Сумки в Доме книги из записных книжек

13 апреля 1977 года
Откуда здесь столько военных?! И что их интересует? Им зачем-то нужны цепочки. Не просто нужны, а ОЧЕНЬ! Может быть вешать медали на шеи своих собак?
Самый первый покупатель заинтересовался деревянным панно, так и сказал: «С точки зрения искусства…», но его интерес к искусству пропал, когда я озвучила цену панно.
Потом он вернулся, очень извинялся, и вновь с точки зрения искусства стал интересоваться ценами светильников….
Два молодых человека,  или поэты, или писатели ищут сувенир для друга.  Их внимание привлекает небольшая статуэтка: «Памятник Маяковскому».
- Но почему бы не сделать такой же, но только Пушкина? - восклицает один.
- Да, да, - поддакивает другой.
- Совершенно верно, - присоединяется к ним седовласый старичок интеллигентной внешности.
- Но ведь есть и поклонники Маяковского, - парирую я.
- Что вы говорите, девушка, ведь Пушкин! Его бы мгновенно разобрали. Так вы сделайте заявку, напишите, - рассердился старичок.

14 апреля 1977 года.
Сегодня очень тяжелый день. Я немного опоздала на работу. Работаю я в отделе сувениров Московского Дома книги. Но у меня здесь есть очень хорошая подруга  -Таня Жатченко. Она стоит в подписном отделе и снабжает меня дефицитными букинистическими книгами. Недавно она «удружила мне  33 тома из серии «ЖЗЛ» ( Жизнь замечательных людей).
В наш отдел сувениров привезли дефицитный товар: кожаные сумки разных видов. Одна - югославская стоимостью 40 рублей, (это почти половина моей заработной платы за месяц). Покупатели прицениваются, просят снять с витрины, показать. Посмотрят-посмотрят, и никто не покупает.
К прилавку подходит молодая, худенькая, почти прозрачная девушка.
- Будете брать, - спрашиваю, - сумка ведь дорогая – 40 рублей стоит, - ( мне совсем не хочется опять тянуться к этой витрине и снимать сумку, все равно  она не купит, я точно это знаю).
Девушка в ответ: «Какая разница, дайте посмотреть!».
Я ей нагрубила, сказала: все равно не купишь!  Конечно, как продавец в самом престижном книжном магазине Москвы я поступила нехорошо! Но я ведь работаю в отделе сувениров, не в книжном. Мне – простительно.
Бедная девушка смутилась, покраснела и отошла от моего прилавка.
Мне стало совестно и даже стыдно, я тоже покраснела.
Потом к прилавку подошли две афроамериканки. Они говорили по-русски почти без акцента, правильно и со всеми нюансами нашего богатого языка, что мне показалось странным. У нас одно слово «идти» имеет 60 значений.
- Ну как, - спрашиваю, - нравится сумка?
- Неа, не очень, - отвечает одна из них, - покажите-ка нам лучше вот эти браслеты.
Показываю. Долго примеряют. Любуются на свои изящные руки, прищуриваются:
- Дайте, пожалуйста, зеркало.
- К сожалению, зеркал не имеем, - отвечаю я как можно корректнее.
- Молодым людям понравится. Берите, -  это сбоку подошел мужчина и дает совет.
- Берите, берите, три рубля все удовольствие, - уговариваю я.
Обе афроамериканки мило заулыбались, сверкая своими  ослепительно белыми зубами, и пошли к кассе, заплатить за сумки по 40 рублей и за браслеты по три рубля.
К обеду я устала.
Подошел мальчик лет девяти: «Тёть, а пионерские значки у вас есть?».
Подошла женщина средних лет: «А у вас есть флимастеры?»
Рядом с нашим отделом продают лотерейные билеты. Целый день не отходит от этого места один старичок. Седой, пальто нараспашку, болтается на нем  как балахон, в кармане бутылка из-под кефира, на груди – медали. Ветеран!
Выражение лица у него – одухотворенное, но читается  на нем чувство, похожее на разочарование.
Уже в который раз он подходит к столу с лотерейными билетами. Взяв билет, медленно с надеждой распечатывает его, стоит в задумчивости, затем прячет билет в карман своего старого пальто. Подходит к нашему прилавку с сувенирами.
- Ну что, выиграли? – спрашиваю.
- Пока нет, - отвечает он с уверенностью, что выигрыш уже его ждет.
Ко мне он как-то проникся и купил у меня два стержня для шариковой ручки. Попросил ножницы, зачем-то укоротил стержни. Потом он быстро развернулся и пошел к выходу.
В шесть вечера он вернулся в Дом книги.
По его взгляду было видно, что проиграл дедушка накануне все свои деньги, возможно, пенсию, сходил домой, занял у кого-то и вернулся доигрывать.
Но лотерейные билеты к тому времени закончились,  продавщица ушла.
В недоумении старичок спросил меня: «А где же эта дама?».
«Так вот в чем загвоздка, - подумала я. – Не выигрыш ему нужен был, а дамочка-лотерейщица понравилась!

  18 апреля 1977 года
Сегодня мой старичок опять пришел в Дом книги. Снова покупал лотерейные билеты и опять, по-моему, ничего не выиграл.  Но он не выглядит несчастным. Глаза его сверкают, лицо сияет.
Он подошел ко мне и сказал: «У вас здесь все красивое! Скоро у меня будут деньги, и я куплю в вас все».
Как я не догадалась, что старичок и ко мне проникся симпатией. Сегодня он держит подмышкой книгу.
- Что за книга? - спрашиваю.
Он не поленился развернуть хорошо упакованную в крафт-бумагу книгу.
- Это великолепная вещь, уникальная.
Книга действительно оформлена по лучшим образцам полиграфического искусства. Посвящена она Великой Октябрьской социалистической революции 1917 года.
Тут нас окружили люди: «Где купили, где купили?»
Откуда-то возник еще один старичок и стал разъяснять нам некоторые исторические факты. Мой старичок слушал, слушал, потом резко прервал его на полуслове:
- До свидания, девушка! Книгу я Вам показал и спасибо, Вы очень культурно обслуживаете покупателей.
Теперь старичок приходит в Дом книги каждый день не к лотерейщице, а ко мне. Он приносит и бескорыстно дарит мне книги, хорошие книги, в основном, новинки современной зарубежной литературы. Сегодня он подарил мне томик стихов Федерико Гарсиа Лорки. Как приятно, когда кто-то заботится о тебе, и совершенно бескорыстно.

19 апреля 1977 года
В нашем Доме книги иногда бывают иностранцы. А я так люблю пообщаться на английском языке. Какая хорошая практика. Здорово, что я  им могу что-то объяснить, рассказать.
Сегодня молодой человек спросил, где тут можно купить газету «The morning star».

20 апреля 1977 года
К нам приходит один очень интересный человек, точнее – необычный. По-моему, он немного со сдвигом. Видно, что все и всё его пугает. Характер у него сложный. Ему надо понравиться, чтобы он начал с тобой разговаривать.