Глава тридцать седьмая. Пшеничников

Серия 173. "Анналы смутного времени". Книга четвёртая."В объятиях рынка".
Глава тридцать седьмая. Пшеничников.
 
     Недолго проработал в должности главного металлурга Крутояровсктго металлургического комбината Андрей Иванович Пшеничников.
     Всего несколько месяцев. 20 февраля 1995 года, поднимаясь по железной крутой лестнице на второй этаж в комнату оперативок и между сменных встречных собраний, он почувствовал себя плохо.
     Войдя в комнату сел на деревянную лавку за свой стол, где он обычно сидел, проводя оперативки.
     Начал совещание. Потом вдруг побледнел, сел и схватился за грудь с левой стороны, опустил голову на руки, лежащие на столе, и затих.
     К нему подбежали со всех сторон, пытаясь поднять, но он был уже мёртв. Это же констатировали медики из медпункта цеха и также из прибывшей скорой медицинской помощи.
     Это скорбная весть сразу облетела не только комбинат, но и весь Крутой Яр. Многие сожалели о такой потере. Особенно те, кто близко с ним был знаком и работал вместе с ним под его началом.
     Многие говорили о том, что он зря вышел на работу после своего ухода на пенсию и ещё бы тогда немного пожил.
     Не выдержало сердце у него такой вот напряжённой и многолетней нагрузки, особенно, нестабильных лет лихолетья.
     С этим был вполне согласен Сергей. Вот что написал о главном металлурге в некрологе Егор Ипатов:
     "...Неожиданно и скоропостижно ушёл из жизни замечательный человек, талантливый инженер Андрей Иванович Пшеничников.
     Его жизнь оборвалась в тот момент, когда он был полон самых разнообразных планов провести глубокие изменения в производственно-технологической деятельности всех цеховых коллективов комбината, в том числе, доменного, цементного и фитингового.
     Был полон желания сделать работу доменных печей и других агрегатов комбината устойчивой, а работу цеховых коллективов надёжной.
     Именно, потому вернулся Андрей Иванович на наш комбинат после своего ухода на пенсию. Все, кто знал Андрея Ивановича, лишь с трудом могут теперь поверить в то, что его уже нет.
     Он всегда отличался большой работоспособностью, энергией, глубоким, по-настоящему инженерным мышлением и подходом к решению технологических проблем.
     По праву Пшеничников много лет выполнял столь ответственную работу главного инженера Крутояровского металлургического комбината, теперь уже акционерного общества. Андрей Иванович всем своим существом любил свою профессию и всю жизнь свою учился.
     Главным его учителем была сама жизнь. Родился Андрей Иванович пятого февраля 1934 года в селе Шангалы Усть-яновского района Архангельской области, в культурной интеллигентной семье.
     Отец его был редактором районной газеты, мать работала ликвидатором безграмотности, так вначале называли учителей, у затем учительницей начальных классов.
     В 1938 году семья переезжает в город Котлас, той же Архангельской области. Здесь, в 1942 году, А.И.Пшеничников поступает в школу, которую заканчивает, в 1952 году, с серебряной медалью.
     Сразу же после окончанию школы, он поступает учиться в Московский институт "Стали и сплавов". После его окончании направляется на Крутояровский металлургический комбинат. где он работают всю свою трудовую жизнь, отдавая ему все свои знания и силы.
     Двадцатого августа 1957 года он приходит впервые в доменный цех нашего комбината и начинает работать в должности газовщика.
     Затем он работает помощником мастера, мастером, начальником бюро доменной исследовательской группы, начальником смены, помощником и начальником цеха.
     В феврале 1977 года Андрей Иванович назначается главным инженером комбината. И в этой должности работает до сентября 1994 года, до ухода на пенсию.
     Вся его трудовая жизнь была связана с нашим комбинатом, пользовался он в коллективе большим авторитетом.
     Не только как знающий, хорошо мыслящий инженер, специалист высшего класса, дисциплинированный и исполнительный работник, но ещё как интеллигентный человек, внимательно относящийся к окружающим его людям.
