Девочка из сундука. Глава 3. Встреча

Егорка замкнулся в себе и почти год ни с кем не разговаривал, потихоньку привыкал к быту детского интерната. Внутри здания ему особенно нравилась широкая парадная лестница в обрамлении белых перил, мраморные ступени её были покрыты красной ковровой дорожкой. После первого пролёта перила расходились по обе стороны: налево шло отделение для мальчиков, направо - для девочек. Общими были только учебные аудитории, библиотека, игровая, столовая и двор, где каждый день они проводили по полтора часа, если погода конечно позволяла.

Однажды преподаватель Евгений Борисович заметил Егора в игровой, тот стоял у стола с шахматной доской и расставленными на ней фигурами. Его роста едва хватало для того, чтобы вытянутой рукой двигать фигуры на противоположном краю доски. Замкнутый, ушедший глубоко в себя, около доски он вдруг раскрепостился и явно разыгрывал в одного парную партию. Евгений Борисович подошёл ближе:
- Хочешь сыграть, Егор?
Егор молча кивнул. Они присели за стол друг напротив друга. Точнее Евгений Борисович присел, а Егору пришлось встать на сиденье стула коленями, чтобы дотягиваться до шахматных фигур.
- Нуте-с, начнём! - нарочито бодро сказал Борисыч и спрятал по одной пешке каждого цвета в кулак, чтобы определить, кто какими играет. Егору достались белые.
- Вам ходить первому, юноша, - ободряюще проговорил Борисыч, а сам тихо ликовал в душе, что нашёл наконец-то ключик к мальчишке.
Он знал, что молчание Егора - следствие психологического шока. И скоро непременно мальчишка заговорит, стоит только найти к нему грамотный подход. И таким подходом оказались шахматы. Егорка показывал колоссальные результаты, обыгрывая порой преподавателя так, будто метит на будущее гроссмейстера.
- Нуууу, Егор, - восхищался Евгений Борисович, - да ты будущий Фишер или Каспаров. Егорка улыбался, но пока молчал.

В годовщину своего попадания в интернат Егор вышел на прогулку вместе с остальными детьми. Стояло бабье лето, октябрь радовал тихими безветренными днями, летала паутина, солнце отдавало последнее тепло. На скамье в углу под опадающей лиственницей Егорка увидел маленькую девочку. Маленькой она была только по росту и напоминала ему его самого. Эдакий обман зрения, когда оказывается, что человеку гораздо больше лет, чем он выглядит. Девочка как будто не замечала Егорку, она сосредоточенно рисовала что-то цветными карандашами в блокноте. Пальцы плохо слушались, но она не сдавалась. Егорка подошёл поближе:
- Привет! - сказал он, будто бы и не было целого года молчания, и сам удивился звуку своего голоса. Нет, конечно внутри про себя он ежедневно вёл монологи, а по ночам часто разговаривал с мамой, но по настоящему в голос не говорил. Дарья посмотрела на Егорку.
- Ну привет!
- Не возражаешь, если я сяду? - вежливо спросил Егорка.
Дарья замотала головой. Егор сел поодаль на эту же скамью:
- Рисуешь?
Дарья кивнула.
- Можно посмотреть?
Дарья, стесняясь, развернула блокнот и показала рисунок - цветок типа ромашки с разноцветными лепестками. Не по возрасту детский, как будто рисовал ребёнок лет четырёх или пяти, но для дарьиных скрюченных пальцев он считался достижением.
- Красиво, - одобрил Егорка.
- Это цветик-семицветик, - уточнила Дарья.
- Я догадался, - улыбнулся Егорка. - Это моя любимая книжка была, я читал её в первом классе.
- Почему любимая? - спросила Дарья.
- Знаешь, мне всегда хотелось быть на месте мальчика Вити, чтобы мне тоже подарили последний шанс. Оторвать бы такой лепесток и стать здоровым.
- А ты болен? - спросила Дарья, искренне недоумевая.
- Да, - грустно ответил Егорка, - болен.
- Что-то  я не вижу, чтобы ты был болен.
- Я не расту, такая болезнь у меня. Буду вечно маленьким.
- Ну тогда держи! - Дарья протянула Егору нарисованный цветок. Было видно, что делала она это от всей души.
- Спасибо, - смущённо проговорил Егорка.
С этого дня они стали часто беседовать, встречаясь либо на этой самой скамейке, либо в игровой, если погода была плохая. Цветик-семицветик Егорка хранил в тумбочке, будто бы он и вправду имел особую магическую силу.