Сакля в Алупке солнечный этюд Левитана

Один из самых солнечных крымских этюдов «Сакля в Алупке» Исаак Левитан написал в окрестностях этого местечка. Лёгкий и прозрачный, этот этюд чем-то напоминает работы его учителя Василия Поленова.

Незадолго до этого Поленов привёз из путешествия по Палестине и Египту большую серию этюдов, которые не могли не восхищать. Левитан видел их и, вероятно, невольно стал подражать тому, что очень понравилось.

В простом традиционном жилище – татарской сакле из глины и серого известняка – Левитану удалось передать «поленовскую» светоносность чистых и открытых цветов. Сочетание голубых и охристых тонов, синевато-лиловых теней создаёт живописный контраст, выталкивающий «жар солнца» на поверхность небольшого холста. Вся сцена наполнена ощущением спокойствия и вечной красоты природы, что так присуще художнику.

Поездка в Крым
До двадцати пяти лет Исаак Левитан писал только Москву и Подмосковье. Ездить по стране он не мог по банальной причине отсутствия денег. Лишь весной 1886 года, получив гонорар за декорации для спектакля Частной оперы Саввы Мамонтова, Левитан едет в Крым. Это было первое в его жизни путешествие.

Некоторые исследователи считают, что именно Левитан по-настоящему открыл красоты Крыма. Он был довольно молод и чрезвычайно впечатлителен. Море и окружающая природа его просто потрясли. Особенно восхищало буйство красок и совершенно необычные пейзажи.

Из Ялты, к примеру, он писал своему другу, писателю Антону Чехову: «Дорогой Антон Павлович… Вчера вечером я взобрался на скалу и с вершины взглянул на море, и…заплакал, вот где вечная красота и вот где человек чувствует своё полнейшее ничтожество». Или вот ещё: «Чувствую себя превосходно, как давно не чувствовал, и работается хорошо (уже написал семь этюдов и очень милых), и если так будет работаться, то привезу целую выставку».

Так Крым никто не чувствовал
Спустя месяц настроение у него испортилось и он принялся сетовать на «ужасную скуку». Левитан вообще страдал резкими перепадами настроения. В конце апреля 1886-го года он отсылает Чехову из Алупки письмо:

«Ялта мне чрезвычайно надоела, общества нет, т. е. знакомых, да и природа здесь только вначале поражает, а после становится ужасно скучно и очень хочется на север. Переехал я в Алупку затем, что мало сработал в Ялте, — и всё-таки новое место, значит, и впечатлений новых авось хватит на некоторое время…»

Да, на время всё наладилось, он снова интенсивно работал. Более того, работа на крымских пленэрах оказала большое влияние на его живописную манеру. После этой поездки о Левитане станут говорить, как о человеке, открывшем для публики «новый Крым».

Впоследствии художник Михаил Нестеров скажет о Левитане того периода: «…никто из русских художников так не почувствовал, не воспринял южной природы с её опаловым морем, задумчивыми кипарисами, цветущим миндалем и всей элегичностью древней Тавриды».

Сакля в Алупке
В «Сакле в Алупке», «Татарском кладбище» или морских видах нет патетики, высокопарности, чего-то очень красивого. Однако крымские пейзажи Левитана, по словам историка искусства Владимира Петрова, «проникнуты чувством спокойного, вдумчивого созерцания». С этим сложно спорить.

За два с половиной месяца путешествия Левитан написал около 60 работ. И все они просто замечательны! В 1886 году крымские этюды экспонировались на VI Периодической выставке Московского общества любителей художеств и почти все были распроданы. Два из них – «Сакля в Алупке» и «Улица в Ялте» (1886, Третьяковская галерея) приобрёл Павел Третьяков. И теперь желающие могут с ними познакомиться и убедиться в правоте специалистов, которые не скрывают восхищения.

Например, его биограф Алексей Фёдоров-Давыдов утверждал: «Работа в Крыму на пленэре много дала Левитану, способствовала обогащению его палитры, развитию у него чувства цвета». А Василий Поленов во время посещения Крыма с изумлением скажет: «Чем больше я хожу по окрестностям Ялты, тем всё больше я оцениваю наброски Левитана. Ни Айвазовский, ни Лагорио, ни Шишкин, ни Мясоедов не дали таких правдивых и характерных изображений Крыма, как Левитан».