Любовь в долг - главы III, IV

Предупреждение: произведение содержит описание нетрадиционных отношений.

***

III

Наступило утро.
Будильник своей громкой мелодией дал знать, что пора подниматься с постели и вершить дела. Я с трудом приподнялся и выключил «кричащее устройство».
- Орёт как резанный!
Утренний свет солнца нагло пробивался через небольшое пространство, оставленное закрытыми шторами.
"Что ж, надо вставать".
Тут я вспомнил ночь и невольно обернулся на парня, который всё ещё спал за моей спиной. Его с ног до головы прикрывало одеяло. Я же поднялся с кровати.
"Пусть поспит. Что сегодня? Суббота. Учёба? К чёрту учёбу", - с этой мыслью я подошёл к комоду и вытащил из него спортивные штаны и футболку. Оделся.
Отметив, что позывы в туалет меня с утра не беспокоят, как ни странно, я отправился прямиком на кухню, минуя уборную комнату.
"Чтобы в рот закинуть? Картошки? Хотя… у меня же суп грибной ещё в холодильнике есть", - подумал про суп, но поставил чайник на конфорку.
Плита у меня электрическая. Я давно заменил газовую  плиту, сразу после того, как был очевидцем взрывов.
"Очевидцем взрывов по телевизору, Артём. Так и говори, не ставь из себя всевидящее око"! Проблем с соседями, конечно, поднабралось на счёт газа. Как вспомню, так трясёт!
- Такс… к чёрту суп. Чаю попью. Попьём.
Я достал печенье. Оно мне не особо нравится, но в нём есть одно преимущество – нет начинки. Кинув пакет с печеньем на стол, я ловко поставил чашки и насыпал заварку. Неожиданно, в моей памяти всплыли картины нынешней ночи.
"Здорово было. Наверное, не только мне. Макс тоже получил удовольствие…  А что теперь? Отпустить его домой и сесть за телевизор - растить живот, вот что! Или же? Двенадцать тысяч и одна ночь – неравная мерка, доли не одинаковые", - я присел на стул и продолжил про себя рассуждать:
"Ничего о сроках я Максу не говорил. Может быть, использовать этот аргумент против него? А там деньгами помогу и он…", - мои мысли оборвал шум, исходящий из коридора.
- Максим? Бегом сюда! – сразу отозвался я.
И тут же послышались шаги. Макс, уже одетый и даже причёсанный, появился на кухне. Опять скованный.
- Привет.
"Уже при параде".
- Привет. Давай за стол. Поешь, силы восстановишь! – я встал, приглашая его сесть, - не стесняйся, проходи.
Максик хотел сначала отказаться – это я заметил по его выражению лица, но всё-таки сел за стол.
- Как спалось? – начал я беседу, - не холодно было?
Ребёнок улыбнулся мне:
-Нет.
Я ответил на его улыбку:
- Я рад. Ты ешь, не смотри на меня, - я сел напротив Максима.
Макс нерешительно взял одно печенье и принялся его жевать.
Пронаблюдав за его действиями, я решил начать разговор с той темы, которая волновала меня сейчас больше всего.
- Макс, скажи мне, как у тебя ситуация складывается с деньгами? Ты постоянно приходишь ко мне и я просто не могу не давать тебе их. Но твоё материальное положение заставляет меня беспокоиться о тебе. Я знаю, что у тебя есть родители и…
- Нет, - он оборвал меня.
Я был потрясён.
- Как нет? Ты же сказал тогда…
Это "тогда" было в тот самый раз, когда он попросил у меня деньги впервые. А случилось это примерно четыре месяца назад. Надо же, как быстро бежит время!
- Я солгал, - парень опустил глаза, – для меня родитель это мой брат. Он высылает мне деньги на учебу столько, сколько позволяет ему доход. Он недавно устроился на работу в другом городе, там, где и учился. Остальное я вынужден просить.
- Надеюсь, ты только у меня берёшь в долг деньги и продукты? – осторожно спросил я.
- Нет…
"Что? Он шутит? Интересно, сколько он должен остальным?"
