Человек на заре. Гл. 3

                Глава третья
                АГО ПРИНИМАЕТ РЕШЕНИЕ

   Прошагав через всё стойбище, предводитель охотников подошёл к самому его краю, где среди низких зарослей ютилось его скромное жилище, сооружённое из нескольких длинных жердин, приваленных к стволу большой пальмы, и накрытых сверху ворохом зелёных свежесрубленных веток. Рядом с этим убогим жилищем, в траве виднелись чёрные обугленные головешки - остатки костра, а неподалёку валялось несколько заготовленных для костра сухих веток и мелко переломанных сучьев. Подойдя к своему жилищу, Аго остановился, и некоторое время пристально на него смотрел, а затем со вздохом отвернулся, обогнул этот шалаш сбоку, молча уселся под большой пальмой, подобрав под себя ноги, и надолго задумался. Остальные охотники, шедшие вслед за ним, подойдя к пальме, уселись в кружок вокруг своего предводителя и, не сводя с него глаз, ждали, что же он предпримет в дальнейшем, так как единодушно считали его самым опытным и умудрённым жизнью, и во всём привыкли на него полагаться. Притащившаяся вслед за Эо самочка Илла скромно осталась стоять в сторонке, не приближаясь к сидящим под пальмой семерым охотникам.

                *   *   *

  Аго, уперев взор в землю, морща лоб, и изредка пожевывая губами, долго хранил молчание. Мыслительный процесс, даже для современного человека, - дело весьма нелёгкое, а что уж тогда говорить о том, чем он являлся для первобытного существа! Тем не менее, предводитель охотников всё же пришёл к какому-то решению, потому что его лоб неожиданно разгладился, а на губах мелькнуло что-то наподобие улыбки. Оглядев по очереди всех собравшихся вокруг него шестерых охотников, он резко оттолкнулся руками от земли и вскочил на ноги. Затем, вытянув ладонь туда, где находилось стойбище и хижина их вожака, он, свирепо кривя губы, громко произнёс: " Ахок - нух!", "Нух - Ахок!" Потом повернулся лицом к саванне, ударил себя кулаком в грудь, опять громко крикнул: "Ахок - нух!", после чего махнул рукой  в сторону уже постепенно начинавшего темнеть горизонта, и также громко добавил: "Аго - го!" Ещё раз оглядел сидящих под пальмой сородичей, и снова произнёс, ткнув пальцем в сторону саванны: "Аго - го! Аго - го!" Прекрасно понявшие его остальные охотники, разом забормотав каждый своё, один за другим поднялись на ноги, и снова уставились на своего предводителя, ожидая, что он предпримет дальше. А предводитель, отойдя от пальмы на несколько шагов, подошёл к остаткам потухшего костра, присел на корточки, и быстро принялся разгребать руками кучу золы, извлекая оттуда, и бросая рядом с собой на траву мелкие, обугленные остатки когда-то начисто обглоданных костей. Подошедшие вслед за ним к сгоревшему кострищу остальные охотники, сгрудившись вместе, с любопытством наблюдали за его действиями. Аго, достав из-под потухших углей несколько костей, уложил их справа от себя на траву. Затем встал на ноги, наклонился над заготовленными для костра сухими ветками, вытащил самую длинную из них, и своими крепкими пальцами переломал  её на несколько коротких палочек, которые также сложил небольшой кучкой, на этот раз слева. Шестеро охотников, разинув от удивления рты, продолжали наблюдать за всеми его непонятными действиями. Но, впрочем, через какие-то мгновения всё разъяснилось...

                *   *   *