Прыжок

      Кризис среднего возраста подкатил неожиданно. В понедельник, после работы, заехал в супермаркет купить продукты по списку жены. Я выходил из супермаркета с тяжёлыми пакетами, когда увидел его на парковке возле своей машины.
   - Помочь? - спросил Кризис, облокотившись на багажник.
   - Ну помоги, - протянул ему пакеты.
   - Так и знал, что ты тупой! - засмеялся Кризис. - Я же бесплотный, только в голове твоей существую, - утирал он тыльной стороной ладони выступившие слёзы.
   - Ладно бесплотный, садись. Дочку с тренировки нужно ещё забрать, - молча сказал я, загрузив продукты в багажник.
   - Как дела, как сам? - спросил Кризис, усевшись на пассажирское сиденье.
   - А то не знаешь? - ехидно улыбнулся я. - Работа, дом, семья…
   - Дом, семья, работа… - продолжил Кризис. - И всё?
   - В смысле всё? - удивился я. - Дерево посадил, дом построил, даже два! Сына нет, зато прекрасные дочки, опять же в двух экземплярах! И вообще, чё так рано припёрся, мне до сорока ещё два года! - раздражённо сказал я.
   - Вот именно. До сорока ещё два года, а ты уже в рутине погряз. «Семья, дом, работа», - скривился он. - А как же сумасшедшие поступки! Вспомни каким ты был раньше! Как тебя ревнивый муж, чуть не застрелил, застав со своей женой. Как кутил в Ялте на последние. Как контрабандным польским ликёром с таксистом расплачивался ночью, потому что денег ни копейки не было, чтобы домой добраться. А теперь что, остепенился? Тьфу, смотреть противно! - плюнул Кризис в закрытое окно.
   - Зато живой ещё и в тюрьму не попал ни разу! - сказал я. - Хотя варианты были. И вообще - меня всё устраивает. Уходи!
    -  Ага щаз, разбежался прям! Позже поговорим, я к тебе надолго теперь, - сказал Кризис и скрылся в подсознании.
   Вечером супруга выбрала ровное место, выкатила на него не выеденное яйцо и устроила скандал. Ругались мы и раньше, но реже и бескровней. Так-то я человек очень спокойный. Чтобы вывести меня из равновесия нужно иметь очень много времени и талант. У моей супруги присутствовало и то и другое. Ну да, по гороскопу я овен, упрямый, как баран! Но устраивать скандал из-за того, что вместо апельсинового сока, купил томатный - это, пожалуй, слишком.
  Конечно я далеко не ангел. В любой ситуации существуют только два мнения - моё и неправильное. После скандала никогда не буду просить прощения первым. С какого хрена я должен извиняться, если ни в чём не виноват!? И вообще в скандалах всегда виноваты две стороны - жена и тёща! Обычно я пытаюсь уйти от конфликта, но с моей супругой это не проходит. Видимо у неё свой талантливый Кризис…
   Я ушёл от скандала в спальню. Лежал в кровати, упиваясь, что меня не ценят, и думал о будущем.
   - Вовке позвони, - шепнул в голове Кризис.
   Вовка был приходящим компьютерщиком в нашей с женой маленькой фирме и моим давним другом. Помогал с программным обеспечением, налаживал сеть. А ещё у него был свой парашют и акваланг. Много раз предлагал прыгнуть, но я всегда отказывался: «Работа, дом, семья…»
   - Привет Вов, не поздно? Когда можно прыгнуть? - сказал, офигев от собственной решимости.
   - Созрел? - спросил Вовка. - В субботу как раз едем. Ты с нами?
   - Сто пудов! - ответил я. - В пятницу перезвоню!
   «Вот разобьюсь в лепёшку, будешь тогда плакать! Пожалеешь, да поздно будет!» - подумал о жене, злорадно ухмыляясь в полупустом супружеском ложе.
   - Не, не, не!!! Мы так не договаривались! - завопил Кризис. - Адреналин и всё такое - это нормально в твоей ситуации. Но лепёшка в поле, это извини перебор! - заволновался он.
   - Да пошутил я. Отвали, - повернулся на бок и сладко уснул.
   Всю неделю я ходил с загадочным лицом и молчал. Каждый вечер засыпая, представлял себя парящим над облаками. Жена тоже молчала, не желая мириться первой.
   - Завтра уеду рано утром. К вечеру может быть вернусь, - прервал обет молчания в пятницу вечером. Жена, пожав плечами, посмотрела на меня с жалостью. Так обычно смотрят на блаженных, юродивых у церкви.
   - Вот Телец упёртый! Не сдавайся! Может ты любовницу за это время нашёл, пускай в догадках помучается, - сказал Кризис.
   Ночью долго не мог заснуть, а когда наконец задремал, услышал звуки грозы. Крупные капли дождя забарабанили по подоконнику. «Может отменят прыжки?» - подумал и забылся.
