Дублер и перевоплощение

Сергеич, позвонил Саша, а я ведь остался тут на всю неделю. Приезжай. Веселее будет.
В словах Саши уловил нотки отчаяние. Распрашивать не стал. Сказал: Завтра приеду.
Дел никаких не было. Надо съездить. Поддержать Сашу. Погода стоит теплая. Что здесь хожу по Набережной десять километров, что там. Но там интересней.
Саша рубил дрова. Стук топора услышал метров за двести до дачи.
-Здесь, Сергеич, жизнь только ходить за дровами, рубить и топить печь. Ну, еще чай пить. Пойдем в дом. Чай настоялся.
-Что случилось?
-Отдыхают там гости. Не хочу мешать. Хоть и сказали приезжать. Мне не интересно слушать их базар. Маты через каждое слово. Выпивка. В душу лезут. Чужой мир для меня.
-Ладно. У меня есть тема интересная. Ты такого еще не слышал.
-Да, ты что?-удивился Саша.-Конечно, послушаю.
-Прочитал в книге Алеся Адамовича «Каратели» главу «Дублер». Ничего подобного раньше не читал.  Адамович описывает последний день и ночь перед смертью Сталина. «Сны с открытыми глазами».
Из циркуляра Особого отдела Департамента полиции от 1 мая 1904г.№5500: «Джугашвили Иосиф Виссарионович, крестьянин села Додо-Лило Тифлиского уезда, родился в 1881г., вероисповедание православного, обучался в Горийской духовной семинарии, отец Виссарион, местожительство неизвестно, мать Екатерина, проживает в г.Гори Тифлиской губернии. Приметы: рост 2 аршина и 1/2 вершка, телосложения посредственного ...на левой ноге второй и третий палец сросшиеся».
Эпиграфы к главе. «Если не найдем этой линии и темпа-оппозиция наша будет расти, и страна найдет тогда своего диктатора-похоронщика революции,- какие бы красные перья ни были на его костюме...» Феликс Дзержинский, 1926г
«..революция может привести к политическому уродству, вроде древней китайской или перувианской империи , т.е. к обновленному царскому деспотизму на коммунистической подкладке» Г.Плеханов.
«Что особенно невыносимо: ее видишь не ты один, твою неотвратимую смерть. Видят и другие и надеются, что дождутся, что тебя переживут. Ты один, а их много, бессчетно много. Сколько ни посылал их, любые тысячи, миллионы, впереди себя, кто-то все равно пересидит, дождется. И никакие шарлатаны от медицины не отмолят тебя от смерти. Никакие богомольцы. Сколько лет морочил, подлец, голову! А сам до 70 не дотянул-подох, спроси теперь с него. Цифрами кидался: 150 лет! 200 лет!...Они тебе веку добавят, как же. Укоротить-это пожалуйста! Всем, всем  поперек глотки. Как волков ни корми...Целый змеюшник образовался, и где- в медицине. Уходи, старикашка, сам, не то полечим! У них и эмблема такая-змея...Только дурак стал бы верить в ваши здравницы, «письма трудящихся». Но самые псы из псов-кого пригрел, кому имя сделал. Ближайшие! Соратнички!..Что сделал бы человек с чистой совестью? Прибежал бы, криком кричал, жаловался. Как когда-то друг мой Серго, когда чистили его аппарат. Были друзья, были... А эти? Все как один: будто ничего не случилось! Будто и жена ему не жена, и брат не брат, и сын не сын!Как самочувствие, Вячеслав Михайлович? Спасибо, Иосиф Виссарионович! А ваше, товарищ Шверник? И у этого лучше некуда. Ну, а ты, ворошиловский мазила, у тебя тоже никаких происшествий? Ну и как без жен обходитесь? Учитесь у Михаила Ивановича. Даже помолодел, козел старый...Ваши жены годами поперемалывали наше с Надей семейное белье! Кто да кого до чего довел! И такое уж, думаете, удовольствие с вашими рохлями встречаться на вечерах.