Ради семьи

Наступали новогодние праздники. Юрий Туловицкий шёл по улице, набрасывая в голове план покупок. Взгляд его был мечтательным. Дома его ждали родные, близкие его сердцу люди. Он был женат на чудесной женщине, у него было двое детей: Света и Андрей. Месяц назад Свете исполнилось семь, а Андрею было пять. Думая о них, Туловицкий испытывал безграничную любовь к ним. Эта любовь была невообразимо велика. Ради семьи, ради любви к ней он готов был пойти на любое унижение, в том числе и достоинства.
На пути ему попался маленький книжный магазин. Он вспомнил, что хотел купить дочери книгу со сказками. Он обещал, что купит её и будет перед сном ей читать.
Юрий вошёл в магазин. С ним поздоровалась приятная низенькая женщина средних лет. Она производила впечатление очень безобидного человека, очень кроткого и слабого. Она тут же спросила:
– Что-то подсказать?
Юрий Туловицкий не отказался от помощи. Он сказал, что ищет.
Женщина поспешила найти то, о чём просил Юрий.
Через минут пять она разложила перед ним книги и сборники с рассказами и сказками, то, что показалось ей уместным для девочки семи лет. Юрий перебирал их, читал аннотации и улыбался.
– Всё понравилось. Возьму всё, что Вы предложили.
– Замечательно! Что-нибудь ещё?
Юрий задумался.
– Знаете, у меня и сын есть, но ему пять...
Женщина вновь принялась искать среди книг подходящее.
– Вот, – она положила перед ним новую небольшую стопку книг и сборников, – для мальчика в самый раз.
На этот раз Юрий не стал просматривать предложенное. Он ответил:
– Я возьму и это.
Женщина начала упаковывать покупки, а Туловицкому тем временем пришла в голову мысль, что было бы неплохо взять какую-нибудь книгу и для себя. Возможно, жена тоже что-то хотела бы почитать. Он остановился возле полок с книгами, брал некоторые, вскользь просматривал, читал аннотации. Ему нравились книги в мягкой обложке. Они казались ему добрыми и податливыми. Создавалось ощущение, что книга полностью подчиняется человеку, её смысл легко войдёт в голову, всё станет понятным и доступным.
– Что-нибудь ещё хотите? – спросила женщина, закончив упаковывать книги. – Чек в пакете, – добавила она.
– Да, вот думаю, что бы для себя с женой взять?..
– Подсказать?
Туловицкий улыбнулся женщине и ответил:
– Как раз тут я должен всё-таки сам, но спасибо.
Женщина не стала ему мешать.
Около двадцати минут Туловицкий разглядывал книги, брал их в руки, изучал их краткое содержание. Потом ему стало интересно, когда был выпущен тираж той или иной книги, какого года они. Тут были чаще всего новые: 2024, 2025, 2026. Но одна книга была редкой и уникальной, если брать по этому параметру.
– Ого! – воскликнул он.
– Что случилось? – поинтересовалась женщина.
Туловицкий подошёл к столу, за которым сидела женщина, протянул ей книгу, развёрнутую на первых листах, указал на год и сказал:
– 2010-ый год. Удивительно! Она столько лет где-то хранилась?
– Да, вправду, – тоже удивляясь, ответила женщина.
– Необычно. А книга хорошо сохранилась.
– Угу.
Туловицкий ещё немного покрутил её в руках и положил на место. Это был не тот роман, который бы ему хотелось прочесть.
И всё же ему удалось найти под себя и жену кое-какие книги. Отложив их, он продолжил высматривать что-то новое. Ему было приятно проводить тут время, он был тут один, в полном уединении.
Вдруг в магазин зашёл мужчина. Ему было чуть больше пятидесяти. Волосы собраны назад, глаза навыкате.
– Здравствуйте, – громко, но наспех поздоровался он.
Женщина ответила ему. В её глазах затаился страх.
Зашедший мужчина был пьяным. Он чуть шатался. Начав с дальних полок, он медленно приближался к женщине и Туловицкому. Просматривая книги, он что-то говорил себе под нос. Он говорил тихо, сложно было что-либо разобрать. Но некоторые фразы Туловицкому удалось перехватить и понять: "Вот она моя родная, ха-ха", "Никуда не деваешься, ага, на месте...", "Эту я читал, эту я брал, да", "Плохая книга, очень".