   Ранним утром субботы улицы города, после ночного ливня, были похожи на реки. Небо было в огромных серых облаках. Я ехал за Вовкой и его другом.
   - Отменят прыжки? - спросил их, пытаясь скрыть тайную надежду в голосе.
   - Не переживай, в Волновахе обязательно «пятно» будет. Прыгнем! - разрушил мои тайные надежды Вовка. Его друг согласно кивнул.
   Загрузив баулы с парашютами в багажник, мы отправились прыгать. Старый аэродром сельхоз авиации находился в шестидесяти километрах от города.
   - И как всё будет? - спросил я Вовку по дороге, слегка волнуясь.
  - Да не парься ты! Приедем, Док наш осмотрит тебя, давление померяет, чтобы к прыжку допустить. Затем пару часов инструктажа и вперёд - в небо! - сказал он. - А ну да, ещё расписку написать нужно будет, что мол «в случае моей смерти никого не винить…», формальность.
   - Ни хера себе формальность! - завопил Кризис среднего возраста. - Слушай, может не надо? Ну погорячился, с кем не бывает? Поехали домой? - взмолился он.
   - Заткнись. Поздно одумался. Ты же сам хотел сумасшедших поступков - получай теперь по полной программе! - ухмыльнулся я.
   В Волновахе действительно было «пятно». Грозовые облака, сопровождавшие нас всю дорогу, расступились, образовав огромную дыру, сияющую жарким сентябрьским солнцем. Последние километры к аэродрому ехали вдоль полей. Пшеничные, гречишные, рапсовые были уже перепаханы. Те, на которых рос подсолнечник - ощетинились острыми копьями.
   - На такое поле приземлиться не хотелось бы, - сказал друзьям. Они заржали. У них были свои парашюты - «летающее крыло», мне же предстояло прыгать с почти неуправляемым куполом, собранным непонятно кем.
   - Чёт давление выше нормы, - сказал Док, сняв с моей руки тонометр. - Переживаешь что ли?
   - Ещё чего, ни капли, - соврал я. - Может из-за погоды?
    - Может, посмотрел он на меня с сомнением. - Ну не могу допустить, не дай Бог в воздухе проблемы будут. А мне потом отвечать!
   - Ну вот! - обрадовался Кризис. - Поехали уже домой!
   - Пока не прыгну назад не поеду! - упёрся я рогами.
   - Ладно, руку давай, - сказал Док. - Погуляй по аэродрому, потом ещё раз померяем, - сказал он, уколов меня чем-то в вену.
   - Другое дело! - сказал Док через полчаса. «Допущен», - записал в журнал и подвинул ко мне бланк с текстом, что я не должен никого винить. - Распишись и иди на инструктаж, - сказал он.
   Инструктором оказалась симпатичная молодая женщина. Быстро объяснив устройство парашюта, она повела меня и ещё двух парней - перворазников к старому фюзеляжу кукурузника, стоявшему на шлакоблоках рядом со взлётной полосой. Там рассказала, как правильно выпрыгивать из самолёта.
   - Спиной вперёд по ходу движения. И ни в коем случае не хватайтесь руками за проём! Как говорят в Одесском трамвае: «Не суйте голову в окно, а то я посмотрю, шо вы засунете обратно!».
    На местном жаргоне нас называли «перворазниками». После получаса тренировок она подошла ко мне.
   - С ними всё понятно, молодёжь - повернула голову в сторону пацанов. - А тебя каким ветром сюда занесло? - посмотрела в лицо.
   - Сам не знаю, - честно ответил я. - Всё вроде в шоколаде. Неделю назад и подумать не мог, что здесь окажусь, а вот оказался.
   - Странный ты, - сказала инструктор. - Может живёшь не так как хочешь?
   - Вроде нет. Никогда не думал об этом, - ответил и засомневался.
   - Самое время подумать, - улыбнулась она. - Идите в ангар готовиться к прыжку.
   В ангаре на нас надели основной и запасной парашюты, подтянули лямки, на головы нахлобучили каски.
   - Сколько весишь? - перекрикивая рёв прогревающего мотор кукурузника, спросил меня дядька в тельняшке.
   - Сто, - честно ответил я.
   - Забудь про всё, чему тебя учили эти мажоры, - махнул рукой десантник в сторону инструкторши. - Спускаться будешь быстро! - кричал он в моё ухо. - Управлять парашютом в первый раз мало у кого получается, поэтому улетишь далеко! Когда приземлишься, парашютную сумку в руках не тащи! Собери в неё стропы и купол, закинь за спину, как рюкзак, - руки будут свободны, так легче идти по пахоте! Главное на дерево не приземлись! С Богом! - хлопнул он меня по спине.
   - Последнее китайское предупреждение! - забился в истерике Кризис по пути к самолёту.