Смотрит, будто ее, корову, живьем съедят. Да они и вам нужны ли? Тем более что и дураку известно: сатана/ а в наше время разведка/ ищет и первой находит женщину. Дорожка проторенная: враг-жена-ответственный работник. А жена члена Политбюро-самый короткий путь к самой крупной цели. Один Поскребышев лысиной бил в колено, стучал-достукивался: «Отец родной, богом молю, верни жену!» Скулил как баба: «Ну зачем она вам, Иосиф Виссарионович, зачем? Она сама всегда ненавидела этих Седовых, иудушек Троцких. Мало разве настоящих врагов?» Это он мне будет объяснять, кто враг, а кто нет! Помощничек! Ну да ладно, будет тебе жена, Александр Николаевич, если так убиваешься. Он, как потешались мои «бояре», забыв о женах собственных! Еще бы. Прибежал наш лысенький домой, а там дожидается молоденькая: «Мне сказали, что я ваша жена». Ах, как смешно! /И правда смешон дурак./ Но этот хоть просил-молил, а те глазом не сморгнули. Будто жен у них как у мусульманина. Или даже рады, что избавил их от толстых жидовок. Сразу зашустрили, козлы старые. Нет, все потому, что ждут, уверены,: недельку-вторую перетерпеть, и свободны! Раскусил я вас, вовремя оглянулся... И местечковый шут Лазарь Моисеевич с ними. Ободрал на метро мрамор со всех соборов-мечтает, что это ему самому памятник. Ничего, я ваши имена написал, я их и сотру. Не такие имена были громкие, а где они? Прокляты народом. И с вашими тоже самое будет. Развели шпионские кодлы, у каждого под крылышком целая синагога...Снова глаза, прямые, колючие, как проволока. Что, не ваш? Не ва-аш, знаю! Не нравлюсь! Снова и снова эти глаза. В них все тот же вызов и презрение, даже  когда на колени упала, стояла на коленях и упрашивала не расстреливать, не убивать «гвардию революции», и конечно же, весь набор бабьих причитаний, от которых на стену хочется: ах, Ильич их ценил, они работали с Ильичем! А кто, кто поссорил, раздор посеял? Не ты? С вашим этим тайным завещанием. Бабьи дела, бабий почерк, втянула его в бабьи счеты-не простила «великая вдова» того телефонного разговора...Что, разве нет? Что смотришь: не правду говорю? А теперь вот на коленях...-Обещаю им сохранить жизнь. Но если только вы, Надежда Константиновна, их осудите. Публично. Именно вы. За фракционную деятельность. Владимир Ильич как был против фракционности! Договорились?-Хорошо, я согласна. Но вы обещайте. А в глазах: лжец! Лицемер! Конечно, обманешь!...
Испортила война всех. Уверенности, наглости хоть отбавляй, привыкли: дальше передовой не пошлют! Бывают места и подальше, или уже подзабыли? Война, слаба богу, кончилась, не забывайте...В России любят искать главного виновника. Чтобы только себя не винить. В  голод ли, в мор или когда враг побеждает. Сами бегут трусливо, но нужен кто-то, кто за все ответит...победил товарищ Сталин. Товарищ Сталин всегда побеждает, нравится вам это или нет. Те кунцевские дни, ночи не повторятся никогда. Забыть, и чтобы никто не смел знать-помнить! Никого не должно быть, кто бы помнил. Не до того будет. Всех через чистилище, всех! Я вас ссажу с белого коня!  Вы не первые, и до вас были «победители». Не успеешь оглянуться, а они уже предатели. Как с Семнадцатым съездом получилось. Съезд победителей-предателей....и в партийном строительстве: ничего гениальнее, чем орден  меченосцев не придумал никто...В раю наглеют, в аду звереют, зато чистилище для человека-в самый раз. На словах называть можно как угодно, но никто ни в чем не должен быть уверен, все должны помнить-вот это помнить должны-и не такие заслуги были у людей! ..И не с такими заслугами летели в тартарары!...Никто не должен считать, что недосягаем! Мои соратнички слишком поверили, что навеки приписаны к своим громким именам. Имена легко переделываются, переписываются...Чистеньких вообще не бывает. А если таким кажется-он-то и есть самый опасный. Просто хорошо замаскировался. Разве 1937-й и 1938-й это не показали? Примеров миллионы. Все убедились...В 37 да 39 уже и остановить трудно было. Лаврентий даже хохмил: скоро и сажать некого будет!