9. Глядя в окно

Цикл «Искры, или Ничто не предвещало»

– А теперь расскажи, как ты с ней познакомился!
К/ф «Ирония судьбы, или С лёгким паром»


Почти год каждое рабочее утро сотрудник одной уважаемой организации, недавний выпускник вуза, назовём его Кириллом, забегал в трамвай в определённую заученную минуту расписания.

Как правило, он успевал прийти в солидные и не терпящие опозданий стены вовремя. Путь на работу был рассчитан по секундам и не выдержал бы никаких задержек.

Заскочив во второй вагон в последнее мгновение перед закрыванием дверей, молодой человек устраивался в хвосте салона и смотрел в окно.

А что можно было делать в транспорте в доэлектронную эпоху, когда ещё не придумали гаджетов?

По мере продвижения трамвая из микрорайона к центру города Кирилл наблюдал менявшийся в соответствии с сезонами пейзаж – ясное голубое безоблачное небо приобретало тёмные тона и покрывалось сизыми тучами, красочный листопад преображался в пушистый белый снегопад, тот – в серую мокрую оттепель, та – в разнообразное жёлтое и белое весеннее цветение, потом – в весёлый летний калейдоскоп с зелёными газонами и разноцветными клумбами.

Путь на работу занимал немногим меньше часа, и за несколько месяцев молодой человек успел запомнить почти все архитектурные и природные приметы мест, которые проезжал.

Лица многих попутчиков примелькались и стали знакомыми. Юноша невольно фиксировал и знал, где молодая мама с капризным ребёнком покинет трамвай или войдёт знаменитая спортсменка, вынужденно наклоняющая голову, чтобы не задеть потолка.

Но больше всего его радовала девушка, которая в определённый час шла по зебре перехода через одну из центральных улиц. Пока трамвай долго стоял на светофоре, она выходила из подошедшего на недалёкую остановку автобуса, успевала пересечь дорогу и свернуть куда-то влево.

Первый взгляд на красавицу заставил Кирилла замереть. Молодой человек мгновенно почувствовал, что это был тот типаж, который, как ему показалось, он искал всю жизнь.

Но не выпрыгивать же из трамвая! Особенно когда спешишь на работу, на которую никак нельзя опаздывать.

На следующий день прелестница всё так же переходила дорогу, и Кирилл любовался её длинными стройными ногами и каскадом светлых волос.

С течением времени, переезжая через мост, он уже ждал появления прекрасной блондинки.

Та была довольно пунктуальна и пересекала дорогу примерно в то время, когда за ней наблюдал герой рассказа, силясь высмотреть конечную цель её утреннего маршрута. Он мечтал когда-нибудь найти там незнакомку. Но проследить финал ему никак не удавалось. Светофор менял свет, и трамвай, в соответствии с расписанием, грохоча по старинным серым булыжникам, безжалостно уходил прочь, оставляя тайну нераскрытой.

Иногда будоражившая мысли соблазнительница не появлялась, и Кирилл досадовал, размышляя, что визуальная знакомая, видимо, проспала и опоздала или, приехав предыдущим рейсом, перебежала дорогу раньше, лишив его удовольствия созерцать красоту и совершенство. Иногда она и вовсе пропадала на несколько дней, и герой наш печалился, предполагая, что девушка могла подхватить осенний или весенний вирус, занемочь и оставаться дома на больничном, или уехать в командировку, или улететь на край света, где её никогда не найти. Фантазии молодому человеку хватало. Словом, девушка стала частью утреннего видеоряда, и он привык наблюдать за ней.

