Чьё ружьё, того и добыча

   В Душанбе летел из Внуково. Четыре часа полёта прошли, в общем, незаметно. На таджикском паспортном контроле удивило то, что мужчины и женщины стоят отдельно друг от друга, в двух разных очередях. Оказалось, что ещё и миграционную карту нужно заполнять.
   Душанбе – город сплошных строек и ремонта. Таких пробок я не видел со времён девяностых. Нерегулируемый перекрёсток – «еду, как хочу». Если даже на переходе загорелся «зелёный человечек», это ещё не значит, что прямо на «зебре» вас не раскатают в блин. В беседе с местными жителями позже выяснил, что дороги ремонтируют к октябрьскому визиту Путина.
   Повсеместно сносят старые советские дома, на их месте строят небоскрёбы. Мнения душанбинцев, естественно, никто не спрашивает. Над городом висит какой-то белый туман. То ли смог, то ли строительная пыль.
   Вдоль дорог и на фасадах зданий довольно часто попадаются портреты президента Таджикистана, Эмомали Рахмон изображён на них в полный рост.   
   Находиться в Таджикистане лично мне было комфортно. Как будто приехал на столичный рынок в Тёплом Стане. Жители, особенно старшее поколение, не прочь пообщаться, сами идут на контакт.
   В первый день пребывания купил сувениров, прогулялся по городу. Наш ЦБ установил курс сомони (местная валюта) к рублю, как 1:8,4, но в местных обменниках просят больше 11 рублей за сомони (на сентябрь 2025 года). Местные жители вообще предпочитают доллар, мотивируя это тем, что рубль слишком нестабилен.
   Для лучшего понимания, умножал цифру на ценнике на 10, получая примерную цену в рублях. Цены, кстати, в магазинах выше, чем у нас. Исключая, конечно, всякие арбузы-дыни и местные продукты.
   В Душанбе  находится самая большая в Средней Азии мечеть. Популярные в последнее время у мужчин бороды здесь не приветствуются. Бороду могут носить только пожилые, лет с пятидесяти. Были случаи, что бороды обстригали прямо в милицейской машине.
    Гуляя по столице Таджикистана, примечал особенности внешнего вида прохожих. Много молодых мужчин в костюмах и галстуках, в начищенной обуви. Женщины одеты строго, многие носят национальную одежду. Если видишь женщину в шортах и шлёпанцах – это на сто процентов туристка.  «Мини» же не видел ни разу. Степенные пенсионеры носят и тюбетейки.
   Вообще, туристы задерживаются в Душанбе всего на пару дней – всех интересует Памир.
   Местное время отличается от московского на два часа.
   Карты «Мир» в магазинах не принимают, но можно снять с них деньги в банкомате.
   Бензин дорогой. 95-ый – около 10 сомони, дизель – 11 сомони. Практически все такси в городе – китайские электромобили.
   В Таджикистане находится самая большая в регионе российская военная база.
   Посетил Музей древностей Таджикистана, съездил в Гиссарскую крепость. Вдоль дороги поля с хлопком и кукурузой, виноградники, бахчевые развалы.
   Дыни продают не по килограммам, а по штукам. Если спрашивал цену я, то «заламывали» 90 сомони за прекрасную, спелую дыню. Если же к продавцам выходил гид-водитель, то цена самым чудесным образом падала до 30-35 сомони. Вкуснейшие теплые  лепёшки продавали всего за 2 сомони.
                Река Вахш.
   Наконец, настало время ехать на рыбалку. Эта поездка обошлась мне в 800 сомони. На  гида своего вышел через турагентство. Зовут его Холмурод, встретились в 5.30 под старым раскидистым дубом у фонтана, на площади… 850-летия Москвы. Холмурод – наш человек, старший прапорщик в отставке пограничных войск РФ, служил по контракту. Сразу нашли общий язык, жаль только, что к рыбалке Холмурод совершенно равнодушен.
   Едем в сторону города Нурек, будем искать место для рыбалки на реке Вахш. Эта река, сливаясь с Пянджем, образует знаменитую Амударью. На Вахше построено несколько ГЭС, самая известная – Нурекская. Я, конечно, хотел половить на Нурекском водохранилище, но Холмурод сказал, что рыбачить там нельзя. Наверное, он имел ввиду саму ГЭС, но это-то понятно - у нас тоже запрещено рыбачить у гидросооружений.
   Дорога, петляя, уходит в горы. Не особо высокие, на склонах кое-где растут низенькие деревья и кустарник. В горах оказалась такая же белёсая дымка, как в Душанбе, а я-то грешил на смог.