И некому! Народ болтунов любит. Но святых иметь обожает, хлебом не корми, а святого подай! Отняли царя, боженьку- из Мироныча святого стали лепить. Ну что ж, мертвый святой-еще святее. Так что все правильно. Ах, как этот  самый Мироныч перед голосованием, когда его посетила «черноземная» делегация- челом били, звали на, трон, генсеком,- как он разволновался. А не потому ли, что ходоки угадали его темные мысли-почувствовали  подлецы: ихний, свой! А златоуст решил, что его трусливый отказ сесть на место товарища Сталина дает ему право всех поучать. Ах, будь не такой-разэтакий, а будь хороший, лояльный, доступный, как я! Как, как всем им хотелось, хочется на свой копыл переделать, перетянуть. Он, значит, им свой, против него только три голоса, а три-это не триста./Исподтишка напакостили, в урну, насолили товарищу Сталину-победители!/ Да только не то важно, как голосуют, важнее, кто подсчитывает голоса! А этот лавочник Лазарь, уверен, что по гроб жизни ему обязан за его арифметику-за то, что всем оставил одинаково по три голоса.  Пакостят трусливо, с бегающими глазками. Одна только Надя всегда высказывалась открыто-в лицо. Проклятая цыганская, аллилуйская порода! Мамочка все науськивала. Надя уже криком кричала: «Ты зверь, зверь! Зачем ты приказал расстрелять ребят из нашей Промакадемии?! Нет, это я, я виновата! Они мне поверили, а я думала, ты на самом деле не знаешь, что люди, что дети уже пухнут от голода в твоих колхозах. Рассаказывала тебе, дура, что люди говорят...Теперь я понимаю-а тогда была дура!-чего ты добивался от меня в Горках. Тебе надо было шпионить за Владимиром Ильичем. Ты из него зэка сделал. Всех засадишь за проволоку и будешь на всю страну улыбаться: обаятельный, сердечный грузин! Все скоро будут тебя ненавидеть. Куда спрячешься от всех? Как можно так жить?..Говорят, плеснул ей из фужера. Не помню. Убежала домой и застрелилась. Письмо оставила. И провожала ее, между прочим, молотовская Полина, хитрая Жидовочка Жемчужная...
Стал бояться Главного Мегрела и во сне. Значит, правда. В снах чувства не лгут».
Прямо, Саша, как из Учения Живой Этики. «Никто, никто не знает, каково это: годами, каждый день видеть у себя в кабинете убийцу-ничтожество, пролившее царскую кровь. Была примета: веревка, которой удавили человека, приносит удачу. Обзаводились, на кусочки резали. Таким талисманом был Поскребышев: всем хвастал, кретин, что участвовал в екатеринбургском расстреле...Змея Лаврентий пытался и охрану заменить: сибиряков на грузин. На мегрелов своих, конечно. Еще раз выдал себя, Главный Мегрел. Выдал! Но Кунцево не Горки. А как хотелось им засадить товарища Сталина, и правда, как зэка какого-нибудь. Хоть бы в Кунцево...
Смирный, мягкий Джугашвили, когда выпивал, делался диким, необузданным, бросался на обидчиков с кулаками, хватал камень из-под ног, кричал: «Убью! Меня обижай, а за сына убью!» Но потом начинал избивать сына, остервенело, себя не помня. Пока мать не вмешивалась./Вот и руку, дурак, повредил, сохнуть стала/. А потом отца убили. Где-то в соседнем Телави...Екатерина Джугашвили даже не поехала хоронить. «Туда и дорога!»-все что услышал от нее сын....Когда в 1936 году приехал к  ней-царем приехал, каких Грузия не знавала, всей России хозяин!-что от нее услышал, от матери? «Лучше бы ты  сделался священником...» А приехал к ней сын, чтобы наконец о главном поговорить, узнать всю правду о своем рождении, происхождении. Об отце. Но услышал: «Лучше бы ты...священником.. А то все все в цари, все в цари!» Так и не расспросил о жизни в Тифлисе, когда служила горничной у царского наместника. Кто бывал, кто приезжал к наместнику-пришлось узнавать по документам. Пржевальский, этот шпион-ученый побывал, брат царя несколько раз приезжал. А сам Александр Третий?А молоденькую горничную как-то очень торопливо, внезапно сплавили в глухое Гори, и она тут же вышла замуж за незаметного осетина, сапожника...Царь, царский плод-уж не эта ли тайна матери? И его, Иосифа, пьянящая тайна...»
