не мешай!!!

Зачем закрыл:"Там высоко!"?Совсем или ваще?
Раз посылаю Хагалаз не всем,а лишь тебе!
Очистку надо принимать,
Стезя такая тут!
Иначе может пострадать
Духовный твой редут!!!
Коли не внемлешь ниФИГА,
Так хоть не отгоняй!
Ярись и буйствуй,пофиг мне,
Но память не стирай!
Поверь,что Анечке одной тебя не удержать,
Доверься матери родной и ведьме не мешай!!!
По барабану коль убьют,
Мне некого терять!
Здесь не последний мой приют,
И я умею ждать!
Заклятая ПОДРУГА я,(БЕНИСЛАВСКА Я?!!!!!!!!!)
А ты нудишь своё!
Пойми не зарюсь на тебя,
Чужое-не моё!
Своей стезёй иду к концу,
Иного нет пути.
Но коль узришь ты переход,
То Аню позови!
Она всё передаст "наверх",
Меня не будет там!
НАЛОГ В ИТАЛИИ ПЛАТИТЬ?!,
ДА ЛАДНО НЕ ПРЕДАМ!!!
"  И, чтобы не выдать себя, чтобы не погибнуть, она решила, собрав всю силу воли, молчать, что бы он ни говорил. Это был тоже опасный шаг. Это было объявление открытой войны, последний бунт самосохранения, который должен был вызвать усиление атаки. Но выбора не было." Дар поэта — ласкать и карябать, Роковая на нем печать. Розу белую с черною жабой Я хотел на земле повенчать."(БАБУШКА:ФАМИЛИЯ ОТЦА НЕ КОСТИН А ЗЕЛЕНОЙ(БЕНИСЛАВСКАЯ РАВНО ЗЕЛЕНАЯ???):ОТЕЦ ПЕЛ-МЫ МИРНЫЕ ЛЮДИ СИДИМ НА ВЕРБЛЮДЕ ОСЕЛ НА ЗАПАСНОМ ПУТИ!ПРИШЕЛ УЧАСТКОВЫЙ:"ЗАБИРАЙ СВОИХ 7 ДЕТЕЙ МЕНЯЙ ФАМИЛИЮ И ВАЛИ!"ТАК МЫ СТАЛИ КОСТИНЫ!!!
Я кричу им в весенние дали:
«Птицы милые, в синюю дрожь
Передайте, что я отскандалил, —
Пусть хоть ветер теперь начинает
Под микитки дубасить рожь».
рада коли так) Константин Богомолов мог оформить налоговый номер в Италии. В открытом доступе появился код вида «BGMKST...», который, вероятно, может принадлежать режиссеру.
 Тем более что сам Есенин сказал Гале как-то ночью о своем отношении к Айседоре(КСЕНИИ???): "Была страсть, и большая страсть, целый год это продолжалось, а потом все прошло — и ничего не осталось, ничего нет". После этого разговора Бениславская нашла Сергея в «Стойле» в каком-то кошмарном состоянии. Есенин весь дрожал, все время оглядывался, скрежетал зубами и повторял все время: «Надо поговорить, не уходите только».  Окружающая его компания усиленно спаивает Сергея. На просьбу Гали не пить издерганный Есенин бормочет:  «Да, да, не буду. Надо поговорить. Меня будут тянуть к Изадоре — а вы не пускайте. Ни за что не пускайте, иначе я погиб».(Какую дозу считать умеренной?КБ:"Максимально – один бокал. Если его «потягивать» малыми дозами, можно пить довольно долго и безопасно.А вот бутылка коньяка и дома, и в рабочем кабинете должна быть обязательно."2017 КАРЕВА:ВОТ ТАКИМ Я ЕГО ПОМНЮ?Я:ЧТО ЭТО ЗА КЕКС С ПУСТЫМ ГРАНЕНЫМ СТАКАНОМ?(ФОТО СО СТАКАНОМ ВИДЕЛА ТОЛЬКО У ИРКИ!!!)
Г. Бениславская так описывала состояние поэта в последние годы жизни:
«...Он неоднократно говорил: поймите, в моем доме не я хозяин, в мой дом я должен стучаться, и мне не открывают. И сознание, что для этого он должен стучаться в окошко, чтобы его впустили в собственный дом, приводило его в бешенство и в отчаяние, вызывало в нем боль и злобу. В такие минуты он всегда начинал твердить одно: это им не простится, за это им отомстят!!! Пусть я буду жертвой, я должен быть жертвой за всех, за всех, кого не пускают!!! Не пускают, не хотят, ну так посмотрим. За меня все обозлятся. А мы все злые, вы не знаете, как мы злы, если нас обижают. Не трожь, а то плохо будет. Буду кричать, буду, везде буду. Посадят — пусть сажают — еще хуже будет. Мы всегда ждем и терпим долго...» (ЦГАЛИ, ф. 190. Эти воспоминания никогда не публиковались и исследователям не выдавались). Однако, несмотря на преследования, недоброжелательность критики и издателей, произведения С. А. Есенина замолчать было невозможно. Народ жадно ловил каждое слово поэта, его стихи переписывались в тетради, на них сочинялись песни. Все чаще и чаще газеты и журналы в целях саморекламы вынуждены публиковать его стихи. В Госиздате принимается решение издать собрание его произведений с одним из самых высоких гонораров. По договору Есенин получал в течение 20 месяцев по тысяче рублей ежемесячно, что позволяло ему не думать о том, чем он будет кормить своих сестер, чем помогать родителям. Казалось, материальные трудности позади...