Глава 60

Глава 60

В середине июня, во второй его половине, Вадим пригнал «МАНы» и одну «Волгу» для собственных нужд. Когда вернулся, Алла так и не появилась.

– Ничего не пойму... – сокрушённо говорил он, поднимаясь с Сенькой в свою квартиру. – Ни писем, ни телеграмм, ни звонка – ничего!

– Ты сам-то ей писал? – спросил Сенька.

– Как обычно, ты же меня знаешь!

Сенька пожал плечами, и пока Вадим открывал ключом дверь, заглянул в почтовый ящик.

– Ого! А ты хнычешь – вот и письмо! – И передал Вадиму конверт.

Вадим взглянул на незнакомый почерк, произнёс:

– Это не Алла, но рука женская.

Они вошли в квартиру, и Вадим, отложив письмо, попросил:

– Пока моюсь, накрой поляну. Спиртное в холодильнике, там и закусь.

Вадим ушёл в ванную, а Сенька сервировал стол. Зазвонил телефон. Он снял трубку и услышал голос жены:

– А ты что там делаешь?!

– Что надо, то и делаю! Чего хотела? Говори.

– Налоговики приехали, требуют Вадима, срочно!

– Он в ванной.

– Так спроси, что им ответить?..

В это время на кухню вошёл Вадим, обтирая полотенцем голову, и, выслушав Сеньку, ответил:

– Скажи, пусть приходят завтра, если им недостаточно выкладок Вики. Я в командировке.

Сенька передал жене ответ Вадима и вновь услышал недовольный голос Вики:

– Ты там долго не сиди, я сейчас собираюсь домой.

– Счастливого пути! – с улыбкой отозвался в трубку Сенька.

– И не пей! Должна зайти Нина, она уже звонила.

– А я при чём?!

– Ты постоянно отсутствуешь, как будто я не замужем.

Сенька вздохнул и ответил:

– Ладно. Не задержусь. – И положил трубку.

Вадим улыбнулся, садясь за стол, и вскрывал конверт, говоря при этом:

– Контроль на линии!..

– Жёсткий! – согласился Сенька, присаживаясь рядом. – Домой зовёт, подруга её приезжает.

– Колесникова, что ли?

– Да какая Колесникова?! Нина, студентка её бывшая.

– А-а... – отозвался Вадим, углубляясь в строчки развёрнутого письма.

По мере его чтения лицо Вадима менялось – от белизны мела до красноты кровяного давления. Он откинулся на спинку стула и передал письмо Сеньке, тяжело прикрывая глаза. Сенька принял лист, бегло прочёл. Как и Вадим, отрываясь от письма, откинулся на спинку стула, недоумённо глянул на Вадима и снова уткнулся в строчки ученического почерка, но уже вырабатывающего взрослую скоропись.

Незнакомая рука писала: «Здравствуйте, дядя Вадим! Пишет вам дочь мамы Аллы – Рита. У нас большое горе... Какие-то отморозки изнасиловали и убили маму, их ищут и вряд ли найдут... Теперь я осталась без мамы и братика. Мама говорила, что у неё будет мальчик. Простите за письмо, я не хотела вам писать, но бабушка настояла. Простите! Высылаю вам её фото. До свидания – Рита».

Вот так, в ожидании и неожиданно, прервалась для Вадима его любовь к замечательной женщине, и казалось, что теперь, в настоящем и в будущем, всё прервалось окончательно. Он застонал, с бульканьем слов:

– Всё, меня добили...