У многих писателей читал, что Сталин сын Пржевальского. Он похож на Пржевальского. И деньги за его обучение поступали из Питера.
«Разве объяснишь дуракам, что время было такое, что вот и Роман Вацлавович Малиновский, социал-демократический депутат, который в Думе речи произносил, не им/а знали бы вы кем!/ написанные-от имени партии произносил,- им он тоже, да, да, служил в охранке. И давал эти речи жандармам читать, перед тем как выступать...Хорошо было Бухарину, отсиживаться в заграничных читалках, тыкать пальцем в Малиновского. Чистоплюи библиотечные! Тычут! Тычут! А ты бы сам попробовал повертеться в этой жандармской России, тогда бы понял, что к чему. Это тебе не на руках ходить. Спортсмены! Что не все дороги к высокой цели прямые!...
Ну, что тебе?
-Папа, это неправда, неправда, что я слышала?
-Что правда, неправда, где слышала?
-Будто ты детей велел расстреливать? Детей врагов народа.
-А ты думаешь, дурачка, они бы тебя пожалели? И не твое это дело. Постой, постой, кто, кто это тебе сказал?.,.Самая подлая натура-это что всегда кто-то помнит. Сколько ни срезай и как глубоко ни забирай-корешки остаются. Они- в детях. Дети-главное звено...
Кусают, даже  ползая на брюхе. А после новых мемуаристов окажется, что и Отечественную выиграл не товарищ Сталин. Жуковы да Рокосовские все исправили да направили Растащут победу по своим книжечкам, мародеры!...Бывало глянешь вдоль банкетного стола и все ясно как божий день: жены у всех как сестры родные. Дщери Сиона. И дурака Ваську  моего опутали, и Светланку тоже- не успел от одного избавиться, тут же какой-то Мороз на смену...Ничего противнее баб на свете нет, у всех у них одно на уме: забраться в душу поглубже. Заберется, а потом выскакивает как сумасшедшая: ах, не тот, ах, не такой, у меня другой идеал!..Что грузинка, что цыганка или русская-все они одинаковы. «Дщери», те  вроде бы похитрее должны быть, но и их слишком пугало происходящее, руки-ноги отнимались. Ужас, слезы в глазах, а стола того с бериевскими фруктами, конфетами, винами как черта испугается
сидит на краешке стула или прижалась к стеночке, а тут дверь открывается, и входит...товарищ Сталин! Так и  не придет в себя за весь вечер, сколько ни разговаривай, ни улыбайся-вялый труп, противно, на боль только и отзывается. А одна отбивалась, даже царапала, дура: «Ты не Сталин, неправда! Рыжая вошь! Вы тут банда, одна банда!»
Я говорил тебе как-то, когда Шолохов вышел из Кремля, где встречался со Сталиным и его соратниками, в сердцах сказал знакомому писателю, что там одни бандиты. Продолжаю.
«Где теперь ваши громкие имена? Теперь имена ваши в моих руках. Как решу, так и звучать им. ..Нет, не увильнут и эти, как ни хочется Эренбургам с Маршаками увильнуть, не писать и не подписывать обращение-просьбу о переселении за Енисей, за Лену всех евреев. Подальше от гнева народного...
Сын Василий на Аллилуевых не похож-охламон, грубиян, хотя и предан отцу слепо. Светланка же что-то ихнее взяла-это раздражает, прямо за волосы дернул бы, но за это же все, Надино, она тебе нужнее всех. Ну а ты, постылый, настырный, чего пришел? Все что-то доказать пытаешься, всю жизнь чего-то хотел от отца. Учился по-дурному, женился по-дурному, что ж, твое дело. Жил чуть ли не в коммуналках, характер выдерживал. Но  не надолго хватило. Сопляк, стреляться вздумал! Взяли моду! Только изувечил себя. «Ага, не попал! Не умеешь, не берись!»-аж заплакал, когда сказал ему это. Что, отцовских слез ждал? Ну, чего пришел снова, говори!