   Проезжаем редкие деревеньки, иногда на дороге встречается стадо из десятка коров, которых гонит молодой пастух. Козы и овцы - те пасутся самостоятельно. Пару раз и ослики попадались.
      Дорога вьётся по склонам, мы с Холмуродом мирно беседуем за жизнь. Из-за  поворота навстречу показывается бензовоз, медленно «пыхтит» взбираясь по склону. Вдруг, пытаясь обогнать тихоходный транспорт, на нашу полосу через «сплошную» вылетает грузовик. Идёт точно в лоб. Об особенностях местного вождения я уже упоминал, но каким же надо быть идиотом, чтобы в горах обгонять из-за поворота, через «сплошную», при нулевой видимости?!
   Холмурод выворачивает руль вправо, искусно лавирует между обрывом и грузовиком, смерть проносится буквально в двух шагах. Испугаться не успел, только выругался.
   Через несколько километров увидели грузовик в кювете. Как потом рассказали местные жители, водитель перегрузил машину, тормоза не справились. Между обрывом и кюветом шофер выбрал кювет.
   Ещё один запомнившийся момент на дороге – тоннель длиной четыре с половиной километра. Для жителя средней полосы такие сооружения, конечно, непривычны.
   И вот, после таких приключений, въезжаем в Нурек. Пытаемся подъехать к воде, но подходов просто нет. Или заросшие берега, или частные постройки у воды. Помыкавшись, Холмурод звонит своему однокашнику, у которого в этой местности дача. На счастье, в столь ранний час друг Холмурода откликнулся на телефонный звонок, попросил  соседа открыть ворота своей дачи, объяснил дорогу.
   Поблуждали по узеньким улочкам, подъехали к даче. Ворота открыл улыбчивый мужчина, представился – зовут Тура.
   Дача каменная, одноэтажная, с бассейном на участке. Находится на крутом берегу реки Вахш. Река с чистейшей водой и быстрым течением, говорят, что на середине глубина достигает 25 метров. Дно, естественно, представляет собой сплошные камни.
   Дача отлично оборудована для отдыха у воды. Внизу устроена бетонная набережная с металлическими перилами, камнями от основной речной струи отгорожен ещё один бассейн с красиво выложенными ступеньками. Перед отъездом я здесь искупался.
    На набережной, под крышей - что-то вроде беседки со столами и диванами. Крыша этой беседки одновременно является полом для второго этажа, находящегося уже на уровне самой дачи. Наверху размещается мангал и столы со стульями для статусных мероприятий. Отсюда открывается великолепный вид на реку.
   На другом берегу у реки тоже расположены домики подобного типа, народ проснулся, завтракает на верандах и беседках, доносится национальная музыка. Кое-где даже рыбачат.
   Во время моего пребывания в Таджикистане, не смотря на сентябрь, температура всё время была выше тридцати градусов, в тени же у воды прохладно, ловить комфортно.
   На часах восемь утра, Тура показывает пару совсем незаметных заводинок в зарослях, где они обычно ловят рыбу. Из моих снастей выбираем пару донок, даю ему одну снасть. Телескопические короткие удилища, простейшие безынерционные катушки, на конце лески привязано грузило, выше грузила – пара поводков с овнеровскими крючками №10. 
   - Леска тонкая, крючки маленькие! – критикует снасть Тура.
   Вместо оторванных в камнях «десяток» привязывает «четвёрки». А из насадок Тура безоговорочно выбирает белых опарышей, а анисовый аттрактант в виде спрея просто привёл его в восторг: «Рыба плывёт по своим делам, чует его и сворачивает!»
   После рыбалки я подарил Туре так понравившийся ему баллончик.
   Забрасывали совсем близко от берега, удилище держали в руке внатяг. Клевать начало сразу, только Тура ловил маринок, одна попалась сантиметров в тридцать длиной. Я же довольствовался мелкими рыбками размером с уклейку, чем-то похожими на гольянов. Быстрянка – вечером подсказал всезнающий Интернет, изучив предложенную фотографию.
   Рыбки клевали бойко, иногда садились сразу на два крючка.
    - Ты подожди, не подсекай! Пусть большая рыба подойдёт, разгонит мелочь и сама клюнет, - учил Тура.
   Как по мне, то совет сомнительный – мелочь бойко обсасывала опарышей на крючках, не думаю, чтобы маринка польстилась на неаппетитные прозрачные шкурки. Тура рассказывал, что на этом самом месте поймал маринку весом в три килограмма.