- И сколько ты должен денег остальным "спонсорам?"
Макс посмотрел на меня довольно серьёзно, даже со злостью. Наверное, его задело слово "спонсоры".
- Я им всё отдал. Только Вы остались, - он взял ещё одно печенье.
"Вы? Когда мы перешли на Вы? Или перешли? Не помню уже», - я был обескуражен, но продолжил.
- Ты брал больше, но осталось ещё. Двенадцать тысяч остатка, как ты понимаешь, не маленькая сумма. Даже… - я осёкся.
"Даже шлюхи не получают двенадцать тысяч за ночь", - закончил я фразу про себя. Макс вопросительно посмотрел на меня. Я вынужден был что-то сказать в продолжение фразы.
- Даже я столько не беру в долг со своей заработной платой. А у меня оклад – пятьдесят тысяч. Ты так рискуешь, Макс. Не отдашь – избить могут, подать на тебя в суд. Да убить могут, ядрена вошь!
- А что делать?
- Брось учёбу! Пойди, устройся на работу, как накопишь достаточную сумму, так и поступай в институт!
- Нет! Я же уже поступил, как я уйду? Да и Женька меня убьет!
- Какой Женька?
- Брат мой, я же говорю, что он сейчас мой родитель.
- Да ты сам можешь быть себе родителем! Ты же не ребёнок!
- Да? Только он так не считает.
"Я тоже".
- И с какого перепуга он тебя вдруг убьет? Он старше тебя?
- Да.
- И?
- Ну что "и"? Разве ты не понимаешь, я от него всё равно завишу!
Мы оба начинали злиться. Атмосфера накалялась.
- Ты его не знаешь, - Максим отодвинул чашку с чаем, - он последние деньги отдал для того, чтобы я поступил. Я не могу его подвести!
"Смотри, какая птица высокого полёта этот брат!"
Несмотря на то, что я ни разу его не видел, я чувствовал, что начинаю его ненавидеть.
- А он знает, что тебе денег не хватает?!
- Да…
"Вот братишка! Дал денег – Максим поступил, а теперь пусть как хочет, так и держится. Но главное, чтобы ему было хорошо – козлу. Да грош цена такой помощи! А может я ничего не понимаю в этом. И не мне судить"
- И знает, что…
- Всё он знает! Я просто обязан держаться в институте! – парень уже кричал.
Меня тоже трясло от злости и несправедливости. Неужели, он сам не понимает, что защищает эгоиста?
- Ничего ты не обязан и никому! Если денег нет, то тебе не только учиться не на что…
- Есть на что! – он оборвал меня.
- Нет! Тебе и есть не на что! – я привстал.
- Главное – учёба! Главное, что брат знает, что я учусь!
- Да? А он знает, что долги ты отдаёшь в постели, как дешёвая подстилка? - выкрикнул я в сердцах.
Наступила тишина. У меня возникло такое чувство, что мир сошёлся только на мне и Максе. Ничего вокруг нас нет.
Макс был ошеломлён. Слова, которые он готовил, застыли у него на губах. Он посмотрел на меня таким диким взглядом, будто готовился меня ударить. Но через некоторое время он сказал:
- Да что ты знаешь обо мне? И… как смеешь говорить такое? Это было твоё гадкое условие! Разве у меня был выбор? – с этими словами из его глаз потекли слёзы, которые до этого парень сдерживал.
Затем Макс повернулся и быстро выбежал прочь с кухни.
"А он прав! Так! Похоже, взболтнул лишнего. Язык – враг мой! Быстро за ним!" - с этими мыслями я рванул за парнем.
 - Макс! – я прошёл в зал, - Макс, прости!
Я увидел его сидящим в кресле.
"Слава Богу, сел".
Я осторожно подошёл к мальчишке и присел перед ним так, чтобы наши лица находились на одном уровне. Он даже не посмотрел на меня, будто меня и не было в зале. Его взгляд устремился чётко перед собой. Слёзы лились по щекам. Чувствовалось его внутреннее напряжение - руки зажаты в коленях, ноги сомкнуты.
