Наследница Зарийского трона. Глава 17

Боевой модуль догорал где-то на окраине Скайпорта. Его корпус, разорванный при жёсткой посадке, ещё тлел, выбрасывая в небо густой чёрный дым. Столб копоти поднимался над городом, медленно расползаясь под ветром, и был виден с нескольких кварталов. Но Алан и Вера уже были далеко от места крушения.

Они спешно продвигались вглубь Скайпорта, стараясь не выделяться и слиться с потоком прохожих. Алан уверенно вёл Веру — он бывал здесь не раз и двигался почти автоматически, не задумываясь о маршруте. Его шаги были быстрыми, но не резкими, взгляд постоянно скользил по сторонам, цепляясь за повороты, арки, лестничные пролёты. Он отмечал возможные пути отхода, привычно выстраивая их в голове, словно всё ещё находился на учебном полигоне.

Вера же, впервые оказавшись на этой планете, не могла не смотреть по сторонам. Скайпорт встречал её не глянцевыми фасадами, а бедными кварталами, прилепившимися к его внешнему кольцу: покосившиеся дома, покрытые трещинами панели, балконы с провисающими тросами и спутанными кабелями. Над узкими улицами дрожали вывески с мигающими неоновыми иероглифами — некоторые из них гасли на секунду, а затем вспыхивали снова, раздражая глаза.

Толпа была неровной и беспокойной. Кто-то спешил, уткнувшись в наручные терминалы, кто-то торговался у лотков с уличной едой. В одном месте поток людей внезапно сжимался — дорогу перекрывал временный ремонт, и приходилось протискиваться между грязными экранами и штабелями ящиков. Вера машинально втянула плечи, когда кто-то задел её локтем, а над ухом резко пронёсся металлический лязг — где-то сверху опускалась грузовая платформа.

Где-то позади завыли сирены.

К горящему модулю уже неслись патрульные машины. Их сигналы, отражаясь от стен зданий, резали слух и накатывали волнами, проникая даже сюда, в лабиринт кварталов. В толпе кто-то оборачивался, кто-то ускорял шаг, а кто-то, наоборот, останавливался, пытаясь понять, что происходит.

Алан и Вера делали вид, что всё это их не касается. Они шли рядом, не переглядываясь, не ускоряясь слишком явно. Но напряжение чувствовалось под кожей — плотное, липкое, словно невидимая рука медленно сжимала горло. В какой-то момент Алан заметил отражение в тёмном стекле витрины: патрульный дрон завис над перекрёстком, его сенсоры медленно сканировали улицу. Алан чуть изменил траекторию движения, увлекая Веру в сторону, к узкому проходу между зданиями, будто это было случайно.

Проход оказался тесным, стены почти сходились, и шум улицы здесь глох, превращаясь в гул. Под ногами хрустел мусор, где-то капала вода. На выходе Вера невольно выдохнула — только сейчас она поняла, что всё это время шла, затаив дыхание.

— Вот объясни, зачем было уничтожать модуль? — спросила она, нахмурившись, когда они снова вышли на более широкую улицу. — На чём мы обратно полетим?

Алан лишь чуть замедлил шаг, не поворачивая головы.

— Ни один модуль вблизи Скайпорта не сядет незамеченным, — спокойно ответил он. — Его бы всё равно нашли. Оставить его целым — значит подписать себе приговор.

Он сделал короткую паузу, словно проверяя обстановку, и добавил:

— А насчёт путешествия обратно… не волнуйся. Найдём чем добраться. Но позже. Сейчас главное — найти моего друга.

Он кивнул в сторону узкой улицы, где вывеска «Ремонт дронов» светилась тускло-красным светом, едва пробиваясь сквозь пыльное стекло. Вывеска мигала неровно, будто в любой момент могла погаснуть окончательно.

Вера посмотрела туда, затем перевела взгляд на Алана. В её глазах мелькнуло лёгкое недоверие, но она ничего не сказала и пошла следом.