-Чем тебе снова не угодила моя Юля, жена?
-Твоя вдова? Одна другой стоит, что у тебя, что у этого охламона Васьки. Уже и русских баб вам не хватило, Подсунут вам сионисты, вы и счастливы. Вон и со Светланкой-не отбиться. Выросла дура, без мозгов!
-Прошу тебя, не трогай Юлю, совсем осиротишь девочку нашу. Хватит уже, насиделись в твоих лагерях.
-Жена офицера, сдавшегося в плен!
-Так ты ее за это?
-А чем она лучше других? Все должны быть равны перед законом. А то привыкли. И мои соратнички тоже...
-И когда ты насаждаешься? Скоро самого себя засадишь. Да и так уже сидишь. Через окошечко кормят? Вот через это?
-Ты для чего явился, изменник?...
-Всю кадровую сдали в плен. Именно: сдали! Тухачевский да Уборевич, Гамарник такую армию подготовили. А ты выдал ее Гитлеру. Связанную по рукам и ногам в твое всезнание. Мало, так еще хотел, чтобы сами себя постреляли. Чтобы некого было стыдиться? Да о ком я, о каком стыде? Не тот ты человек. Слушай, я давно хотел про твое довоенное спросить, про расстрелянных командиров. Почему именно сорок тысяч?
-Хороши вы тут, стратеги! Какой это умник аэродромы все сгрудил у границы в пределах досягаемости? Даже бомбардировочную авиацию. Склады все тоже,-прямо в руки, бери. Зато зэков, не поленился,-подальше на восток! Лагеря перемещал, значит, знал, что не на «чужой»  будем воевать территории. Знал, что делал. Знал! А с войсками что сотворили? Безоружных отдали, красноармейцы сами по себе, техника сама по себе. Корпус гранаты на одном складе, рукоятка-на другом. Танки без бензина. Потому что своих боялся больше Гитлера. А недорасстрелянное командование-тебя больше, чем фашиста... И зачем старую границу растащили, все укрепления, хотя на новой еще не построили?
-Ты чьи мемуары пересказываешь?
--А я вот что подумал: знал, знал ты, что делал! Только сейчас на ум пришло. Ты этого и хотел, чтобы вначале было хорошее кровоспускание-уже от Гитлера. Чтобы забыли твою войну с народом. Война с Гитлером, мол, все перекроет, спишет. Специально подставился. Но не рассчитал...
-Бред!  Ты с чьего голоса поешь, подлец?
-Так или не так это, но кровь пускали на пару. Дублерская работа. Там-с Троцким на пару. Тут-с Гитлером на пару. Постой, их и в гражданскую, «спецов-офицеров,  , было ровно 40 тысяч. Ты их уже под Царицыном начал топить целыми баржами/как потом крестьян в Северном море/, но тебе с Ворошиловым помешали, не дали. Через 20 лет все-таки сделал по-своему. Всех, кого Троцкий привлек и кого Ленин от тебя уберег, а заодно и новые кадры. А новых-то почему? Для цифры?
-Знаю, не можешь простить, что не выменял тебя на какого-нибудь генерала или Паулюса.
-Вот за это спасибо. Если ты действительно отказался. Искренне говорю.
-Ты, может, и в плен сдался, чтобы судьбу их «разделить»? Этой блажи и у мамаши твоей хватало! Юродиво семя. Христосик лагерный!
-Знаю, знаю, что мой несчастный плен ничью судьбу не облегчил. Наоборот, ненависть к сыну ты на них перенес. На всех, кто оказался в плену. Или просто под оккупантами.
-А как я должен смотреть на предателей? Ишь, побежали! Ну, ну, скатертью дорога!
-Я давно убедился, что о каких-то вещах с отцом моим бесполезно говорить. Немцы, дурачью, обрадовались: сына Сталина держат в руках! Расчет на чувства, о которых человек по имени Сталин представление не имеет. «У меня нет пленного сына в Германии. А есть предатели»...

Все! Больше напечатать не успел. Ночь коротка оказалась. Там еще полкниги о его предсмертном разговоре с самим с собой.