- Макс, ну не то я хотел сказать, - неожиданно я успокоился, злость больше не владела мной, - я ведь за тебя беспокоюсь. Ты тут, в Москве, брат – в другом городе. Он понятия не имеет, как тебе тут приходится, а ты…
- Прекрати!- он крикнул это так громко, что я невольно вздрогнул, но парнишка тут же обнял меня за плечи.
"Что это с ним?" - я перестал что-либо понимать в этой  ситуации.
Я замер. А он начал шептать:
- Спасибо, Вам. Благодаря Вашей помощи я до сих пор в институте и хоть что-то, но ем. Брат, действительно, ничего не знает о моём материальном положении. Я боюсь ему даже сказать о своих долгах. На самом деле, я ненавижу Женьку.
Он злой человек, Вы были правы. Просто моя принципиальность не даёт мне встать на Вашу  позицию. Но для меня учёба – единственный источник дохода в будущем и сейчас немного. Я получаю стипендию размером в семьсот рублей. Конечно, этого мало для того, чтобы жить хорошо. Вот я и вынужден что-то брать в долг. И если бы не Вы, - он отстранился, вытер слёзы и, оставив свой взгляд на моём взгляде, продолжил мысль, - я давно бы сдался.
Я смотрел на него и не верил своим ушам! Что он такое говорит? Как это – "сдался?" Макс продолжил, оборвав мои мысли.
- Вы были для меня примером всё это время. Я хотел и хочу стать таким же, как Вы, Артём – сильным, уверенным в себе, независимым. И я шёл к этой цели и иду. И мой дом здесь – в Москве, как и Ваш, - он сглотнул, - кто мог предположить, что через два года родители разобьются на машине, а мне придётся почти бедствовать и влезать в долги. И… я ни у кого не брал в долг денег, только у Вас. Я солгал, - Макс смотрел на меня очень серьёзно и проговорил всё это без доли сомнения в своих словах.
"Неужели, не только я заметил его, но и он меня? Неужели, уважает? Не знаю. А как же… Господи, запутался я!"
- Простите, я пойду, - он привстал.
Я отпрянул. Его слова до сих  пор отвлекали моё сознание. Я даже не заметил, что в ответ на его признания, промолчал.
- Конечно, иди, - мы оба встали и направились в прихожую комнату, - если что, заходи.
"Что за слова, Артём?"
Я пошёл вслед за ним, Макс начал обуваться. Я тихо наблюдал. Затем он подошёл к двери и посмотрел на меня. Я понял, что должен открыть ему дверь.
- Ах, да, - я всё ещё был в каком-то ступоре от услышанных слов.
Подойдя к двери, я повернул ручку и толкнул дверь вперёд. Макс снова посмотрел на меня и вышел. Дверь он прикрыл сам.
Слова, сказанные этим ребёнком, были настолько серьезными, что кто скажи мне, что это детский лепет, я бы без сожаления дал ему в глаз!
Я прошёл в кухню и сел.
"Неужели я вселял ему уважение, силу и уверенность в себе? В то время, когда он был мне не безразличен, он тоже питал ко мне симпатию. Я не заметил этого! Кто знает, может быть, он видел во мне отца? Хотя… какого на хрен отца? Интересно, а может ли доверие быть разрушено близостью? А если я ему был, действительно, как отец, тогда какие чувства он испытывал ко мне этой ночью?
Доверие увеличивается по мере того, как  мы готовы раскрыть душу перед человеком. Сначала душу. Окончательная точка для безоговорочного  доверия – тело. Но Максим не хотел этой близости, что произошла этой ночью. Это я заставил его. Он сделал это от безысходности. Или нет? Ведь выбор есть всегда. Он мог и не прийти. Нет, он слишком неуверен в себе, чтобы игнорировать слова других людей.
Поверил ли он мне окончательно или же стал ненавидеть? Уважение и ненависть, как известно, находятся на одном эмоциональном уровне. Куда качнулись стрелки весов? В сторону уважения или в сторону ненависти? Посмотрим. Время покажет.
