Следующий ты. Глава 5. Маньяк

Глава 5. Мертвая зона

19 октября, 08:00

Костров не спал всю ночь.

Он сидел в темноте бабушкиной квартиры, сжимая в руке табельный пистолет, и вслушивался в каждый скрип, каждый шорох, каждый звук за окном. Несколько раз ему казалось, что в коридоре кто-то ходит, но каждый раз это оказывалось лишь игрой старого дома — трубы гудели, половицы вздыхали, ветер стучал веткой по стеклу.

К рассвету он окончательно вымотался и провалился в тревожную дремоту прямо в кресле.

Разбудил его звонок. Рыбин.

— Глеб, ты где? — голос у напарника был возбужденный, почти истеричный.

— Там же. Что случилось?

— Мы пробили камеры. Все, какие могли. И знаешь, что?

— Что?

— Ничего. Совсем ничего.

Костров сел, пытаясь прогнать остатки сна.

— Объясни.

— Мы подняли записи со всех камер в районе первого убийства. За сутки до и сутки после. Тысячи часов видео. Дом программиста, подъезд, двор, соседние улицы. — Рыбин перевел дыхание. — Там нет ни одного чужого. Ни одного человека, который бы не жил в этом доме или не приходил туда регулярно. Курьеры, соседи, почтальоны — все свои, все проверены.

— А в подъезде?

— Чисто. Камера в лифте — только жильцы. Камера на лестнице — только соседка с собакой. Никого похожего на убийцу.

— Может, он маскировался?

— Под кого? Под бабушку с авоськой? Глеб, мы прогнали через программу распознавания лиц всех, кто входил в подъезд за неделю. Все чистые. Никаких криминальных элементов, никаких подозрительных.

Костров нахмурился.

— А вторая жертва?

— То же самое. Элитный дом, охрана на входе, камеры в холле, в лифте, на этаже. Все записи проверили. Никого постороннего. Вика Ветрова в последний раз заходила в подъезд в 19:15 с помощницей. Помощница вышла в 20:00. Больше никто не входил и не выходил до самого утра, пока не нашли труп.

— Не может быть, — тихо сказал Костров. — Кто-то же должен был...

— Должен. Но нет. — Рыбин тяжело вздохнул. — Я сейчас у криминалистов. Они тоже офигели. Вадим говорит, что это технически невозможно. Чтобы человек вошел, убил и вышел — и ни одна камера его не засекла. Даже в лифте нет.

— А черный ход? Пожарная лестница?

— В элитке? Там все двери с сигнализацией. Если бы он открыл, сработало бы. Но ничего не сработало.

Костров встал, подошел к окну, отодвинул штору. Солнце уже поднялось, двор наполнялся обычной утренней жизнью — бабушки с сумками, молодые мамы с колясками, мужик, выгуливающий таксу.

— А таксист? — спросил он. — Там вообще лес, камер нет.

— С таксистом другая хрень. Мы нашли его маршрут за последний день. Он работал, возил людей. По записям с других камер — на перекрестках, у торговых центров — мы отследили его машину. Знаешь, сколько пассажиров он подобрал за смену?

— Сколько?

— Четырнадцать. Всех проверили. Обычные люди. Женщина с ребенком, двое студентов, пожилая пара, мужик с сумкой... Никто не подходит под профиль. И никто не ехал с ним до леса.

— А последний?

— Последний пассажир вышел в 22:30 в черте города. Дальше таксист поехал пустой. Камеры засекли его на выезде из города в 23:15. Один в машине. Больше никто не садился.

— Значит, убийца ждал его в лесу.

— Как? Там пустая трасса. Если бы рядом была другая машина, камеры бы засекли. Но нет. Ни одной.

Костров молчал, переваривая информацию.

— Глеб, — тихо сказал Рыбин, — ты понимаешь, что это значит?

— Понимаю. Это значит, что мы имеем дело либо с призраком, либо с...

— С кем-то, кто контролирует систему, — закончил за него Рыбин. — Кто знает, где камеры, как их обойти, как не оставлять следов. Это не просто убийца. Это система.

Через час Костров был в управлении.

Игнорируя косые взгляды коллег и ворчание Громова («Я же сказал тебе сидеть в норе!»), он прошел в кабинет, где Рыбин и Вадим разложили на столах распечатки, схемы и флешки с видео.

Ирина уже была там. Сидела в углу с ноутбуком, что-то быстро печатая.

— Садись, — махнул Рыбин. — Смотри.

