Суть любви

В редакции журнала мне дали задание написать рассказ на тему «Что такое любовь…»
Ну, думаю, это же ахинея, а не вопрос. Примитивное задание для разумного примата, как текст к песням слезливой Булановой.
Ведь нет ничего проще, подумалось. И напишу-ка я экзотично, про то, что любовь — она как чистка банана: снимаешь шкурку, откусываешь мякоть, закрываешь глаза и наслаждаешься…
Потом покрутил эту тему и решил аналогию с бананом исключить. Наша редакторша особа своенравная, вспыльчивая и постоянно мыслит аллегориями. Вдруг не так поймет, всплывет в ней не та аллегория и я работу потеряю…
Все-таки, лучше преподнести рассказ как маэстро Бродский и в стиле Цветаевой про «подкопчённое небо и фламинговые облака». Но задумчиво почесал затылок и осознал, что так тоже не подойдет. Еще подумают, что я сижу на седативных таблетках…
А на кухне холодно. Включил конфорки для теплоты. За окном метель. И тут подумалось, что любовь — это небесная снежинка…, и мириады таких беззащитных снежинок окутывают землю своей любовью, а мы покорно и самозабвенно купаемся в этом снеге…
Вроде красиво. Ну, а как же летом? Когда этого снега нет? Мы что, в летнее время без любви живем и просто тупо потеем при избытке чувств?
Нет., так не пойдет. Читатель не должен додумывать и сомневаться. Ему все нужно в рассказе подать однозначно и без лишних оговорок.
Тогда надо написать про музыку на кончиках пальцев… Стоп! Нельзя про кончики пальцев! Уже ж про банан пробовал писать…
Ну, тогда про бабочек в животе… Про такое, уж, точно наповал. Просто навылет…
Блин, а если для кого-то это пока неведомо и у него кокон в животе, а еще хуже — вместо бабочек их гусеницы…
Так! Все! Отбой!
Я обхватил голову руками, прижал нос к заиндевевшему стеклу и тихонько выдохнул. Это же полное фиаско…
Сложив губы трубочкой, я выдохнул теплый воздух, оставив на окне мутный и непрозрачный отпечаток. Полюбовался на материализацию моего духа. Дух какое-то время задержался на морозном стекле и бесследно исчез…
Я обреченно понял, что редакторское задание провалено…
Господи, ну, как так-то, ну почему?
Почему все эти Бальзаки, Бальмонты, да Бунины могут про эту самую суть любовную писать, а я, как вошь на пыльном зеленом сукне, издаю только несуразный «Пшик»…
А я что, не стоял на вершине Пика Орейро и не орал во всю глотку, срывая связки, орал так, чтобы вся Атлантика затрепетала и меня услышала: «Дель Маре! Люблю тебя! Люблю!».
А кто ж тогда рыдал, не замечая покосившихся на меня зрителей при первых звуках мюзикла «Король Лев» в Ковент-Гарден…
И разве не я летел на планере за аистами вдогонку над Полесьем и открыв купол пилотного фонаря пытался ухватить их за крыло, в надежде сохранить белоснежное перо, хранящее дыхание малахитовых просторов моей Беларуси…
И орал, и кричал, и плакал.
А как словами? Ну, самыми простыми словами, пронзительными и доступными про эту самую суть — слабо…
Мне проще посадить вокруг себя жену, детей и внуков, взять свою старую гитару и спеть им что-нибудь про обжигающую любовь в жанре «Фадо».
И спою как умею.
А рассказ для редакции…
Ну, за него же обещали гонорар заплатить.
А настоящая любовь начинается там, где ничего не ждут взамен и не ждут никаких оплат.