Крестик

 Много лет тому назад, когда ещё не совершил свой полёт Гагарин и даже не был запущен первый искусственный спутник Земли, в общеобразовательных школах СССР существовали группы продлённого дня для учащихся младших классов из многодетных и малообеспеченных семей и для тех, у кого в домашних условиях не было возможности выполнять школьное домашнее задание. Кроме них на «продлёнку» обязаны были оставаться неуспевающие ученики. «Группа продлённого дня» являлась как бы продолжением учебного процесса, где дежурный педагог всегда мог прийти на помощь в случае возникших у учеников трудностей в решении задач, в выполнении математических вычислений или в написании изложения. Так же был предусмотрен бесплатный обед в школьном буфете, который в большинстве случаев состоял из холодной котлеты с гарниром из отварного гороха или фасоли, стакана горячего чая, жареного в подсолнечном масле пирожка с повидлом и яблока. В зависимости от возможностей той или иной школы организовывались различные кружки, где учащиеся могли проявить свои способности и таланты: химический, исторический, литературный, театральный, столярный, слесарный, кружок рисования, спортивный и прочие.
 Успевающие и способные к учёбе ученики предпочитали на «продлёнку» не ходить, так как дома, после быстрого выполнения домашнего задания, оставалось время для активного отдыха на улице.
 Серёжа Бобров в семь часов вечера вышел из школы после «продлёнки» и занятий в столярном кружке. Дорогу к дому, это около трёх километров, можно было сократить, если идти напрямую по тропинке через поле мимо церкви и кладбища. Обычно в тёмное время суток он по ней не ходил, тем более в одиночку, но в этот раз, чтобы не опоздать к ужину, набрался мужества и пошёл.
 Стоял прекрасный морозный предновогодний вечер. На совершенно безоблачном небе ярко сверкали звёзды и светила полная Луна. Вокруг было видно словно днём. Ни ветерка. В тишине был слышен только скрип снега под ногами.
Когда стал подходить к кладбищу, появилось какое-то зарождение страха, в голову   лезли всякие мысли о ведьмах и колдунах, но он отгонял их, уверяя себя, что ему пятикласснику и пионеру зазорно быть суеверным.
 Когда он проходил мимо большого деревянного креста, торчащего из снега, неожиданно сильный порыв ветра нарушил спокойствие, позади послышался шум и его чем-то накрыло. Ветер стих также неожиданно, как и начался.
 Серёжа освободился от накинутого на него покрывала. Это оказалась белая простынь. Он огляделся. Вокруг - никого. Подумал, - «Принесло ветром», свернул её, - «Хороший подарок будет мамке», и побежал трусцой к дому.
 Уже с порога произнёс,
 - Мам, смотри, что я нашёл, - и передал ей простынь.

 - Где ты её взял? Совсем новая.

 - Прилетела по ветру, когда проходил мимо кладбища.

 - У кладбища?  Погоди не раздевайся.
Мать быстро оделась,
- Идём, покажешь, где это произошло.

 Пришли на место. Мать, проваливаясь в глубоком снегу, подошла к кресту и повесила на него простынь,
 - Возьми своё, нам чужого не нужно.

 Перед сном мать подозвала Серёжу и одела ему на шею крестик на шнурке,
 - Носи, не снимай, это спасёт тебя от многих бед.

 - Я же пионер и в Бога не должен верить, а потом нас в школе учат, что Бога нет.

 - Бога нет пока беда ни пришла, а пришла беда, так самый что ни наесть неверующий Бога вспоминает.

 - Если в школе увидят, что я крестик ношу, засмеют, из пионеров исключат.

 - Ты не показывай.

 - А как же на уроке физкультуры, нужно переодеваться, и что?

 - Ты в это день, когда физкультура, не одевай. Теперь спать, и пусть тебе приснятся добрые сны.

 На следующее утро Серёжа решил пойти в школу той же короткой дорогой мимо кладбища.
 Простыни на кресте не было.

 От автора:
 В конце шестидесятых годов в Москве на месте, где сейчас стоит собор Христа-Спасителя, был бассейн под открытым небом, который работал даже в зимнее время. Он был открыт для свободного, но платного посещения. Изредка я, будучи молодым парнем, посещал этот бассейн.
 Однажды после очередного сеанса купания, когда одевался, заметил, как сосед по скамье, мой ровесник, одевает на шею крестик. Это в то время было редкостью, и я спросил,
 - Ты верующий?

 - Скорее нет. Это память о маме.

 Разговорились, и он, его звали Сергей, поведал мне историю об этом крестике, которая и стала сюжетом моего рассказа.
 
 Хотите – верьте, хотите – нет.