На стене висел большой монитор, разделенный на несколько окон. Рыбин ткнул в одно из них пультом.

— Вот подъезд программиста. Время — 14 октября, 23:00.

На экране — пустой холл, лифт, лестница. Никого.

— Теперь ускоренно до 3:00 ночи.

Кадры замелькали быстрее. Мелькнула какая-то женщина с собакой, потом мужик в спецовке, потом снова пустота. В углу экрана побежали цифры времени.

— Стоп. — Рыбин нажал паузу. — Смотри.

На экране — 3:02. Лифт открывается, из него выходит человек в капюшоне. Лица не видно, но фигура мужская, среднего роста.

— Это он? — подался вперед Костров.

— Смотри дальше.

Кадр замер, Рыбин переключил на другую камеру. Парень в капюшоне идет по лестнице, поднимается на пятый этаж. Останавливается у двери программиста.

— И? — Костров затаил дыхание.

— И ничего. — Рыбин развел руками. — Мы проверили этого парня. Это сосед сверху, вернулся с ночной смены. Работает на заводе, график сутки через трое. Он прошел мимо двери, поднялся на свой этаж и зашел в квартиру. На записи видно — даже не смотрел в сторону двери программиста.

— А убийца?

— А убийца никак не попал в кадр. Ни до, ни после. Мы прогнали все камеры в радиусе километра. Пусто. Как будто он материализовался прямо в квартире.

Костров потер переносицу. Глаза слипались от недосыпа, но мысль работала четко.

— А что, если он не входил через дверь? Окна?

— Пятый этаж. Без страховки не влезешь. И все окна были закрыты изнутри.

— Балкон?

— Застеклен.

— Тогда как, мать вашу?! — Костров стукнул кулаком по столу. — Как он попадает в квартиры?!

В кабинете повисла тишина.

— Я думала об этом, — тихо сказала Ирина, не отрываясь от ноутбука. — Всю ночь думала. И пришла к выводу, что мы смотрим не туда.

— В смысле?

Она подняла глаза.

— Мы ищем человека, который проникает в квартиры. Который подбирается к жертвам, пугает их до смерти и исчезает. Но что, если дело не в проникновении?

— А в чем?

— В самом страхе. — Ирина встала, подошла к монитору. — Смотрите. Программист получает сообщение на компьютер. Блогер — на ноутбук и телефон. Таксист — в черновиках и на навигаторе. Все эти устройства — часть их жизни. Они доверяют им. А убийца делает так, что эти устройства начинают жить своей жизнью.

— Взлом, — кивнул Рыбин. — Мы уже поняли.

— Не просто взлом. — Ирина покачала головой. — Если бы это был обычный хакер, мы бы нашли следы. IP-адреса, вредоносные программы, точки входа. Но ничего нет. Устройства чистые. Как будто сообщения появляются сами по себе.

— Так не бывает.

— Не бывает. — Ирина кивнула. — Значит, есть другое объяснение. Он не взламывает устройства. Он получает к ним доступ физически. Но при этом не оставляет следов. Как?

Костров смотрел на нее, и вдруг в голове что-то щелкнуло.

— Он свой, — тихо сказал он. — Для всех этих устройств он не чужой.

— Что? — не понял Рыбин.

— Смотри. Программист работает из дома. Кто может зайти к нему в квартиру, сесть за комп и не вызвать подозрений? Друг. Коллега. Родственник. Тот, кого он впустит сам.

— У программиста не было друзей, — возразил Рыбин. — Мы проверяли. Тихий, замкнутый, ни с кем не общался.

— А курьер? Доставщик еды? Сантехник? Кто-то, кого вызывают по работе. Кто может войти легально и оставить что-то. Или просто посмотреть.

Вадим, до этого молчавший, подал голос:

— Глеб, я проверял. Никто не приходил к нему за последнюю неделю. Ни доставок, ни вызовов мастеров. Он заказывал еду раз в три дня, оставлял записку на двери, курьер оставлял пакет на коврике и уходил. Даже не видел его.

— Значит, не курьер.

— А если... — начала Ирина и осеклась.

— Что?

— Если он не входил в квартиру? Если он уже был там?

Костров уставился на нее.

— Вы предлагаете искать убийцу среди близких? Друзей, родственников?

— Нет. Я предлагаю искать убийцу среди тех, кого жертвы не считали угрозой. Кто был рядом, но не вызывал подозрений. — Она помолчала. — Знаете, как ловят серийных убийц? Они всегда оказываются теми, кого меньше всего подозревают. Добрые соседи, примерные семьянины, тихие коллеги.

