Воображаемый диалог - 7

Заседание Политбюро ЦК КПСС, 1976-й год (или около того), Кремль.

БРЕЖНЕВ. Гм-гм... Долногие товауищи, гм... я ухожу в отставку. Гм-гм... Пьёт крепкий армянский коньяк в чашке под видом чая, причмокивая. Из-за шторы внимательно и властно выглядывают сотрудники известной организации, руки под полами пиджаков.

ВСЕ. Волнуются, испуганно переглядываются: Почему, Леонид Ильич? Как так? Зачем?  Ещё кон... чайку подлить?

БРЕЖНЕВ. Здоуровье уже не то, и зубы, знаете...- шёлкает стёршимися вставными челюстями.- Мне эщё на съезде выступать, полтора часа мучиться.

ВСЕ. Ну что вы, что вы, наш дорогой голубь мира, вы бодры, полны сил! Мгновенно вам такие зубы вставят, что вы даже и не знаете, какие - из Германии, из самой Америки! Поздравляем вас с пятой звездой Героя соцтруда!

Вдалеке зуммерят телефоны, слышны тревожные голоса: Зина, алло... избавься от шуб, от сапог, хоть на мусорку выкинь... Клава, алло, алло... кольца и перстни, те тридцать пять,что я тебе подарил, да - с брильянтами, с изумрудами которые,- продай, как можно быстрее... Саггочка, доггогая, ситуация изменилась, завтга мы не поедем в Изгаиль...

БРЕЖНЕВ. Ну раз так...- облегчённо вздыхает, звенят золотые звёзды на пиджаке.- Остаюсь, дарахие товарыщи.- Перейдя в другую комнату, наполненную людьми, иностранцами.- Видели, как вы там, товарищи Стаффорд, Лэонов,- улыбается, игриво дёргает в воздухе рукой,- в космосе плыли, кувыркались...

Отдалённый перезвон телефонов: Отбой... Отбой... Отбой... Всё остаётся по-старому...

Крючконосый, высокий, слегка сутулясь, в сильных уменьшительных очках,  кабинет на Лубянке, дискантом, негромко, но решительно: Так, всё, порезвились и хватит... Пора кончать эту трагикомедию... Чазова к телефону, незамедлительно...


Фото из И-нета.