omnius bipedum nequissimus

Энтони Бабингтон был организатором одного из заговоров против английской королевы Елизаветы I в пользу католички Марии Стюарт. Бабингтон попал на эшафот, как и его предшественники - участники заговоров Ридольфи и Трокмортона. А случилось так, не в последнюю очередь, потому, что на службе у королевы Елизаветы I состоял сэр Френсис Уолсингем, именуемый при жизни "Спаймастером", т.е. "мастером шпионажа".

Когда-то, в юности, Уолсингем слушал лекции в Кэмбридже, Базеле и Падуе. Он также состоял на дипломатической службе - был послом Англии во Франции, где ему пришлось стать свидетелем событий Варфоломеевской ночи, после которой, следует полагать, ненависть его к католикам лишь усилилась. Ведь впоследствии именно сэр Френсис, ставший руководителем королевской разведывательной службы, санкционировал применение пыток в отношении католических священников. Вот как, порой, ваши поступки могут стать причиной страданий для совершенно незнакомых вам людей. Помнится, многие немцы, после Второй мировой войны и во время процесса денацификации, утверждали, что не знали, что их деятельность могла навредить кому-либо. В принципе, подобные заявления - признак трусости и глупости рядовых обывателей, мещан по сознанию. Вышеупомянутого Энтони Бабингтона, английского дворянина, в глупости обвинить можно. В трусости - нет. Шутка ли, организовать заговор против самой королевы, помня при этом, как завершились две предыдущие попытки сместить с трона королеву-девственницу?

Итак, Бабингтон был пойман, судим и казнен. В числе его сторонников был шпион по имени Роберт Пули. Пули присутствовал при убийстве драматурга Марло в 1593 г., четырьмя годами позже тот же Пули шпионит за поэтом Беном Джонсоном....

Одним словом - агент-провокатор, шпион - негде ставить пробу. Примечательно, что перед казнью Бабингтон пишет Пули письмо, из которого видно, что Бабингтон сомневается в порядочности Пули и, возможно, подозревает его в предательстве. Вот строки из этого письма:

«Farewell sweet Robyn, if as I take thee, true to me. If not adieu, omnius bipedum nequissimus» («Прощай, дорогой Робин, если, как я надеюсь, ты верен мне. Если это не так, значит, из всех существ двуногое — самое мерзкое»).

Важны два момента: человек, решившийся на убийство, обвиняет другого в предательстве. Смех да и только. Действительно, omnius bipedum nequissimus.

И еще смешнее представить сегодня переписку наших современников - политиков, общественных деятелей, писателей, ученых и пр. - в которой бы они употребляли крылатые выражения или цитаты на языках подлинников. Отсутствие классического образования, которое чревато (как мы видим сегодня) отсутствием вкуса и наличием низкого интеллектуального уровня. Между тем, в елизаветинской Англии латинская фраза в частном письме была понятна как отправителю - мелкому дворянчику, так и получателю - шпиону на службе Ее Величества.