В конце концов, это был его выбор. А мои условия… Но он принял их – значит, поверил мне. И как результат – доверяет", - с этими мыслями я и не заметил, как съел полпачки печенья, а небо затянуло тучами, в преддверии дождя.



IV

Сегодня после работы я пришёл домой довольно бодрым. На пороге, перед моей дверью, я увидел мужчину. Так… это же Сергей.
Сергей Петрович – мой самый лучший друг. Он занимается опасным делом – несёт службу. Ко мне он приезжает раз в три месяца, говорит, от скуки. Детство мы прожили рядом и знаем друг друга как братья. Он всего лишь на год старше меня. Я уважаю его открытость и честность.
Обнявшись на пороге моей квартиры и произнося в адрес друг друга несколько приветственных слов, мы прошли в квартиру.
- Давай на кухню, чай будем гонять, - предложил я.
- Не откажусь. Но был бы коньячок. Нет, не надо чай, спасибо, братец. Я ненадолго, - Сергей сел.
- Как хочешь!
- Как у тебя с работой? - начал он.
Он при каждой нашей встрече произносит эту фразу самой первой.
- Да, всё отлично. Заработную плату выдают вовремя, ребята способные. Занятия им нравятся.
- Ясно, ясно, - он кашлянул, - а я всё долг родине отдаю.
- Да пора отдать уже, - я решил его подколоть.
- Ну, тебя, скажешь тоже!
- Ну-ну.
- А ты не "нукай", а мне верь.
Мы засмеялись.
Наш смех оборвал стук в дверь. Робкий. «Максим!» - я даже не предположил, а знал это наверняка. Так тихо стучит только он. Я пулей вылетел с кухни, чем очень удивил Сергея. Да и себя тоже. Пройдя в коридор, быстро открыл дверь в квартиру.
- Спроси, кто там, Тёма! - послышалось с кухни.
Но было поздно, я уже открыл дверь. Передо мной, действительно, стоял Макс.
- Привет.
- Привет, проходи.
- Нет, — он заколебался, - я деньги принёс.
Я удивился.
«Неужели он думает, что всё ещё должен мне их? А ночь для чего была? Ладно, позже об этом поговорим».
Я всё же хотел, чтобы он остался, и решил настоять на этом:
- Это хорошо. Всё равно, заходи.
Он нерешительно зашёл, посмотрел на меня и начал разуваться. Я закрыл дверь и заметил, что Максим направился в зал. «И нам надо туда идти».
- Ты что там? Сыном обзавёлся? - Сергей засмеялся.
- Пошли в зал! - я проигнорировал его вопрос.
- Да, не ори ты! Не глухой я ещё.
Мы с ним зашли в зал. Максим уже сидел на кресле, мы же сели напротив него на диване.
Это по особенностям моего интерьера так получалось, а не моя прихоть, чтобы пялиться на Макса.
- Сейчас Макс, — так я ему сообщил, что когда Сергей уйдёт.
Теперь я надеялся как можно быстрее прогнать друга, так как даже общение с ним не заменит мне общения с Максом.
- Здравствуй, браток, — сказал Сергей, обращаясь к парню.
- Здравствуйте.
- А, - Сергей перевёл взгляд на меня, - друг мой любезный. У меня пуговица на пиджаке, сволочь такая, оторвалась. Нет ли у тебя какой-нибудь похожей на такую пуговицы? — он показал мне оставшиеся пуговицы на пиджаке.
Честно сказать, я точно не знал, есть ли у меня такие пуговицы. Но так как я нашёл способ остаться с Максимом хоть на минуту, я всё-таки ответил ему:
- Есть что-то. Пойди в комоде посмотри, - Сергей встал, - в той вон комнате, - я указал на спальню взглядом. - Там в мешке должны быть пуговицы.
- Нет проблем, — с этими словами он удалился в комнату.
Я тут же резко приблизился к Максу и присел на корточки перед ним.
- Ты куда пропал?! - я обнял его.
Макс тут же вздрогнул от неожиданности, и в его глазах я прочитал испуг.