Когда в начале июня красавица перестала появляться в поле его зрения, Кирилл озаботился по-настоящему. Он вдруг представил, что больше никогда не увидит понравившуюся ему особу. И поймал себя на мысли, что привык смотреть на неё по утрам, и начал тосковать, чётко осознав, что перспектив у него не осталось. Он даже придумал для неё имя – почему-то она казалась ему Еленой Прекрасной из детской сказки. Именно тогда он начал ругать себя за то, что долгое время не удосужился как-то проявиться и завязать знакомство. Но успокаивал себя доводом, что наступило время отпусков, незнакомка скоро вернётся из дальних странствий, станет опять украшать пейзаж и услаждать его зрение. В определённый момент он начал подумывать, что во время своего отпуска надо бы обязательно выйти в положенный утренний час на заветной остановке, ступить на полосатую зебру и познакомиться с предметом обожания.


С мыслью, где бы сегодня пообедать, Инна вышла из здания, в котором находился родной офис.

Она предпочитала чередовать разные места в центре города, где можно было позволить себе варьировать гастрономические впечатления.

Например, в промозглый ноябрьский понедельник ей хотелось съесть котлетку в министерской столовой; в жаркий летний полдень её тянуло на холодный супчик на соседней улице; иногда она заглядывала в кафе в доме с барельефами, где всегда предлагались горячие, только из печки, пирожки. Или позволяла себе прогуляться до отдалённого кафе, в котором готовили вкусный «Оливье», загадки в рецепте которого ей никак не удавалось уловить. «Наверное, это за счёт по-особенному замаринованных огурцов», – догадывалась Инна.

Но больше всего любила она зайти в кафе, где варили кофе по-турецки. В придачу к этому удовольствию Инна брала бризоль, как, выкаблучиваясь, на французский лад величали тонкие блинчики с курицей владельцы заведения.

Однако главным аккордом в кулинарной истории был кофе. Мало того, что Инна была истой кофеманкой, к кофе по-турецки она питала нежнейшее расположение.

Ради этого проголодавшаяся барышня нарушала пристрастие к перемене мест и регулярно захаживала в заветное, вызывавшее особенный аппетит, кафе.

Вот и сегодня ей захотелось настоящего крепкого кофе с корицей и душистым перцем.

Инна взяла свой блинчик с курицей и устроилась у окна. В тот момент, когда она отправляла в рот первый отрезанный кусочек, девушка почувствовала чей-то пристальный взгляд. Инна посмотрела в окно, и ей стало неловко от того, что на неё откровенно уставился остановившийся и замерший на месте прохожий. Он широко улыбался ей как давней хорошей знакомой. Инна озаботилась и попыталась припомнить созерцателя, неузнанного и претендовавшего на разговор. Но никак не могла понять, кто же это. В конце концов, она подумала, что, видимо, тот обознался и перепутал её с кем-то или топорно пытается познакомиться. Она хотела было выразительно и показательно отвернуться, но вид молодого человека был вполне интеллигентен, и он мало походил на навязчивого ловеласа.

А тот, состроив красноречивую мину, одновременно извиняющуюся и умоляющую подождать, уже спешил в кафе. Колокольчик на входе громко звякнул, и упрямый незнакомец с выражением счастья на лице вошёл внутрь.

Нет, Кирилл не приехал специально в этот район на поиски, просто оказался здесь по работе и шёл перекусить. Увидев за окном свою якобы Елену Прекрасную, он поразился – судьба широко улыбнулась ему и подарила непредсказуемый шанс, который нельзя было упустить.

Вскоре с поспешно перехваченным стаканом сока он устроился рядом с девушкой своей мечты и рассказывал историю их давнего гипотетического знакомства – и про «утро встречает прохладой», и про автобус с трамваем, и про мост, и про перекрашенную зебру, и про красное демисезонное пальто, в котором видел свою собеседницу ранней весной, и про такого же оттенка красный зонт, почти выхваченный ветром из прекрасных рук, и в эпилоге «про томленья грусти безнадежной», вызванные её двухнедельным отсутствием.

Девушка, веря и не веря, скептически и с непонятным для себя интересом смотрела на этого чудака и остроумца, смеялась шуткам, проникалась ответной симпатией и думала, что так не бывает.

Но, не поверить, – случилось. Они всё-таки встретились.

Вот почему автор должен занудно рассказывать, что было дальше?


«Комплимент» – Рига, 2025.