В моей голове или букет ромашек

В моей голове рисуется образ тебя, спящей до самого обеда. Свежее голубое одеяло охватывает нежное тело, оставляя частично обнажённые фрагменты, будто ты вовсе и не спишь, а позируешь для романтичного провансальского живописца. Впрочем, ни одного художника я бы не подпустил к тебе ни на шаг, боясь даже представить, какие мысли у этих творческих натур. В спальню просачиваются лучики утреннего солнца. За окном слышится гармония южного посёлка: кудахтающие куры, да бурчащие индюки. А я бегу тебе за букетом ромашек, пока ты пребываешь в сонном Царстве Морфея. Знаешь, в нашем саду можно найти цветы пороскошнее, но именно через ромашки я хочу показать тебе глубину и некоторую наивность своих чувств: какую-то детскую, пусть немножко глупую. Нам не по 18 лет, но хочется попытаться хотя бы на мгновение вернуть тебя в состояние беспечности и лёгкости. Такой же лёгкости, как те перистые облака на небе. Пусть уйдут привычные тревожные мысли, пусть уйдут разочарования, а останется только эта самая наивность. В нынешнем мире "наивность" - лишь слово без какого-либо содержания. Люди стремятся к некой эффективности, продуктивности, а по итогу выясняется, что сил не остаётся даже на то, чтобы просто жить. Поэтому окунись в мой мир, в котором мы никуда не бежим (ну, разве только я бегу за ромашками, пока ты не проснулась).

Ромашки - не розы. В них нет сексуального контекста. Алая роза манит, но скорее напоминает прошедшую огонь и воду роскошную возрастную даму, которую трудно чем-то удивить. В ней есть прямота ожиданий и беспардонность - всё то, что напоминает нынешнюю действительность больших городов. Белая роза символизирует молодость, но не непорочность. Во всяком случае, в моей голове. Да, я обожаю розы, но сегодня мне хочется подарить тебе больше, чем простой букет милейших цветочков. Мне хочется дать тебе понимание того, как ты желанна и как любима мною. Мне хочется взглянуть в твои ярко голубые глаза и сказать, как счастлив я просто видеть твою улыбку. Улыбку спокойствия и умиротворения.

Я возвращаюсь, осторожно ступая по скрипучим половицам — не хочу разбудить тебя раньше времени. В руках — букет ромашек, ещё влажных от утренней росы. Их простые, искренние лепестки будто светятся изнутри, храня в себе тепло первых солнечных лучей.

Сажусь на край кровати, разглядывая твоё спокойное лицо. Ресницы чуть подрагивают — снится что-то хорошее. На губах — тень улыбки, той самой, ради которой я готов собирать ромашки хоть каждый день.

Ты медленно приоткрываешь глаза. Сначала во взгляде — лёгкая растерянность, потом — узнавание и тёплая, сонная радость.

— Доброе утро, — шепчу я, протягивая букет.

Ты принимаешь цветы, вдыхаешь их едва уловимый травянистый аромат и смеёшься тихо, мелодично — словно ручей журчит по камешкам.

— Ромашки? — переспрашиваешь с лукавым блеском в глазах. — А я уж думала, ты решишь впечатлить меня чем-нибудь помпезным.

— Помпезность — для тех, кто не умеет говорить просто, — отвечаю, беря тебя за руку. — А мне хочется, чтобы ты чувствовала: я вижу тебя настоящую. Без масок, без суеты. Такую, какая ты сейчас и есть — тёплую, мягкую, бесконечно родную.

Ты опускаешь букет на прикроватный столик, приподнимаешься и обнимаешь меня — ещё сонно, но крепко. И в этом объятии — всё, о чём я мечтал: покой, доверие, та самая наивность, которая на самом деле и есть высшая мудрость. Мне кажется, что именно так и должна выглядеть вечность — вот в таких простых, тихих мгновениях, где нет места тревогам, а есть только мы и букет скромных ромашек на деревянном столике.