Пережили

«О чём поют воробушки
В последний день зимы?
— Мы выжили, мы дожили,
Мы живы, живы мы!»
(Валентин Берестов)

Время, сжавшись в пружину, распрямилось, взмыло и начало с ускорением очередной полет. Еще вчера мы, устав от унылой бессветной осени, вглядываясь в тусклые ноябрьские и декабрьские окна, молили о снеге, и, видать, домолились. Или кто-то там, не иначе, не читав греческих мудрецов, ни в чем меры не знает. Им бы все рекорды бить, по принципу: «никогда такого не было, и вот опять».
Окрепшие сосульки вместе с сугробами на крышах уже отыскали свои бредущие и стоящие на приколе жертвы, проломив попутно все возможные перекрытия магазинов, складов и автобусных остановок, съёжились вместе со снежным покровом, чуть меньше, а порой и больше человеческого роста, готовые отдать душу, но не за просто так. Впереди, не иначе, каналы вместо улиц, ну как в Венеции, любим же мы говорить, «наша Швейцария», глядя на пригорки под Москвой, «наши Куршавели», там же и чуть поодаль, вот, теперь, и «наши Венеции».
Выжившие синицы, которым уже пару недель как пора пищать за окном по поводу весны света, молчат и растерянно крутят у кормушки мордашками.
Подруги из Старого и Нового света радуют фотками цветущих сакур и своих физиономий в футболках с коротким рукавом. И ты, выдохнув, понимаешь, что да, пережил, выжил, что всё-таки, эта зима, выплюнув, возможно, последние снегопады, отползет поближе к студеному морю, а там, глядишь, и рванет на юг Америки и Африки, а то и в Австралию, а тебе, порадовавшись мягкому весеннему солнцу, еще предстоит, Бог даст, пережить лето, прячась за зашторенными окнами у кондиционера.
Ну а пока, разве что, спасибо ответственному за освещение Апостолу Павлу, за то, что уже три с половиной часа прибавил.

28.02.26