные» фамилии просто так не даются... Возможно, и тот мальчишка был потомком знатного рода. Правда, «княжеские» гены совершенно не повлияли на черты его лица. Это теперь Саша понимает, что все подростки, причём обоего пола, как правило «гадкие утята». А вот потом… Красавцы и красавицы тоже были когда-то такими «утятами» … В процессе сидения за одной партой «перевоспитуемый» и воспитатель вполне нашли общий язык, «отпрыск» даже немного помягчал, оттаял и плавно перешёл в разряд друзей и защитников. Саша была ему очень благодарна за это... А ещё… Сашенька улыбнулась воспоминанию: она и сейчас использует этот «фирменный» взгляд, когда хочет выразить своё недовольство и возмущение. А тогда, сто лет назад, сидящий перед ней и чем-то мешающий товарищ вдруг стал подсчитывать громко, на весь класс: «Раз, два, три, четыре, пять» … «Ты что»-спросила она. «Ты подарила мне пять рублей: посмотрела пять раз. Ведь посмотришь рублем одаришь»-продемонстрировал тот свою эрудицию ... «Наверное уже миллион таких рублей мог бы насчитать мой любимый муж... Очень не нравятся ему эти мои «рублевые» взгляды»-подумала она…
Сашенька- девочка тогда вполне вписалась в новый коллектив, обзавелась друзьями и подругами… Прошло года два, и юный «фрукт» с кулаками и острым язычком превратился в симпатичную девушку, которая, при этом, прекрасно училась. На радость учителям. А вчерашние друзья-противники вдруг стали на голову выше девчонок, и над верхней губой у многих появился темный  пушок. Драки почти прекратились, и «свежеиспечённые» юноши, с большим удовольствием, стали провожать девочек домой, помогая нести тяжелые портфели… Саша и теперь помнила, как впервые обратила внимание на взгляд мальчишки, который перед длинными летними каникулами был самым маленьким в классе. Теперь на неё с восторгом смотрел темноволосый высокий молодой человек… Он писал стихи... А еще дурачился, дрался, таскал её портфель, старался исполнять все желания. Вообще, готов был на всё ради её улыбки и ласкового слова. Он подружился с Сашенькиным братом и мамой и стал в их доме абсолютно «своим»…
Ребята закончили школу. Многие поступили в институты. Поэт всегда был рядом с Сашей. Они учились в разных институтах, у каждого была своя студенческая жизнь. Но были вечера, были выходные, которые юноша всегда проводил с понятным одному ему смыслом: бродил под Сашенькиными окнами, дежурил у театров, проверяя, не нужно ли будет провожать девушку домой. Стоял в очередях за билетами на концерты выдающихся исполнителей. Вручая билеты говорил, что она может пойти на концерт с другом или подругой, а он будет ждать после концерта... Саша-девушка расцветала, окруженная восхищенным поклонением. Она привыкла к такому отношению.  Ей казалось, что так и должно быть: ведь это друг, рыцарь, поэт. Суровая мужская дружба именно так и должна выглядеть! …Если мама везла Сашеньку в Прибалтику, чтобы девушка могла отдохнуть на каникулах, никто не удивлялся, что через некоторое время на пляже появлялся и Поэт. Ведь его «Прекрасной даме» могла понадобиться помощь! ...Саша начала взрослую жизнь, осознавая, что ей поклоняются, посвящают стихи… И вообще, готовы расстилаться ковром, лишь бы Сашеньке, такой прекрасной и необыкновенной, было хорошо. Такое понимание себя давало большие преимущества. С детства она была достаточно самоуверенна, и восхищение рыцаря-поэта пало на благодатную почву. Теперь, даже если бы ей сказали, что она глупа и дурна собой, она бы не поверила. Саша вспомнила случай в метро…Она возвращалась из института.  Какой-то молодой мужчина настойчиво навязывал ей себя в друзья и поклонники… Девушка объяснила ему, что не хочет этого знакомства. «Ах… Если бы старый и плюгавый предложил вам познакомиться, открыв дверцу «шевроле», вы бы согласились»-возопил возмущенный поклонник. Сашенька спокойно посмотрела на наглеца и сказала: «Знаете, я предпочитаю машины марки «бьюик». «Приставала» от возмущения потерял дар речи. Потом последовала фраза: «С такой физиономией захотела бьюик»… Девушка расхохоталась. Инцидент был исчерпан. Мужчина ретировался, а Сашенька продолжила путь с осознанием собственной неотразимости…
Жизнь продолжалась. Друзья закончили институты. Саша вышла замуж. Среди гостей на свадьбе был и её Поэт.  Он подружился с мужем, познакомился с теми, с кем Саша дружила.  И по-прежнему всегда готов был помочь. Через некоторое время женился и он. Женой стала девушка, которой очень нужна была помощь. Она приехала в Москву, и ей негде было жить…Годы шли. Время от времени объявлялся Поэт, находя, каким -то образом Сашин телефон. А ведь она не один раз меняла адреса и телефоны. Поэт рассказывал о своей жизни и, если у Саши были какие-то трудности, старался помочь... Саша вздохнула и посмотрела на мужа. «Что-то очень давно она ничего не слышала о Поэте. Последний разговор был грустный. Старый друг жаловался на своих детей, здоровье… На жизнь…».