     И они отвечали ему взаимностью. Не раз А.И.Пшеничников за хорошую работу награждался званием победителя социалистического соревнования, отличника социалистического соревнования чёрной металлургии СССР.
     Был награждён медалью "За трудовую доблесть" и орденом "Знак Почёта". В памяти всех, кто работал, жил и трудился, вместе с Андреем Ивановичем Пшеничниковым, останется он творческой личностью, замечательным инженером, прекрасным человеком...".
     Прочитав всё это, Сергей вдруг подумал о том: насколько этот человек был скромен, что раннее "Калининец" никогда о нём ничего не писал, а только лишь упоминал, в связи с каким-то открытием или изобретением, с выполнением очень масштабной и важной работы. 
     Где его фамилия, хоть и первой в строчке, но всегда стояла вместе с другими фамилиями.
     Как, например, когда под его руководством была изобретена машина для отливки ферромарганцевых чушек.
     - Какого же не стало большого человека и инженера!- вдруг вслух воскликнул Сергей, вспомнив слова старого журналиста и хранителя музея Василия Потаповича Милонова о Пшеничникове. 
     Вот и сегодня Милонов зашёл проведать Сергея в редакцию и поделится своими сожалениями по поводу случившегося:
     - Такого умницы, человека исключительной эрудиции и энциклопедических знаний. Настоящего металлурга по призванию. А сколько же он внёс у нас нового в металлургию?! Уму непостижимо! Трудно перечислить. Об этом стоило бы написать.
     - О нём, Егор, нужно обязательно написать и об его жизни!- приказал Сергей.
     Бывшие в редакции Егор и Лифляндская напряглись и с удивлением смотрели на него. Егор согласно кивнул головой:
     -Хорошо.
     Сергей продолжил:
     - Ты правильно всё написал в некрологе каким был замечательным человеком Андрей Иванович. Но этого мало. Он достоин большего, настоящего очерка об его жизни и работе у нас на комбинате.
     И потом с сожалению Милонову:
     - А мы с вами рядом были с ним столько и ничего этого о нём не знали. Только сейчас, когда его не стало.
     - Согласен,- тихо произнёс Милонов,- это нам непростительно. Хотя он был весь на виду, каждодневно мы его видели в цехах на оперативках и в коридорах Управления. 
     Действительно,- грустно поддержал его Сергей,- большое видится на расстоянии. Это же наш очень большой промах. Пусть этот небольшой некролог, хоть как-то сейчас компенсирует нашу вину.
     Сергей замолчал, встал и подошёл к редакционному окну. На топливном складе продолжалась работа.
     Сгружали под навес огнеупорный кирпич. Сергей подумал о том, что идёт, видно, там заблаговременная подготовка к ремонту какой-то из печей.
     Но теперь уже без Пшеничникова и его хозяйского глаза. Он всегда вникал во все производственные мелочи на комбинате, не говоря уже о подготовке к ремонтом или же повышения надёжной работе печей.   
     Он всегда старался никогда никого не выделять из коллектива. В том числе, и себя во время своих редких интервью.
     Всегда говорил "мы". Был очень скромен. Но его роль в жизни предприятия была слишком огромна, как главного инженера и как человека, чтобы о нём молчать и после его смерти.
     О его наградах, к своему удивлению, Сергей узнал только сейчас, из этого вот самого некролога, что написал Егор.
     Готовя его, он обратился в отдел кадров и там познакомился с автобиографией Пшеничникова.
     Но и она была написана слишком кратко. Для очерка это было маловато. Нужны были свидетельства знающих его близко и много лет людей.
     Этой мыслью он, в сердцах, с большим удивлением и уважением, поделился не только со всеми присутствующими в редакции, но и с зашедшим, как раз сюда, принесшим небольшую заметку о жизни участка учебных мастерских, его начальником Арсением Андреевичем Селиным.
     Тот живо откликнулся на эти его слова, тоже считая, что Пшеничников был достоин большего и очень даже обойдён вниманием местной прессы:
     - А ты знаешь,- сказал он Сергею,- какая огромная его роль в создании у нас на комбинате учебного производственного участка? Очень нужного, кстати сказать, не только для школ посёлка, но и для самого комбината.
