17. Соблазн. Исаповедь о былом

- Сын, за детей не беспокойся. Они в в надежных руках. Насехат предложила нам перебраться в Нальчик. Но дальше Яндырки не поедем.
 Друг вашего отца дом подготовил для нас. И Петимат, и Насехат устроятся на работу в школу. Учителя всегда нужны. По возможности весточки передавайте нам, - говорила мать, провожая сына.
- Вручаю вас Аллаху, - скупо сказал отец и даже не двинулся с места, низко склонив голову.
 Что творилось в его душе знает лишь Бог. Суровый взгляд, но мягкая душа. Трезвый рассудок и сила духа. Желал ли он своим детям той участи, которая досталась ему? Неужели мало горя испытал его народ? Через что еще предстоит пройти?
 - Все, что от Аллаха принимаю. Дай, Всевышний, силы, пройти и это испытание.
 С появлением  новых детей в семье, старик со старухой не находили себе места.
 Своих родных внуков, детей Салавди и Жаалавди -четверо. Две невестки. Еще и две семьи дочерей, которые  вскоре присоединятся к ним.
 С каждым днем усиливалась тоска Муртаз-Али из-за  неизвестной судьбы сына.
 Он даже забыл черты лица его матери.
 - Неизвестность - страшнее смерти, - повторял он. По молодости, дурости, скорее всего, я практически не вспоминал его, - признался он как-то жене. Примет ли мое покаяние Аллах? Сестру Бог не послал мне. Жена - заслуживает от Аллаха большего. Женщины - существа слабые. И больше любимы Всемогущим. Протянешь ли мне руку в Судный день?
 Удержишь ли меня  на том мосту, чтобы не свалился в пропасть? Осознанно я никогда не грешил. Да, было дело. В Кенингсберге  встретил я девушку. Считая пулевое ранение  легким не обращался к медикам. А когда учуял запах сладкой гнили заглянул к ним. Врач отругал. Вычистил рану и отправило на койку. Госпиталь находился в старинной цитадели. Мне не сиделось на  одном месте. Брал костыли и ходил из палаты в палату, надеясь увидеть кого-то из знакомых. Прогуливаясь по замку увидел дверной проем, закрытый простыней. Показалось, что  кто-то сстоит зади. Прислушался. Вроде никого. Вошел в комнату, а там еще одна шторка.
- Пане, - услышал я нежный женский голос. - До мене!

   Ни одной живой души. Облегченно вздохнул и развернулся, чтобы выйти. Вдруг сзади кто-то прижался ко мне. Белые женские руки тесно прижатые к моей груди.
- Кто ты?
  Меня потянули спиной назад. Развернулся. А меня обнимает красавица, завернутая в белоснежную простынь.Она тянет меня за ширму. А я иду. Резко скидывает свое одеяние. Не верю своим  глазам:   совершенно голая  молодая женщина с распущенными волосами  стоит передо мной. Из-под волос торчат соски. Налитая грудь, мраморно белая кожа. Розовым языком облизывает свои губы , а блеском своих глаз просто слепит меня. Закипела в жилах кровь. Я, ведь, живой человек. Мужчина. Мне захотелось того, чего она желала от меня. Сделав шаг вперед, я остановился. Сейчас. Один раз. А потом?  Она протягивала ко мне руки.
 Вот-вот лопнут виски.Зажмурил глаза. Сделал шаг вперед.
- Черт, ты не одержишь надо мной победу. Аллах, спаси меня от соблазна!
 Сейчас рассказывать это тебе в тысячу раз легче, чем оторвать взгляд от ее тела.
 Одновременно швырнул  оба костыля в разные стороны. От резкойт боли рухнул на пол. Она медленно стала одеваться, продолжая поедать меня взглядом. Я уткнулся в пол лицом. Сколько так лежал не помню. Подтянув к себе костыли попытался встать. Заметил кровь на полу. Потрогал свою рану. Она раскрылась и обильно сочилась. Испугался большой потери крови. Позвал на помощь. За мной пришли два санитара. Два дня думал о происшедшем. Даже стал думать, что эта чертовщина мне привиделась.
 Через три дня ко мне зашел  земляк, комендант Кенингберга. Я уже мог обходиться тростью. Провожая товарища, я стоял на крыльце. Вдруг увидел ее, ту самую дьяволицу. Краше прежней. Она пристально смотрела на меня, но прошагала мимо. Я и не оглянулся.
Физически  справился со своей бедой. Но она часто преследовала меня во сне. Даже здесь, в Казахстане.
 Земляки пытались женить меня. А ее образ вновь и вновь всплывал, словно наяву. Усталость от
 тяжелой работы, тоска по родным, неизвестность давили тяжелым грузом.  Потом в моей жизни появилась ты. Даже мысленно никогда тебе не изменял. Но простишь ли за правду, которую скрывал долгие годы? Имею ли  право просить тебя об этом? Аллах милостив. Все, что от него приму с достоинством.
 - Али, тебе не стоит передо мной оправдываться. Всевышний наделил нас чувствами.  Аллах дал нам еще троих детей. Найдутся их родители - вернем их. А пока пусть в новой семье они обретут покой.