— Мы проверили окружение всех троих, — устало сказал Рыбин. — Никаких пересечений.

— Значит, пересечение есть, но вы его не видите. — Ирина подошла к столу, где лежали распечатки. — Дайте мне все данные по жертвам. Адреса, работу, маршруты, покупки, звонки, сообщения. Всё. Я найду.

Костров хотел что-то сказать, но в этот момент его телефон завибрировал.

Он глянул на экран и похолодел.

Сообщение от неизвестного отправителя.

ТЫ БЛИЗКО, ГЛЕБ. НО НЕДОСТАТОЧНО.

ИЩИ В МЕРТВОЙ ЗОНЕ.

ТАМ, ГДЕ КАМЕРЫ НЕ ВИДЯТ.

21:00. СКОРО.

— Что там? — спросил Рыбин, видя его лицо.

Костров молча показал экран.

Ирина подошла, прочитала и побледнела.

— Мертвая зона... — прошептала она. — Он знает, что мы проверяем камеры. Он знает, что мы ищем. И он играет с нами.

— Или подсказывает, — неожиданно сказал Вадим.

Все обернулись к нему.

— Чего?

— Мертвая зона. Там, где камеры не видят. Может, это не угроза, а подсказка? Он хочет, чтобы мы нашли это место.

— Зачем убийце помогать следствию? — усмехнулся Рыбин.

— Затем, что он играет. — Ирина посмотрела на Кострова. — Он играет с вами в игру. И хочет, чтобы вы выиграли. Или хотя бы попытались.

Костров снова посмотрел на сообщение.

«Ищи в мертвой зоне. Там, где камеры не видят».

— Есть в городе такие места? — спросил он.

— Полно, — ответил Рыбин. — Камеры не везде. Подворотни, дворы-колодцы, старые промзоны, подземные переходы... Но при чем тут убийства? Все три произошли в квартирах и машине.

— А если он не там убивает? Если он там готовится? Или прячется?

— Или встречается с жертвами до смерти? — добавила Ирина. — Мы ищем связь между ними. Может, они пересекались в таком месте. Где нет камер. Где никто не видит.

Костров почувствовал, как в голове начинает вырисовываться картинка.

Мертвая зона.

Место, где стираются границы. Где можно быть собой. Где можно делать то, что не увидит никто.

— Вадим, — резко сказал он. — У программиста были фото? На телефоне, в облаке?

— Были. Обычные. Кот, еда, рабочие скрины.

— А геотеги? Где он бывал?

Вадим застучал по клавишам.

— Сейчас... Последний месяц — дом, магазин, пара кафе. Ничего особенного.

— А у блогерши?

— У той море. Рестораны, салоны, тренажерка, дом. Тоже ничего.

— Таксист?

— Работа. Весь город. Тысячи точек.

— Сравни. Найди общие места, где они могли бывать все трое.

Вадим застучал быстрее. На экране побежали линии, карты, точки.

Через минуту он замер.

— Есть одно место, — сказал он тихо. — Старая промзона за рекой. Заброшенный завод «Красный текстильщик». Там нет камер. Вообще. И там...

— Что?

— По геоданным программиста — он был там две недели назад. Ночью. Блогерша — три недели назад. Тоже ночью. Таксист — возил кого-то туда четыре раза за последний месяц.

В комнате повисла тишина.

— Мертвая зона, — прошептал Костров. — Он там. Или они там встречались. С ним.

Ирина встала, взяла сумку.

— Едем.

— Куда? — опешил Рыбин. — Сейчас? До назначенного времени меньше двенадцати часов!

— Именно поэтому, — ответила Ирина. — Если он хотел, чтобы мы нашли это место — значит, там что-то есть. Что-то, что объяснит, почему в списке Глеб.

Костров уже надевал куртку.

— Рыбин, прикрой. Если через два часа не выйду на связь — штурмуйте.

— Ты охренел? — заорал Рыбин. — Тебе через двенадцать часов умирать, а ты лезешь в логово?!

— Затем и лезу, — Костров проверил пистолет. — Чтобы не умирать.

Они вышли.

За окном начинался дождь.

Серый, холодный, октябрьский.

До 21:00 оставалось 11 часов 47 минут.

Купить книгу можно на Литрес, автор Вячеслав Гот. Ссылка на странице автора.