- Прости, - я убрал руки, но продолжил сидеть перед ним. - Ничего не слышно о тебе.
"А ты хотел слышать?"
- Учился я… Странный твой друг.
- Хороший мужик, ты просто его не знаешь. Завтра он в Ульяновск возвращается.
- Ну и хорошо.
- Почему? – опешил я.
- Просто…
- Останешься? – неожиданно спросил я.
"Останься, Макс!"
- Не знаю. А вдруг…
- Не трону! – оборвал я его.
Парень посмотрел на меня серьёзно.
- Я не это хотел сказать.
«Идиот ты, Артём!»
Тут же я услышал, что Сергей возвращается из спальни, явно довольный находкой.
"Уже прётся!" - я сел обратно в кресло, будто бы так и сидел. Но взгляд оставил на Максе – ждал ответа.
- Вот! Нашёл я пуговицу, - он зашёл в зал, повертел эту самую пуговицу перед моим носом и опустился на диван. – Зашью, и будет всё хорошо опять!
Тут же он уставился на Максима, явно желая что-то спросить.
"Надо куда-то Максима деть, а то Серёжка его достанет своими разговорами".
И тут мне пришла идея. Он же деньги принёс, пусть он отнесёт их.
- Макс, можешь отнести… пакет в ту комнату, из которой вышел Сергей.
"Не про деньги же говорить при посторонних. Хоть и Сергей для меня не является таковым, всё же, я не хочу ставить парнишку в неловкое положение. Тем более, он держал в руке пакет. И никто не подумает, деньги у него там или что-то ещё".
- Ладно, - он направился в спальню.
Мы проводили его взглядом.
- Что за девка? – спросил шепотом Серёжа.
"Девка?"
- Где?
Сергей указал взглядом на дверь спальни.
- Пошёл ты! Сам ты девка! – я разозлился.
- Ой-ой! Признавайся, давай, - он улыбался.
Сергей знал о моих сексуальных предпочтениях.
"Тебе что за дело? Любопытный, какой!"
- Хватит тебе!
- Да, ладно ты! Я бы сам его затащил в постель. Да прямо сейчас! – он сделал вид, что начал снимать пиджак.
- Убью! – сказал я грубо и показал для достоверности кулак.
- Понял, - он стал серьёзным.
- Давай уже уходи. Поздно уже.
Макс вышел из спальни и остался стоять возле двери. Пакета в руках не было. "Неужели, решил остаться со мной?"
- Положил? – спросил я его, вставая.
- Да.
- Вот и хорошо. А Сергей… Сергей Петрович, уже покидает нас, - я взял того за локоть, тем самым  заставляя встать.
Друг не стал сопротивляться.
- Да, мне пора, юноша. Ещё увидимся, - он подмигнул Максу и направился в коридор.
"Он, конечно, хороший друг, но иногда бывает таким скотиной!"
- Иди уже! – я "наигранно" улыбнулся и направился за ним, чтобы закрыть дверь.
Сергей обулся, я же открыл ему дверь.
- Давай, заезжай ещё.
- Конечно. Да, я ещё неделю у тёти Лизы буду. Зайду, - он улыбнулся.
- Вот и славно.
"Вали уже!" - моё терпение готово было махнуть мне рукой.
- Ну, пошёл я.
Сергей повернулся, чтобы выйти, но неожиданно развернулся ко мне и тихо спросил:
- Парень хорошо берёт, а?
- Рот закрой! – сказал я, довольно громко.
- Ушёл, - он засмеялся и вышел.
Я захлопнул дверь.
"Что он себе позволяет? Козёл!"
Я вздохнул, чтобы снять напряжение и вернулся в зал.
- Тупой он, - сказал Максим.
"Может быть".
Я остановился перед ним. Только сейчас заметил, как стильно он был одет: шёлковая темно-синяя рубашка, чёрные джинсы, наверняка ещё, с заниженной талией. На шее всё та же цепь, что была у него в первую ночь нашего… просто нашего общения.
- Что? – Максим смутился.