   - Ничего не слышу! - ответил я ему, перекрикивая рёв двигателя.
   В старенький АН-2 набилась толпа народу. Вовка, его друг и ещё десяток таких же сумасшедших, расселись на полу «ёлочкой», расставив ноги. Они прыгали с высоты три километра. «Перворазников» посадили на лавочку ближе ко входу (или выходу). Мы прыгали с тысячи.
   Дедушка, пилот кукурузника, похоже был его ровесником. После короткого разбега самолёт оторвался от взлётки и, натужно ревя двигателем, стал кругами набирать высоту. Дверь оставалась открытой, инструктор в тельняшке стоял рядом.
   - Подойдите! - махнул нам рукой десантник. - Так выглядит земля на высоте сто метров! - сказал он, перекрикивая шум мотора. - Управлять куполом на такой высоте запрещено!
   - Ко мне! - снова позвал нас десантник через пять минут. - Смотрите вниз - четыреста метров! До этой высоты не забудьте дёрнуть за красную железяку на запасном парашюте иначе будете приземляться раком на двух куполах! - кричал он.
   Ещё через пять минут снова жестами подозвал нас к открытой двери. - Мы на тысяче, вон там аэродром! - показал на маленькое белое пятнышко. - Ветер оттуда, - протянул руку в хвост фюзеляжа. - Постарайтесь встать на малый снос! Готовность одна минута! - показал указательный палец и стал пристёгивать карабинами тросики к нашим основным парашютам.
   Отморозки сидели «ёлочкой», смотрели на нас с любопытством, кричали что-то ободряющее и поддерживали жестами. Уверен, каждый из них вспоминал свой первый прыжок. Запомнил, что Вовка нас фотографировал.
   - Первый пошёл! - десантник хлопнул пацана по спине. Парень мгновенно скрылся в проёме. Я прыгал вторым.
   - Второй! - крикнул инструктор. Я машинально схватился рукой за край фюзеляжа. - Руки бля! - ударил меня по предплечью десантник. - Пошёл!
   И я пошёл…
   Многие говорят, что не помнят свой первый прыжок. Я помню каждую секунду.
   - Считайте «тысяча один, тысяча два, тысяча три», - говорила на земле симпатичная инструкторша. - Затем хлопок, рывок. Если досчитали до тысячи пять и не дёрнуло, не волнуйтесь, - есть запасной парашют. Он автоматически раскроется на высоте 400 метров - главное красную скобу на нём не трогайте!
    Я забыл про считалочку. Меня дёрнуло, посмотрев вверх - увидел полный купол. Рядом белели парашюты моих недавних попутчиков.
   - Малый снос! Не, не - большой снос!!! - орал Кризис, дёргая за стропы управления куполом. Я кружился как на детской карусели, пытаясь сориентироваться в трёхмерном пространстве.
   - Замолчи гад! - взял управление парашютом в свои руки.
   Если кто-то вам скажет, что во время первого прыжка парил над облаками и пел песни - не верьте ему! От рывка лямки поднялись вверх, больно впившись в пах. Я не сидел. Я висел как сарделька над пропастью. Представьте, что вы сидите на табуретке на краю высоченного ущелья. Причем табуретка держится только на двух задних ножках, и вы пытаетесь балансировать, чтобы не соскользнуть вниз. Так вот на самом деле всё было гораздо хуже. Какой там аэродром! Какой «снос», будь он неладен большой или малый. Земля стремительно приближалась. Вспомнив про «четыреста метров», дёрнул за красную скобу на запасном парашюте. Я не кайфовал. Я боролся за жизнь. Спуск длился минуты две, максимум три, мне же казалось - секунд десять. Тонкие жёлто - зелёные лини лесополос, разделяющих поля, стремительно увеличивались в размерах. Меня несло на одну из них. Закрыв лицо руками крест на крест, как учила инструкторша, приготовился к худшему. 
   Внезапный порыв ветра приподнял парашют и пронёс в метре над кронами деревьев, бережно опустив на землю. Купол погас, повиснув на скошенных стеблях подсолнечника. Я лежал на спине, раскинув в стороны руки и смотрел в голубое небо. Вдалеке раком спускался на двух куполах третий перворазник. «Забыл красную железяку дёрнуть», - подумал я, блаженно улыбаясь.
   - Псих! Придурок конченный! - завопил Кризис. - То, что ты тупой было понятно с первой нашей встречи! Но не до такой же степени! Жить с тобой в одной голове может другой идиот, только не я. Прощай отморозок! - плюнул он на стебель подсолнечника и исчез.
   - И тебе не хворать! - молча крикнул ему вслед.