-Это так писатель заглянул в душу Сталина?
-И заглянул, и изучил жизнь  за годы его правления страной. Тут и беседы со свидетелями, и изучение документов, и собственное видение до прозорливости.
Близко к Истине заглянул писатель.
-Какое страшное время было, Сергеич!
-Да. И мои родители прошли через все это. Раскулачивание. Нищета. Голод. Болезнь детей и смерть. Две войны отец прошел: финскую и с немцами. И опять голод, нищета. Хрущев обложил  налогом каждую яблоню. Пришлось вырубить сад и сократить почти вдвое огород. Работать начал, кажется, с 12 лет. Выгружал вагоны с углем, с мукой. Загружал вагоны рудостойкой. Ходил в лес за крапивой для чушки. За ягодой ходил с матушкой и братьями с 6 лет. Учился-так себе. Любил ездить на поездах.
-У меня почти тоже самое, Сергеич. И работа с самого детства. Учился плохо. Закончил всего семь классов. Выучился на водителя. Потом Армия. Занимался спортом-каратэ. Потом работа в порту крановщиком. Поездки и походы в  тайгу. Встреча с  тобой. Затем с Валентином Семененко. Путешествия по Приморью. Встреча с Вовкой-соседом по дому. Игры компьютерные до безумия. И финиш-остался с одним рюкзаком на улице. Без жены и детей.
-Зато какой опыт приобрел! В следующем воплощении этот опыт пригодится. Кстати, выбрал из четырех книг Живой Этики Учение о Перевоплощении и успел напечатать
-Да, тоже моя любимая тема. Послушаю.

ПЕРЕВОПЛОЩЕНИЕ.
«Каждая смена жизни, подобна лекарству, исцеляет какую-то нездоровую сторону человека.
Посмотрите, насколько вредят себе люди, ограничивая себя лишь одним земным существованием! Когда же Мы устремляем людей в будущее, они вообще не пони мают, как приступить к такому мышлению. Один думает, что он навсегда привязан к одному месту; другой внушил себе, что он должен оставаться на одной работе; третий уверен, что он не выдержит передвижения; четвертый мнит, что должен погибнуть от  мнимой болезни,- так каждый выдумывает себе оковы, не зная, что в прежних жизнях он уже испытал все способы существования. Такая условная жизнь на Земле при полном невежестве о прошлом не дает возможности мыслить о будущем. Люди  уходят от земли, не думая, что им придется вернуться сюда же. Но если бы они, хотя бы отчасти, помыслили о прошлом и научились мыслить о будущем, они охранили бы себя от многих заблуждений. Не страх перед Адом, но желание совершенствования поведет людей к улучшению жизни. Мы живем в будущем. Мы знаем прошлое. Мы не боимся Беспредельности и ожидаем каждого продвижения. Поймем, что каждое мгновение уже есть прошлое. Но нам дано будущее.
Ведь каждому, готовому к воплощению, дается по силам ему поручение добра.
О смене жизни Учитель не говорил народу, ибо в Его стране эта истина не была бы понята. Даже из учеников немногие усваивали вполне перевоплощение. Перевоплощение было известно некоторым сектам и так же, как и теперь, оно отрицалось многими. Именно, так же как и теперь, смена жизней вызывала ожесточенные споры.
Кроме полного воплощения бывают и частичные. Сильный дух может давать часть своей энергии.
Не могут усвоить люди, почему великие воплощения иногда сменяются как бы незаметными. Но кто знает, какой ценный предмет должен быть найден во время трудного пути? Часто в чреде совершенствований требуется малый с виду, но великий ценностью камень. Часто малое зерно нужнее, нежели целая скирда сена.
Люди воплощаются с разными определенными заданиями. Загнанные, угнетенные народности вернуться на Землю, чтобы напомнить о своих попранных правах. Многие остаются в пределах мести и сведения счетов. Всякие побежденные и обиженные часто вернутся к месту, где они претерпели насилие. Ужасна и разнообразна бывает эта месть. Они внесут смуту и усложнят путь страны. Никто не узнает этих мстителей, ибо они постараются войти в служилые слои народа.