Наверное, я осматривал его достаточно долго.
- Хорошо выглядишь, - я подошёл к нему.
- Спасибо.
Тут я вспомнил о нашем недавнем разговоре, насчёт проживания Макса здесь. И решил узнать, что он об этом думает.
- Не хочешь жить здесь со мной?
- Зачем? – он удивился.
"Ну и что ты скажешь ему, извращенец старый?"
- Я думаю, что вдвоём будет веселее.  А тебе помогу в квартире ремонт сделать.
Квартира Максимки действительно нуждалась в срочном ремонте. Я был там, когда устанавливал себе электрическую плиту.
- Правда?
- Ну не кривда же?
- Ну… - парень зажался, но я видел, что он готов согласиться.
- Ну?
- Ладно. Спасибо.
- Я ещё ничего не сделал.
Моё сердце готово было выпрыгнуть из груди, то ли от волнения, то ли от радости! Но тут я почувствовал, что начинаю желать этого ребёнка.
Образовалась неловкая тишина. Максим осмотрелся.
- Я там деньги принёс, сколько нашёл.
- Да, кстати о них. Ну, зачем они мне? Ты мне уже ничего не должен.
- Как?
- Ну, вот так. Можешь их оставить у меня, потом они тебе ещё понадобятся, ок?
Парень кивнул в знак согласия.
- Такс, ты давай за вещами сходи. А потом прибегай и на кухню есть, а я в душ.
- Ладно.
Мы разошлись. 
"Здорово! Максим всё-таки согласился жить со мной. Теперь, главное не подорвать его доверие ко мне. Хватит лезть к нему с тупыми желаниями! И вовсе они не тупые! – говорила как бы вторая половинка моей души. Ну и что? Всё равно заканчивать надо! Обязательно, научу его драться и будет есть у меня больше. Господи, неужели начинают сбываться мои мечты о совместном проживании с тобой, Макс? Не верю, не верю".
Пока я мылся, слышал как входная дверь в квартиру открылась - парень вернулся с вещами.
Выйдя из душа, Максима на кухне я не застал. Погасив свет в туалете и прихожей, я прошёл в зал, но и тут его не было. "Неужели в спальне?" - я улыбнулся. Подтянув боксёры, я приоткрыл дверь спальни и в темноте различил его силуэт.
- А ты почему в темноте сидишь?
- Я не нашёл выключатель.
Я удивился.
- Спросил бы…
 "Ты, Артём, чего мелишь? Ложись и закрой рот уже!"
Я опустился на кровать. Максим отложил журнал в сторону и посмотрел на меня. Я же лёг на постель и закинул руки за голову.
- Эх…
- Ты чего? – Максим удивился.
- Завтра на работу рано вставать.
- Да? А я уже сессию закрыл. Теперь каникулы у нас, с послезавтрашнего дня.
- Ты молодец, - я уставился в потолок, - а мне отпуск надо брать. Надоело всё.
- Почему раньше не взял?
- Не хотел, как-то.
Парень осмотрелся.
- Ты не ел?
- Не хочу.
- Ладно, ложись спать. Я в зале постелю себе.
- Ты? Пойдёшь в зал?
Я встал.
- Ну да. А что?
- Я думал… там буду спать я.
- Нет, конечно! Давай ложись.
Я прошёл в зал и быстро расстелил диван. За всем этим процессом мальчишка наблюдал из спальни.
Зачем я сам напросился в зал? Искушение. Оно было постоянным и слишком велико. Закончив с "будущей постелью", я лёг. Но тут же посмотрел на Максима, в его взгляде читалось удивление.
- Что с тобой?
- Ничего.
- Точно?
- Да.
- Ну… тогда давай спать?
- Ага. Спокойной ночи.
- Спокойной.
Парень осторожно встал и легонько прикрыл дверь в спальню.
Меня очаровывала его простота и неискушённость. Он слишком молод. Что касается нашей ночи… Наверное, я и даже он предпочли о ней забыть. Ведь ничего плохого не произошло. По крайней мере для меня.



P.S. Продолжение следует.