— Может, теперь расскажешь, кого мы ищем? — спросила она, когда они свернули за очередной угол, оставляя позади основной поток людей. — На «Призраке» ты говорил, что знаешь, кто поможет с вирусом, но деталей не уточнил.


Алан некоторое время молчал, ведя Веру всё дальше от шумных улиц. Здесь Скайпорт становился строже и чище: меньше лавок, меньше случайных прохожих, больше прямых переходов и стандартных фасадов. Архитектура постепенно менялась, будто город сбрасывал с себя внешний слой бедных кварталов и возвращался к официальному облику.

— Его зовут Феликс, — наконец сказал он. — Бывший гардемарин Академии.

Вера чуть приподняла бровь, но не перебила.

— Во время тренировки он получил серьезные травмы спины и ноги, — продолжил Алан. — Не смертельные, но достаточные, чтобы поставить крест на службе. Его списали. Официально — по состоянию здоровья. Неофициально… — он коротко усмехнулся, — таких предпочитают не держать на виду.

Он на секунду замолчал, пропуская вперёд группу курсантов в одинаковой форме. Их смех и уверенные голоса неприятно резанули слух.

— Но мозги у него, — добавил Алан тише, — лучше всех наших инженеров вместе взятых. Он остался здесь, помогает курсантам с теорией, подрабатывает ремонтом техники. Если кто и справится с нашим вирусом — то только он.

Вера перевела взгляд на проходящих мимо людей, затем снова посмотрела на Алана. В её глазах мелькнуло сомнение — не резкое, а скорее профессиональное, взвешенное.

— Ты в нём уверен? — спросила она.

— В нём — да, — ответил Алан без колебаний.

Дальше они шли молча.

Здание общежития Академии Звёздного Флота возникло впереди неожиданно — массивное, строгих форм, с ровными рядами окон. Когда-то Алан знал это место почти как родной дом. Здесь он жил, спорил, готовился к экзаменам, мечтал о дальних маршрутах и настоящей службе. Теперь же здание казалось чужим, словно выхолощенным. Даже воздух внутри был другим — холодным, нейтральным, пропитанным чистящими средствами и стерильной дисциплиной.

Коридоры тянулись длинными прямыми линиями. Свет панелей был ровным и безжизненным. Шаги отдавались эхом, и Алан невольно понизил голос, хотя понимал, что в этом нет необходимости. Мысли сами собой возвращались в прошлое: как они с Феликсом засиживались допоздна, споря о навигационных алгоритмах, как смеялись над собственными ошибками в тренажёре, как строили планы, в которых не было места поражениям и списаниям.

Всё это теперь казалось жизнью другого человека.

На третьем этаже Алан остановился у знакомой двери. На секунду задержал руку в воздухе, прежде чем постучать, словно ожидая, что она вот-вот распахнётся сама. Но этого, конечно, не произошло.

Он постучал.

Дверь открылась, и внутри обнаружилась картина, совсем не та, что он ожидал увидеть. В комнате находились трое парней в форме курсантов и одна девушка. Чужие лица, чужие взгляды, чужая атмосфера.

— Извините, — произнёс Алан ровно. — Мне казалось, что здесь живёт Феликс.

Один из парней медленно окинул его взглядом — от ботинок до лица — и презрительно хмыкнул.

— Калека? — переспросил он, будто пробуя слово на вкус. — Его больше тут нет. Реабилитация закончилась, и он съехал. Комната теперь наша.

Вера заметила, как у Алана напряглись плечи.

— Вы не знаете, где его найти? — спросил он, с усилием удерживая голос спокойным.

— Не знаю и знать не хочу, — пожал плечами курсант и демонстративно махнул рукой в сторону двери. — И если вы не против, мы заняты.

Внутри Алана что-то резко вскипело.  Но взгляд Веры, спокойный и предостерегающий, вернул его в реальность.

— Простите за беспокойство, — сухо произнёс он.