Возвращение

Я только что вернулась из столицы нашей родины в свой город, знаменитый резным палисадом, маслом с ореховым вкусом и кружевом. Поездка в Москву произвела на меня такое впечатление, что вызвала некоторое замешательство.

Обычно моё посещение Москвы выглядело так: выскакиваешь с поезда, ныряешь в метро, бежишь на другой вокзал и дальше по маршруту. Если удавалось выкроить немного времени, то галопом до Красной площади и обратно на вокзал. И вот сейчас, я поняла, что толком Москву-то и не знала. А она оказалась тааакой величественной и красивой!

В начале сентября меня пригласили на литературное мероприятие. Я специально приехала на день раньше, чтобы у меня было время отдохнуть с дороги и погулять по городу. Мой приезд совпал с проведением Московской международной книжной ярмарки. Хотя я много слышала о событии, но мне никогда раньше не удавалось его посетить. Узнав, что ярмарка проходит на ВДНХ, решила совместить приятное с полезным.

Уже подходя к воротам выставочного комплекса, была поражена великолепием. Парк с ухоженными газонами, сверкающие в солнечных лучах фонтаны, пышные розы, нежные гортензии... Все что я люблю смотреть в других городах и странах. Я почувствовала гордость за то, что и у нас умеют создавать красоту.

Знаю, о чём говорю. В мае была в Сеуле, где посетила фестиваль роз и парк «Сеульский лес».
Во второй день успела зацепить Смоленскую набережную и прогуляться ещё по нескольким интересным местам Москвы.
Меня удивило отношение москвичей. Я их воспринимала как высокомерных людей.

Возможно, это впечатление сформировалось из-за рабочих конфликтов. Несмотря на то, что мы трудились на общее благо, без выяснений отношений не обходилось. Причём мои коллеги обладали удивительной способностью всегда оставаться «белыми и пушистыми» переложив вину на других людей.

Я вышла из метро в незнакомом районе Москвы. В одной руке у меня телефон с картой, в другой - чемодан. Сверяясь с навигатором, я искала ориентиры, чтобы проложить маршрут к гостинице. Рядом стояла молодёжь, и я решила, что где-то поблизости есть учебное заведение.

В метро спешил мужчина средних лет. Он взглянул на меня и спросил: «Вам помочь?» Я посмотрела по сторонам и поняла, что вопрос адресован именно мне.
«Так помочь?» – уточнил он, направляясь прямо ко мне. Я кивнула, пребывая в тихом шоке. Честно говоря, уже отвыкла от такого. В нашем городе всё серое: погода, дома, обстановка. И люди злые: каждый сам по себе и только сам за себя.

Благодаря его подсказке минут через пятнадцать я подходила к дверям гостиницы. Одновременно со мной к ним подходили трое мужчин. Первый открыл передо мной дверь, второй предложил помощь поднести по лестнице чемодан. Третий просто поздравил с прибытием. Я поблагодарила их, предположив, что они имеют отношение к гостинице. Но нет, это были обычные посетители кафе на первом этаже.

Вот вроде бы ничего необычного не произошло, но было приятно.
Прекрасная солнечная погода выстояла оба дня. Я успела насмотреться на красоты города. И в таком вот восторженно-приподнятом настроении возвращалась домой.

Чем ближе поезд подбирался к родному краю, тем небо становилось серее, закапал дождь. Вскоре уже вышла на перрон, затем на привокзальную площадь. Та два года копана-перекопана, на ней громоздились строительные материалы, куцые деревья в огромных бетонных горшках, ржавые туи на будущих газонах и размытый ливнем песок, превративший площадь в вязкое месиво. Такой удручающий вид.

Кое-как дотащив чемодан до остановки, я села в автобус. К счастью, в салоне оказалось достаточно свободных мест.

Автобус закрыл двери и тронулся, но тут в дверях что-то грохнуло. Раздалась брань. Автобус встал как вкопанный, двери распахнулись. В салон влетела дородная мадам. Она продолжала ругаться, что водитель ни черта не смотрит и чуть не придавил в дверях её дочь.

Я сидела спиной, поэтому не видела, что произошло. Оглянулась посмотреть на возмущавшуюся. Подумала, что если она недовольна действиями водителя, почему бы ей не подойти и высказать ему лично? Почему пассажиры автобуса должны слушать её вопли? Да и дочь – подросток, должна осознавать последствия своих поступков.

Женщина устроилась на свободном сиденье рядом с мужчиной. Куда встала её дочь, я не видела, лишь боковым зрением замечала чьи-то тени рядом.
Я решила не обращать внимания на инцидент и вернулась к своим солнечным мыслям о поездке.

- Девушка, пустите её.
К «девушке» я себе лет десять уже не причисляла, поэтому не среагировала, продолжая купаться в своих воспоминаниях. Но тут меня грубо ткнули в плечо.
- Ты что, не слышишь что ли? – рявкнули рядом с ухом. – Пусти мою дочь к окну! – приказал знакомый незнакомый женский голос. Я подняла глаза. Передо мной стояла та женщина, которая несколько секунд назад кричала на водителя.

Отмотав последние секунды назад, сообразила, что и первое обращение было адресовано мне. Её тоном и фамильярность меня возмутили.
- Формат обращения смените, - резко ответила я. – И манерам научитесь. Незнакомым людям не тыкают. Дома приказы раздавайте, а не здесь!

Заметив свободные места через проход, я указала на них рукой.
– Вон там есть два свободных места. Чем они не устраивают?
- Что за день такой! Неужели сложно пропустить дочь к окну… - закипела она, осыпая меня ругательствами.

Моё настроение мгновенно упало ниже нулевой отметки.
«Ведь вот ехала никого не трогала, ещё и крайней осталась. Сразу чувствуется, дома! Злость здесь – норма».

От осознания того, что через пару дней я вернусь в своё привычное «серое» и агрессивное состояние, стало грустно.