   Хозяйская ласковая кошка по имени Персия дисциплинированно ожидала, пока извлеку из воды очередную рыбку. Ела пушистая за двоих, быстро расправляясь с подношениями. Маринку, кстати, животным давать нельзя – у рыбы ядовитая икра, жабры и чёрная плёнка в брюшине.
   К концу рыбалки Персия превратилась чуть ли не в шарик, эдакий пушистый колобок.
   - Кошка тоже россиянка, - рассказывал нам подоспевший гостеприимный хозяин дачи. -  Российские военные домой уехали, а кошка со мной осталась.
   Хозяина зовут Туркманшо. Садимся за стол, когда рыба перестала клевать, наслаждаемся купленной по дороге сладкой дыней. Воду пил прямо из реки.
   - Маринка теперь только вечером будет клевать, - делится рыболовным опытом Тура.
   В ходе рыбалки несметное количество крючков, все грузила, две тирольские палочки тоже остались в камнях на дне. Я дошёл до того, что обкусывал походными плоскогубцами крючки у джиг-головок и использовал вместо грузика. Тура же привязывал к концу лески обычные камешки.
   Сидя за столом, я всё переживал, что не поймал ни одной маринки.
   - Чьё ружьё, того и добыча! – Туркманшо улыбнулся, хитро прищурившись. – Твои удочки? Значит, это ты поймал!
   Действительно, ведь кошка накормлена и довольна, и чего это я распереживался?
                Курьёз в пути.
   На следующий день съездили в Рамитское ущелье – безуспешная попытка порыбачить. На обратном пути произошёл курьёзный случай.
   Время обеденное, это у нас в средней полосе не проблема найти место для пикника. В горах же тени совсем мало, камни и пекло. Стали с Холмуродом подыскивать укромное местечко в тени, выбор пал на сад у дороги, рядом с нежилым, на первый взгляд, домом.
   Только разложили снедь в траве под деревьями, как появились девочка-подросток и мальчик. У меня с собой были значки из России, хотел сделать подарок.
   - Эй, бача! Салам алейкум! – машу рукой, подзывая.
   Дети припустили наутёк. Ну, всё, сейчас прибегут дехкане и «на вилы поднимут». И действительно, дети привели мужчину. Отца, как выяснилось. Холмурод прояснил ситуацию, посмеялись, мальчик получил свой значок. Мужчину зовут Джайхонгир Саидов, у него пять детей, он угостил вкуснейшей домашней молочкой и тёплой лепёшкой.
   Весь комизм ситуации открылся в разговоре чуть позже. Я был одет в лёгкий летний камуфляж, мальчик прибежал к отцу и кричит: «Папа, папа! В саду солдаты!»
   Посмеялись вместе. Вот что значит – простые, добрые люди. Не знаю, чем бы могла закончиться в наших краях подобная попытка подарить ребёнку значок. 

                Достопримечательности и сувениры.
   День перед отъездом выделил на осмотр достопримечательностей. Утром съездил в Свято-Никольский собор. Приятно на чужбине зайти в православный храм.
   По городу передвигался на такси – совсем недорого, 15-20 сомони за поездку.
   Следующая точка маршрута – парк Истиклол с грандиозной смотровой башней, сверху весь Душанбе – как на ладони.
   Затем отправился в Национальный музей Таджикистана. Советую посещать его в самую жару – половину дня вы точно потратите на осмотр, окажетесь в комфортной прохладе музейных помещений, да ещё и при вайфае. Экспозиция размещается на четырёх этажах, вход стоит 35 сомони, столько же стоил мне и обед в местной столовой. Вкуснейший компот тут наливают в пивные пол-литровые кружки.
   После музея пешком прогулялся в зоопарк, по дороге прокатился на колесе обозрения. Мальчик, принимавший оплату, обратился на английском, признался, что принял меня за американца. Цены демократические – всего 3 сомони за посещение зоопарка, 5 сомони за катание на колесе.
   В Duty Free Душанбе принимают не только валюту и сомони, но и рубли, тут можно докупить сувениры. Порадуют цены на алкоголь.
    Из Таджикистана везут в подарок:
- специи, орехи, сухофрукты;
- если не пугает перевес багажа, то можно привезти дыню, фрукты;
- украшения;
- национальные халаты, тюбетейки, носки-джурабы;
- мёд, чурчхелу, лукум, нават, халву;
- колбасу из конины, курт;
- керамику;
- ковры, дастарханы;
- национальные ножи корд;
- местное спиртное.
   Хоть ничего достойного и не поймал, но совсем не разочарован этой поездкой.
               
                Андрей Рыбаков, г. Москва, г. Троицк.