Дьяволу пришивают нимб

ИЛИ КАК НАС УЧАТ ПЛЯСАТЬ НА КОСТЯХ ДОБРОДЕТЕЛИ

Оглянитесь вокруг. Из каждой подворотни, с глянцевых экранов и из «умных» книжек на нас хлещут потоки текстов, которые по праву можно отправлять прямиком в канализацию, где им самое место среди прочих нечистот. Ибо что мы там видим? Классический балаган: ценности там лихо ПЕРЕВЕРНУТЫ с ног на голову, чёрное старательно ПЕРЕКРАШЕНО в белое, а откровенное грехопадение нагло МАСКИРУЕТСЯ под добродетель.

Вглядимся в эту адскую машину, её МЕХАНИЗМ ПОДМЕНЫ ПОНЯТИЙ.
Он виртуозен именно потому, что его не замечают. Им восхищаются. Его смакуют, как дорогое вино, не замечая, что пьют отраву.

Нам внушают: «Ты не просто делишься сальными подробностями, ты исповедуешься! Ты честно рассказала, как изменяла мужу. Ты великая грешница — и потому святая!». И это создает иллюзию возможности получить оправдание своим поступкам, своего рода индульгенцию».

Стоп. Честность, бесспорно, товар дорогой. Но дальше следует СЛОВЕСНЫЙ КУЛЬБИТ, достойный ярмарочного шута. Из того, что человек не прикидывается паинькой, делается дикий вывод: он хорош именно потому, что ГРЕШИТ! Логика борделя: проститутка, вернувшаяся от очередного клиента, вещает: «Я честно признаюсь, что я продажна! Значит, я честнее всех этих лицемерных лавочников, что притворяются законопослушными!» Ловко, не правда ли? И главное — никакой ответственности.



Грех — штука тяжелая. Чревоугодие, блуд — это ржавчина, разъедающая душу, семью, личность. Но нам предносят это на блюдечке с поэтической каемочкой. «Грехи поднимают выше любых добродетелей!» — вещает автор, смакует свою сальную мыслишку. А по сути — он проповедует эстетику помойки: «Разрушай себя и других — это весело и возвышенно!»

Это и есть то самое, что называется ЭСТЕТИЗАЦИЕЙ ГРЯЗИ.
А читатель, обманутый красивой оберткой, жует то, что было завёрнуто в  фантик, не замечая, что там — дерьмо.
Слабые духом принимают эту «исповедь грешников» за поэзию, хотя это чистая ПОРНОГРАФИЯ  ДУХА.


А вот ещё один приёмчик, — старый, как заплесневелый сухарь (еще романтики XIX века его обкатывали на «благородных куртизанках» и «непризнанных гениях»). Сейчас ему дали вторую жизнь. Человек, который работает, не пьет, не изменяет, объявляется скучным «моралистом», плебеем, «послушной овцой в стаде». А тот, кто просаживает жизнь на наркотики, алкоголь и разврат, — это, видите ли, «искатели», «смельчаки», любители жизни, заглянувшие в бездну.

Грешник у таких писак выглядит «глубже» и «живее» праведника. Но это всё равно, что сказать, что труп, разлагающийся в болоте, «интереснее» здорового человека, гуляющего по лугу.
Трюк простой: Обыватель — в хлев, грешник — на пьедестал. Вот вам «лицемерный праведник» (ханжа, тайно делающий гадости), а  вот  «честный грешник». Первый — плох, значит, второй — хорош, ибо он наш козырь, наш герой!

Ах, какой «гениальный »кульбит формальной логики!  Ловушка для неискушённых.

Но куда девается настоящий праведник? Тот, кто чист не напоказ, а по сути? А его просто вычеркивают. В этой системе координат ему нет места. Он не лицемер, но и грех не воспевает. Значит, по убогой логике манипуляторов, он — ноль, пустота, скучный мертвец. Так убивают саму возможность нравственности.

Почему же публика аплодирует этому балагану?

Да потому что это УДОБНО. Это же готовая ИНДУЛЬГЕНЦИЯ НА ГРЕХ!
Читателю кажется, что он прикоснулся к тайному знанию, к запредельной глубине. Самолюбие тешится: «Я понимаю такие сложные материи, где добро и зло перепутались!»
Возникает ИЛЛЮЗИЯ ГЛУБОКОМЫСЛИЯ. Да, омут тоже глубок. Но это глубина, полная тины, вони и липкой грязи.
Это философия для ЛЕНИВОЙ ЭРЗАЦ - СОВЕСТИ. Не нужно мучиться, не нужно исправляться. Можно расслабить чресла, распустить слюни и назвать это «смелостью быть собой».




В чем же причина такого легковерия?

Общество устало от ханжества. Это факт. И когда появляется текст, пусть даже от борзописцев, вообразивших себя классиками, всё красиво написано от имени известного писателя (коим пишущий тролль не является), всё запретное объявляется «праздником жизни» и «прорывом к свободе»,— измученный жизнью читатель хватает эту подачку как глоток свежего воздуха.
Но это удавка ложью и лицемерием.
Это свобода для РАЗРУШЕНИЯ, где всё запретное ОБЪЯВЛЯЕТСЯ прекрасным и ПРЕПОДНОСИТСЯ как «прорыв сквозь мораль»  («форточка в окне Овертона»)
Это мастерская подмена понятий, где ДЬЯВОЛУ ЛОВКО ПРИШИВАЮТ НИМБ.


Да, безгрешных нет.
В моральном падении есть своя горькая правда и боль. Но называть низвержение падшего ангела «взлётом» — это не ошибка. Это ОБМАН, СОБЛАЗНЕНИЕ грехом, намерение РАЗВРАТИТЬ других, искупав их в выгребной яме, скрытой в  зарослях увядающего сада.
Настоящая высота — это знать за собой грех, ужасаться ему и не повторять, пытаться стать выше этого.
Те, кто смакует свои гниющие язвы и учит других, что «в этом счастье», — они просто пытаются казаться выше добродетельных людей.  И чем красивее они, сидя в отхожем месте,  пытаются издавать звуки своими «дырками в попках», как ни сами называют свой вещательный орган, тем отвратительнее их лживые звуки для других,  тех, кто еще не забыл, что такое ЧИСТЫЙ ВОЗДУХ.