Эволюция свободы

На статью-рассуждения Сергея Карпова "Человек разумный или на пути к свободе"


Если посмотреть на эволюцию живых организмов как на философский сюжет, можно заметить удивительную тенденцию — движение к свободе. Постепенный отказ от жестких программ поведения, записанных в генах, в пользу самостоятельного выбора на основе информации из внешнего мира.

Чем выше животное на эволюционной лестнице, тем меньше в его поведении инстинктов и больше личного опыта. Человек здесь занимает особое место. Но важно понимать: эволюция — это не лестница с человеком на вершине, а скорее дерево с множеством ветвей. Мы просто пошли по пути развития разума.

Главный инстинкт — продолжения рода — превратился у нас в сложную сферу отношений, где всем управляет культура. Другой важнейший инстинкт — потребность в информации — получил в человеке колоссальное развитие. Мы освободились от диктата генов, но попали в зависимость от культуры, от социальной информации. И сегодня, в информационную эпоху, мы пытаемся освободиться уже от этого — от устоявшихся норм, от моральных шаблонов. Хотим сами собирать свои правила из открытого информационного потока.

Что из этого выйдет — большой вопрос. Потому что свобода от норм легко оборачивается не свободой воли, а свободой манипуляции. Если внутреннего стержня нет, тобой управляют те, кто управляет информацией.

Если смотреть на животных. У одиночных — только инстинкты и личный опыт. У стайных — еще и социальное научение. Обезьяны, наши родственники, учатся подражанием, встраиваются в иерархию. Но каждое новое поколение обезьян повторяет поведение предков. Они остановились в развитии.

Человеческая линия пошла иначе. Ослабление инстинктов потребовало компенсации — ею стал разум. Все религии говорят: разум — это образ Божий в человеке. Если принять эту мысль, можно сказать, что разум от Бога, но раскрывался он постепенно, вместе с ростом мозга и развитием речи.

В развитии разума две линии: познание природы и отношения между людьми. С природой мы справились блестяще — сделали жизнь комфортной, стали независимы от погоды и хищников. А вот в отношениях друг с другом освобождение от инстинктов породило нечто страшное — зло.

У животных есть драки за самку или за еду. Победил — успокоился, проиграл — отступил. Разум все изменил. Сильный начал придумывать, как эксплуатировать слабого постоянно, изощренно, с наслаждением. А слабый запоминал обиды и вынашивал месть. Так разум породил зло как особую информацию.

Не надо искать дьявола. Зло рождается в человеческом сознании. Но тот же разум породил и добро: сочувствие, милосердие, способность прощать. Более того, биология уже заложила в нас основы альтруизма — заботу о потомстве, взаимопомощь. Разум просто развил это, придав осознанные формы.

Поняв разрушительность зла, разум начал искать защиту. Так появились законы, закрепляющие права сильного, но дающие защиту слабому. Так видимо и возникла религия как школа нравственности.

Роль христианства сложна. Оно действительно воспитало мораль — но не только страхом наказания, а идеей внутреннего закона, любви, личной ответственности. Но, став институтом власти, церковь сама не раз впадала в насилие. Инквизиция, подавление инакомыслия — это тоже плоды человеческого разума, который, неся добро, легко поддается соблазну насаждать его силой.

Сегодня мы вступаем в новую эпоху. Человек освобождается от внешних норм, основанных на страхе или обещании рая. Он хочет строить этику сам, опираясь на разум и на опыт других. Это путь к подлинной свободе — когда добро выбирают осознанно, а не потому что накажут.

Но есть риск. Информационная свобода легко становится хаосом. Когда каждый сам кузнец своей морали, общество распадается на изолированные миры, где добро и зло размыты. Свобода без внутренней ответственности оборачивается вседозволенностью, а та — новым витком зла, только изощреннее.

Так что ждет человека? Станет ли он действительно свободным существом, чей разум выбирает добро без внешнего принуждения? Или свобода окажется непосильным бременем, и человечество в поисках защиты от хаоса снова наденет ошейник — теперь уже цифровой?

Пушкинский эпиграф о безумии звучит пророчески: не дай нам бог сойти с ума в этой новой свободе, потеряв последние ориентиры. Посох и сума нищего, сохранившего достоинство, легче иллюзии вседозволенности за которой пустота.

Будем надеяться, разум, некогда породивший и зло, и добро, сумеет сделать правильный выбор. Пока мы только в начале пути.