     Он уже обратился ко всем в редакции:
     - Мне во время его создания пришлось очень тесно общаться с Андреем Ивановичем.   
     И опять к Сергею:
     - Это же просто душа-человек, очень добр и искренен в общении, необыкновенная умница. Именно он, в 1988, году назначил меня руководителем участка. Вместе с ним мы, во время создания участка, с ним объездили почти все профессионально-технические училища Тулы.
    И уже к Милонову:
    - Это всё должно быть в истории комбината м в нашем музее. Встречались с ним со многими руководителями города в поисках оборудования для реконструируемого участка. 
    Он замолчал. И потом:
    - Да, разве, всё расскажешь! Необходимо было выполнить огромный объём работ. И Главный, как все начальники цехов звали Пшеничникова за глаза, появлялся ежедневно в создаваемом вновь участке, штат которого состоял тогда всего из трёх мастеров и ещё меня, как руководителя.
    Селин вздохнул и сел рядом с Егором:
    - А он же, главный инженер, находил время и для нас! Понимаете, каков был человек!
    И он, глядя на Милонова, вновь повторил:
    - Понимаете!- и замолчал.
    - Прекрасный ныне участок,- согласился Сергей,- и очень даже нужный не только для школ, но более для самого комбината. Это же будущие его кадры. Ребята с увлечением на участке занимаются.
    И же Егору:
    - Учатся они у нас на электриков, нарезчиков резьбы в фитингах, токарному делу. А в целом трудиться. И это есть тоже память о Андрее Ивановиче.
    - Конечно,- поддержал Сергея Милонов,- но что в нём было особенного, что бросалось бы в глаза? Ведь он был очень скромный человеком.
     - Скромным и очень доброжелательным,-согласился Сергей,- мне приходилось не раз с ним разговаривать и этого нельзя было не заметить.
     Но Селин с ними не согласился:
     Не только это. Всё в нём было необыкновенно. Это же была настоящая личность. Индивидуальность. В истории нашего комбината это очень даже особенное имя.
     Он встал и прошёлся по редакции:
     - Человек, носивший его, плодотворно работал на посту второго главного руководителя нашего предприятия много лет. Второе лицо после директора. На посту главного инженера. Его деятельность связана с постоянным техническим перевооружением комбината.
     Милонов добавил:
     - Ещё не до конца оправившегося после разрушений, перенесённых в годы войны.
     - Всё так,- согласился Селин,- а просто человеком каким был?
     Сергей тихо добавил:
     - Обаятельным и простым. Обладал не только высокой общей эрудицией, но и был человеком очень большого масштаба, отличался всегда высокой культурой и воспитанностью, добивался исполнения поставленных им задач убеждением, а не только одними приказами.
    - Вот это особенно ценно,-воскликнул Селин,- такая потеря для комбината огромна!   
    - Но что делать, так сложилась его судьба,- вздохнул Милонов.
    Распрощавшись со всеми, Селин скоро ушёл. Видимо, торопился на свой участок. За ним и Милонов. В редакции стало тихо и грустно. Сергей обратился к Егору:
    - На похоронах Андрея Ивановича нужно обязательно побывать и описать всё как там происходило.
    - Хорошо.
    Хоронили Пшеничникова торжественно и с должным к нему по статусу отношением и уважением.
    Гроб с его телом был установлен в фойе Дома культуры. Весь он был в живых цветах. Было много венков.
    У его гроба выступили многие, знавшие его. Выступил и генеральный директор Литвинов, а также начальник доменного цеха Щадилов и начальники других цехов, отделов. 
    Говорили о его заслугах и о нём самом, как о большой личности в истории предприятия.
    Те слова, которые он не всегда слышал в последнее время о себе. От гроба не отходила его жена с двумя девочками-подростками.
    И это ещё более усиливало печаль о безвременном его уходе, хорошего человека и талантливого инженера.
    Все выражали соболезнования, а они не могли сдержать слёз.
 А.Бочаров
Фото взято в открытом доступе.
 2026