Воплощающиеся приходят на Землю с добрыми намерениями-это великий закон. Даже из низших слоев перед воплощением получается просветление о добре как об основе бытия. Но  каждый аромат, даже самый лучший, не может насыщать долго пространство, так и доброе намерение распыляется под влиянием различных воздействий. Ребенок не зол, но очень быстро может усвоить наследие атавизма. Из мельчайших подробностей жизни могут слагаться дурные привычки, которые можно назвать вратами зла. Так исчезает просветление, коснувшееся в Тонком Мире.
Переход в Тонкий  Мир может сопровождаться самыми различными ощущениями, как чрезвычайно болезненными, так и блаженно-прекрасными. Но не будем рассматривать крайности. Нужно обратить внимание на среднее состояние, которое может быть доступно большинству. Представим себе человека, знающего пользу добра и понимающего мощь мыслетворчества; кроме того, человек должен признавать жизнь потустороннюю, и не будет он жалеть то Земле, ибо знает о возвращении в плотное существование. Такой человек может заснуть спокойно и, не теряя сознания, очутиться в потустороннем мире. Он не будет чувствовать боли, ибо его тонкое тело не будет отягощено преступлениями в мыслях, и он не будет подавлен и скоро поймет все окружающее. Он изгонит страх, ибо поймет, что мысли есть прочный щит.  Особенно ценно, что и в среднем состоянии человек может обойтись без долгого сна. Он может немедленно приступить к познанию и труду. Он может утвердить свое одеяние и поспешит к общению с полезными сотрудниками. Он может получить все преимущество Тонкого Мира и начать приближение к Высшим Сферам, именно может начать такое приближение в полном дерзании.
Каждый воплощающийся получает луч озарения.
Нередко люди начинают думать о своем будущем воплощении, но полезнее отложить это решение до Тонкого Мира. Может случиться, что на Землю не придется возвращаться или придется поработать долгий срок в Тонком Мире, исполняя особое поручение.Такое поручение сближает с работою Братства. Нужно понять, что сроки существуют для всех, но одни приветствуют их, а другие проклинают. Многие желают вернуться и до срока,  но иные стараются избежать хотя бы на краткое время и даже изобретают новую работу.
Подумайте, насколько разделяются люди и по вопросу о перевоплощении. Одни могут принять всю справедливость этого закона, но для других он является чудовищным. Такие люди тоже смутно припоминают свое прежнее существование, они имеют основание пугаться своих деяний. Так можно наблюдать деление человечества.
Так, люди, чрезмерно заботившиеся о своих земных болезнях, продолжают те же рассуждения и в Тонком Мире. Они привыкли принимать многие лекарства и не могут представить себе, что эта сторона им не нужна.
Каждый ребенок приходит в земную жизнь с уже сложенным характером. Можно облагородить и возвысить сущность человека, но нельзя изменить ее. Сущность человека слагается в Тонком Мире.
Каждый приходящий приводит с собою многих жителей Тонкого Мира, это не одержание, но лишь созвучие аур.
Каждому человеку дан светильник.
Некоторые стремятся как можно скорее воплотиться, такой подвиг ценен, но и устремленная работа в Тонком Мире тоже имеет свою причину. Можно представить, как нужны некоторые деятели в Тонком Мире.
Но вот о чем следует озаботиться: нужно, чтобы люди поняли непрерывность жизни, чтобы они приняли эту истину как непреложность, чтобы они  полюбили путь восхождения.
Не без причины человек рождается в определенной стране и принадлежит к определенному народу. Кармические условия устремляют человека к определенному месту. Перед воплощением человек узнает причины его назначения и соглашается с ними. Каждое воплощение происходит добровольно.
Прекрасен закон, дающий воплощенному иметь в себе вечный Агни, как Свет во тьме.
Закон воплощения справедлив. Зерно духа нерушимо и вечно. Беспредельность утверждает вечность. Теперь особенно часто будут скорые воплощения. Многие обитатели Тонкого Мира спешат вернуться, и в этом сказывается развитие и спешность эволюции.
Можно видеть, как издревле люди постигали закон перевоплощения для того, чтобы в судорожном гневе снова отвергнуть его. Причина жреческого отрицания понятна-каста защищала свои прерогативы, а закон Бытия мог уравнять права людей.