 
«А между тем была ведь Беатриче для Данте недоступной. Боже мой! Как я хотел бы испытать величье Любви неразделенной и смешной» …  Сашенька вспомнила стихи Ильи Сельвинского... «Неразделенная Любовь…Взаимность… Сколько прекрасных стихотворений породили сердечные муки великих поэтов! ...Поэты! Прекрасные, хрупкие, ранимые, талантливые! …ЧуднЫе! …Какая огромная сила заключена в стихах. Сколько поколений читателей восхищается воспетой ими любовью, её радостями и страданиями. Поэты  рассказали о прелестных чертах  своих «Прекрасных Дам», и их  героини будут теперь жить вечно! Они подарили им бессмертие»-думала она.  Саша много читала. Прочла и переписку Любови Дмитриевны Менделеевой и Александра Блока.  Поняла, что не всегда возведенные на пьедестал живые, из плоти и крови, влюбленные «Прекрасные Дамы» готовы были довольствоваться просто поклонением. В прелестных женских телах бились страстные сердца, бурлила горячая кровь, а в очаровательных головках жили мечты о счастливых семьях, о детском смехе…Такие же мечты, как и у остальных представительниц очень сильного, как показывает жизнь, «слабого» пола… 
А Судьба не всегда была благосклонна к поэтам. Стихотворения многих так и не увидели свет. Вот и её Поэт…Впрочем, может быть, она просто не знает его псевдоним…Саша с горечью подумала о тех талантах, которые были просто уничтожены. Уничтожены за слово, сказанное не так, как хотелось бы «интеллектуалам» от власти… Скольких травили и затравили нападками, пренебрежением, глумлением… Сколько поэтов, пишущих прекрасные стихи на родном, русском языке, вынуждены были уехать в другие страны. А там? Кому там нужны были блистательные рифмы, изощренные тонкости совершенного русского языка? Разве что, немногочисленным скитальцам, таким же отчаянным искателям своего места под солнцем...
«Тень ветвей на твоём лице, тень улыбки в твоих губах…Разве можно любовь лечить? Разве может помочь табак?» …Константин Кузьминский… Один из молодых поэтов, уехавший в Америку. Саша посмотрела документальный фильм о его жизни там, на другом контененте… Фильм Андрея Загданского  « Костя и Мышь». Костя...Блестяще эрудированный человек…Прямолинейный…Не такой, как все…Эпатажный и непредсказуемый…Чудной… Умевший создавать себе многочисленных врагов… Но и  верных друзей… Мышью поэт называл свою «Прекрасную даму». Она и вправду удивительная, его Дама. Преданная и верная… При всех очень непростых перипетиях их жизни. Настоящий Друг… И вовсе не статуя, которой поклоняются. Это она поклонялась его таланту...Кузьминский прожил в Америке сорок лет. Стихи? Писал…Они печатались крохотным тиражом. Их почти никто не читал… Но… Оторванный от Родины он создал труд, единственный в своем роде: антологию русского андеграунда «У  голубой лагуны»… Восемь томов…Умер поэт в предместье Нью-Йорка от остановки Сердца. В 2015 году. Ему было 75 лет… «Замерзают в тумане дома. То обманет, то манит туман…Тишина. И белёсая тьма…Ни тебя…Ни меня…Туман…».
К стихотворению Кузьминского «Туман» написал музыку тоже Евгений Клячкин. Получилась прекрасная песня. Клячкин замечательно её исполнял…Он вообще прекрасно пел. Музыку сочинял сам. Сначала песни были на слова других поэтов. Потом стал сочинять музыку к своим стихам... Клячкин уехал в Израиль  в 1990 году. По телевидению как-то показали его последний, перед отъездом, концерт. В том, что он говорил и как пел, чувствовалась боль, надрыв и растерянность. Человек уезжал в неизвестность, с корнем вырывая свою жизнь из привычной среды. Человек покидал Родину навсегда…Ведь тогда действительно уезжали только навсегда… В 1994 году Клячкин умер в Израиле... Утонул в море…У него тоже остановилось сердце. И было ему всего 60 лет»…
Муж напевал песенку Клячкина, услышанную давным -давно. Саша размышляла … «Прошло много лет. Песни Клячкина поют, стихи замечательных поэтов помнят, полотна художников хранят в музеях.... Люди все-же бессмертны…  Ведь каждый вносит вклад в сегодняшнюю жизнь землян. У каждого свой путь и свой уникальный дар...И неповторимая, чУдная душа… А души не умирают никогда …».