   Нужно было вставать собирать парашют, но я не мог пошевелить руками. Мощная волна адреналина дошла с опозданием. Хотя может так у всех было? Эйфория накрыла меня снежной лавиной. Просто не знаю с чем это сравнить. Секс? - нет. Победа на спортивных соревнованиях? - близко, но совсем не то. Пожалуй, больше эмоций испытал, когда дочка родилась, но всё же это другое. Выигрыш в схватке со смертью? Пожалуй, ближе, но всё равно не то. Радость преодоления себя, своих страхов, - наверное так.
   Отстегнув парашютную сумку собрал в неё стропы и купол. Продев руки в лямки, закинул за спину как рюкзак, по совету бывалого десантника. До аэродрома было километра три - четыре. Проваливаясь в пахоту, догнал прыгнувшего первым. Под адреналином, он пёр по полю как танк. Остановившись передохнуть, увидели третьего. Бедняга тащил в руках сумки с основным и запасным парашютами. Он был очень расстроен из-за того, что забыл дёрнуть за красную железяку. Чтобы как-то помочь, я забрал у него шлем.
   На бетонке нас встречали Док и инструкторы. Они наблюдали за нашим первым прыжком. Переживали и очень обрадовались, что никто не разбился и не сломал себе чего-нибудь. Кукурузник уже стоял на взлётке. Очень хотелось пить, но я забыл про жажду, увидев в небе «отморозков». Пролетев два километра в свободном падении, они раскрывали свои яркие крылья и кругами парили над аэродромом, как экзотические птицы. Налетавшись, грациозно приземлялись рядом с ангаром. Я был горд собой после прыжка. Но они опустили мою гордыню до бетонных плит аэродрома сельхоз авиации. Это были полубоги, спускающиеся с небес к перворазникам.
   - Как ты? - подбежал ко мне Вовка. На его стильной бородке ещё оставались следы инея.
   - Нормально, - улыбнулся я.
   - Давай сразу второй! - сказал он. - Страх прошёл, теперь знаешь, как правильно, - сказал полубог.
   - Всё, что хотел, я уже получил. Второй прыжок мне не нужен. А ты давай! Я подожду, в сельмаг сгоняю, воды всем куплю. Блаженная улыбка не сходила с моего лица.
   - Отставить базар, надеть шлемы! - подошёл к нам десантник.
   Я надел шлем, не понимая, что происходит. Десятки рук мгновенно подхватили меня, перевернули вниз головой и стали бережно бить ей об бетонку.
   - Раз, два, три! - кричали инструкторы и полубоги. Каждый спуск сопровождался ударом парашютной сумки по жопе.
   - Поздравляю - теперь ты настоящий парашютист. Ура!!! - закричал десантник, когда меня опустили на землю.
   - Ура!!! - подхватили все остальные и я почувствовал себя частью этой отбитой на всю голову команды.
   Вовка с друзьями - отморозками прыгал ещё два раза. Он не просил меня подождать - я сам решил по полной насладиться незнакомым для меня обществом. Мне очень хотелось поделиться с кем ни будь своим маленьким подвигом, но упрямство не позволяло позвонить жене.
   - Папа я с парашютом прыгнул! - набрал отца.
   - С вышки? - спросил батя и замолчал, услышав рёв идущего на посадку кукурузника. - Всю жизнь не понимал альпинистов и парашютистов, сказал он после паузы. Одни лезут вверх, другие прыгают вниз. Все рискуют жизнью, тратя на это кучу денег и времени. Для чего? Что и кому они хотят доказать? Конечно рад за тебя сынок, но надеюсь ты больше не будешь прыгать?
   - Не буду па, обещаю.
   Солнце спускалось к горизонту. В моей машине оставалась пара свободных мест, и я предложил подвезти до города перворазников. Они с радостью согласились. Уставшие, обратно ехали молча. Каждый переживал события прошедшего дня, даже полубоги, прыгавшие, наверное, в сотый раз. Ураган сегодняшних событий, как пылесос пронёсся в моей голове, очистив её от мусора мелких бытовых проблем ещё вчера казавшимися основой бытия.
   - Пацаны не обижайтесь, но развозить вас по домам не буду, высажу ближе к центру, - сказал попутчикам. - Мне домой хочется побыстрее.
   Для конца сентября день выдался удивительно тёплым. Загнав машину во двор, закрыл ворота. Супруга сидела в беседке и смотрела на убогого меня с жалостью, свойственной каждой женщине.
   - Прости любимая, - сказал ей неожиданно для себя. - Знаешь, что со мной сегодня было?..
   - Псих! Придурок конченный! То, что ты тупой было понятно с первой нашей встречи! Но не до такой же степени! Жить с тобой - может другая идиотка, только не я! - обняла меня любимая. Я блаженно улыбался. Я понял к кому ушёл Кризис.
   И жили мы после прыжка долго и счастливо. Целых две недели…

Буду рад видеть вас на моём канале в Телеграм, ссылка - https://t.me/RomskySerg