Воспоминания

Это не художественное произведение, всё, что тут написано, передано дословно, с очень незначительными добавками с моей стороны, они мизерны.
Таблетка памяти нам и нашим потомкам.

Воспоминания двух участниц Великой Отечественной войны, простые, без пафоса.
Записано 10 лет назад.


Из рассказа моей бабушки, Марии Степановны, участницы Великой Отечественной, служившей в ПВО, о войне и о том, как бывало.

Расчёт наш зенитный, одни девки, у моста позиция была, там, у моста, мы первый самолёт завалили, бомбардировщик, ура кричали, обнимались на радостях. Так вот, упросили командира выкопать нам блиндаж, не блиндаж, землянку, помыться. Он поначалу ни в какую не соглашался, бомбили часто, мост стратегический, налёты каждый день.
А если налёт, а вы там намываетесь, что тогда, нет, и всё.

Не мытьём, катаньем уговорили, мол, невозможно уже, заросли грязью, ну и пошли две, перед этим долго ждали, слушали, не слышно, вроде чисто, можно, а тут началось, налёт.
Первая же бомба попала в землянку, разорвало в клочья, даже хоронить толком нечего было.
***


Нина Георгиевна Нащенкова, 270-я Демидовская Краснознамённая стрелковая дивизия (2-е формирование).

Я в прокуратуре дивизии служила, так моя подруга погибла, вместе служили, глупо погибла, ужасно.
Мы со штабом дивизии вместе сидели, в одном доме, командир дивизии дал какое-то поручение устное, надо было что-то там передать.
Решили послать на танке, вроде как быстрее, да и не было в тот момент ни машины, ни лошади, ну танк, значит танк, ещё лучше.
В стороне лежали мины противотанковые, целая гора мин, наши сняли мины немецкие и сложили.
Там же, рядом с ними, стоял танк посыльный, и вот народу по пути набралось много, облепили танк, и подруга моя залезла, зачем она полезла на него, не знаю, даже сейчас.
А дальше, что произошло, непонятно, танк, вместо того чтобы вперёд дать, сдал назад и наехал на эти мины, рвануло страшно, всё разорвало, от подружки моей только голень нашли, она носила туфли, вот только что и нашли, и всё, больше ничего.
Вот так.

P. S.
У Нины Георгиевны когда-то была семья, дочь, муж. Дочь умерла, когда ей шёл одиннадцатый год, потом умер муж, не перенёс, она осталась одна, и когда я иногда заезжал к ней проведать, она просила поставить пластинку, на которой был записан голос ребёнка, её дочери, она читала стихи, Нина Георгиевна сидела молча, глаза её светились, пальцами она перебирала кончик шали на плечах,  я сидел отвернувшись,подавляя предателький ком в горле, смотреть на это, было невыносимо.
***

Мария Степановна.

Сидим с девками у зенитки нашей, смолим, идет офицеров группа, одна говорит, смотри, симпатичный какой, и кивает на одного из них, только ножки кривоватые.

Расписались 9 июня 1945 года в комендатуре с тем, у кого ножки кривоватые, медовый месяц провели в бронепоезде, боеукладку освободили, занавесочку натянули.
Войну закончили в местечке Торгау.
60 лет вместе прожили, мои бабушка и дедушка.