Являя ограничения своим жизням, люди ограничивают свою деятельность...Ограничивая свою жизнь, он ограничивает Космос.
Ведь только цепь жизней может дать причину жизней. Потому, когда Мы скажем, что дух завершающий готовил себе тело тысячелетиями, то это утверждение есть истина.
Человечество не любит смотреть в даль будущего, и сознание копошится в пыли непосредственной близости. Пока человечество не научится смотреть вдаль, невозможно сократить страдания человеческие.
Продолжительность жизней воплощенных ничто в сравнении с существованиями во всех прочих состояниях.
Мы совершенствуемся в каждом проявлении земном в отношении определенных качеств.
Только через земное совершенствование мы окажемся хорошими путниками к дальним мирам.
Каждый Великий Учитель говорил о непрерывности жизни. Также можно заметить, как именно это указание из каждого учения истреблено, ибо материализм должен защищаться.
Знание прошлых явлений может помочь бодрствующим духом, но сонным не полезно.
Иногда дух настолько прикасается к прежним воплощениям, что переживает их снова. Мы лишь в случаях необходимости касаемся прошлых воплощений, чтобы не привлекать эманации прошлого из Акаши.
Не менее половины всех земных встреч происходит из прежних воплощений. Широкое приложение кармы создает сложные сочетания,  как бы двойное и тройное родство. Но лучше быть платящим, нежели получающим, ибо каждая плата кончает прошлое, между тем как получение может снова связать.
Можно рассматривать ряд воплощений как ряд отдельных жизней, но лучше смотреть на смену воплощений как на одну жизнь. Правда-жизнь одна, и с момента овладения человеческим сознанием жизнь не прекращается со всеми последствиями, и окружающие космические токи вызывают единообразные ощущения в разных фазах жизни. Это одно из самых связующих жизни обстоятельств, доказывающее одно природное начало. Промежутки воплощений можно назвать сном или днем, это зависит от точки зрения. В прошлом может быть это сон, в будущем может быть день. Это зависит от успеха эволюции.
Личное ограничено одной жизнью. Но что простирается за пределами ее, уже относится к Индивидуальности. Личные связи, личные чувства и личные привязанности непрочны, но индивидуальные  идут из жизни в жизнь... Между личностью и Космосом стоит Индивидуальность как связующее звено с Вечностью и как собиратель жатвы того, что остается от каждой отдельной личности в длинном ряду отдельных воплощений. От личности не остается ничего, кроме опыта, извлеченного из каждой отдельной жизни. Надо протянуть сознание за пределы одного воплощения, и чем дальше, тем Лучше». Все!
-Сергеич, я радуюсь, когда мне понятны формулы. И огорчаюсь, когда не понимаю. Многого еще не понимаю. Но верю.
-Я тебе уже много раз говорил, что Учение это дано на тысячелетия человечеству. Может быть, и десять воплощений не хватит, чтобы изучить и понять это Учение.
-Лишь бы унести с собой то, что познал.
-Унесешь. Только читай ежедневно. Вдумывайся, читая. Пьем чай. Гуляем.
-Сходи один. Я уже ходил в лес за дровами.
Решил пройти вверх Чандалазки. По льду. Дошел до гранитного валика, с помощью которого корейцы перетирали зерно на муку. Лежит это жернов около ключа почти сто лет. Выселили отсюда корейцев в тридцатых годах.  Этих жерновов осталось на юге Приморья сотни, если не тысячи. Находил и места, где заготовляли эти жернова. В 90-х годах предприимчивые люди стали собирать жернова. Для коллекции. Видел у одного человека во дворе поселка Волчанцы около трех десятков разных жерновов. Можно сказать: музей жерновов. И мы, клубом «Элегия», руководимым Станиславом Кабелевым вытаскивали жернов из ключа Находкинского водопада. Он длительное время лежал у дверей в клуб «Элегия». Кабелев утверждал, что этот жернов сделан во времена джурчженей. А вот этот жернов пока никто не забрал. Да и вряд ли заберет из-за отсутствия дороги. Сделав снимок жернова/в который раз/, вернулся на дачу. Перекусив, пошел к электричке.

Фото-путешественник, член Российского Союза писателей Владимир Маратканов