Мужчина вправду настораживал. Повисло стойкое чувство, как густой дым, что он что-то сейчас обязательно вытворит. Но что можно было сделать в книжном магазине? Туловицкий напрягся. Сердце подсказывало, что обязательно что-то должно случиться.
Чтобы не показаться откровенным трусом, он сделал вид, что ещё что-то выбирает, что-то просматривает, затем взял отложенные книги и протянул женщине. Та начала пробивать их, но Туловицкий заметил, что делает она это не спеша. Он посмотрел на неё, а она на него. Их взгляды говорили яснее слов: что-то сейчас произойдёт, что-то случится, этот мужчина вызывает тревогу, он опасен.
С трудом держась на ногах, мужчина всё приближался к ним. В воздухе стал отчётливее выделяться отталкивающий запах потреблённого спиртного.
Женщина с мольбой смотрела на Туловицкого. Она просила его задержаться, пока тот не уйдёт. Юрий это понял, понял, что она имеет в виду, что она хочет ему сказать, но он также помнил, что у него была семья, жена и дети. Ему не радостно было думать, что с ним что-то случится в этом магазине, что-то плохое. Он должен был вернуться к родным. Он не виноват в том, что женщина оказалась в неудачном месте в неудачное время. Он-то тут при чём? У него своя жизнь.
Видя, что женщина намеренно медлит, он поторопил её:
– Меня ждут. Можете быстрее пробить?
– Конечно, – разочарованно ответила женщина, но всё равно медлила. Она боролась за свою жизнь так же, как сейчас это делал Туловицкий.
Мужчина прошёл мимо них, улыбнулся, сверкнул двумя вставленными золотистыми зубами и принялся за старое у новых полок с книгами.
Женщина настолько не спешила отпускать Туловицкого, что мужчина успел бегло обойти все полки. Когда они закончились, он повернулся к ним и почти выкрикнул:
– До свидания! С праздником вас!
И он вышел, чуть не упав, раскрывая дверь и переступая через порог. Он рассмеялся и извинился, а после исчез.
Когда опасность миновала, когда стало очевидным, что тревога оказалась ложной, женщина сделалась суровой, грубой. Её взгляд ясно говорил о том, что она Юрия не уважает. Он хотел её бросить, сбежать. Для неё он был жалким мужчиной, если это слово было вообще к нему сейчас применимо.
Она почти бросила перед ним пакет с книгами.
Туловицкий расплатился, взял пакеты и сказал на прощание:
– Извините, что так... У меня семья.
– Вы о чём? – улыбаясь, словно ничего не случилось, спросила женщина.
Туловицкий кивнул, подумав про себя: "Всё ты понимаешь, ты знаешь, о чём я. Не делай из меня дурака".
– До встречи, – сказал он, направляясь к выходу.
Женщина с ним не попрощалась.
Уже открыв дверь, он обернулся к женщине и снова сказал, только громче. Он надеялся, что в первый раз она попросту его не услышала:
– До свидания.
Женщина подняла на него взгляд, полный презрения, и снова опустила, уткнувшись в монитор компьютера за столом.
Нет, видимо, ему не показалось. Она услышала, но намеренно ему не ответила.
Туловицкий загрустил. Выйдя и закрыв за собой дверь, он недолго стоял и думал: "Почему же ты считаешь, женщина, что я должен был рисковать собой ради тебя? Пойми же, у меня есть семья, они меня ждут... Почему ты так грубо обошлась со мной? Почему меня не поняла? Почему посчитала, что я тебе обязан?"
Туловицкий помотал головой. Вся эта история была ему противна.
Он посмотрел направо и увидел вдалеке мужчину, с зализанными к затылку волосами, того самого, пьяного, весёлого, шедшего по улице свободно, вразвалку. У него всё было хорошо, он ничего и никого не боится, это уж точно.
Туловицкий задумался над тем, а ждёт ли этого человека дома хоть кто-нибудь? А если да, то не страшно ли ему так рисковать?
Юрий постарался отбросить дурные мысли. Он думал о жене, о детях, о близких праздниках, о подарках, и в нём всё понемногу улеглось. Он убедил себя, почувствовал это, что ему незачем себя убивать, незачем себя корить, ведь всё ради семьи, ради родных, ради будущего. Он не трус. Просто... просто... просто... не время умирать. Не время рисковать жизнью. Это не его путь. Он хочет жить спокойно. Вот что ему нужно, вот чего он хочет. А больше ничего!
Туловицкий заулыбался и пошёл к другим магазинам. С покупками ещё не было покончено.