Жил был Бекентий

                не оконченный цикл дурацких историй

                ИСТОРИЯ ПЕРВАЯ

В один невыносимо чудесный летний день,  когда украденный со стройки карбид уже пузырился в луже, а детишки спешно прятали по карманам украденный там же гудрон, что бы потом обменять его на что нибудь другое, кто то из малышей прибежал с  водочной бутылкой. Бутылка была пустая, но с крышечкой и было решено запихать в неё остатки карбида и залить всё это водой.
С высоты третьего этажа только что построенного дома на все эти невинные шалости с интересом глядел Бекентий Гуталинин, в час обеденного перерыва. Ему не меньше ребят хотелось увидеть разлетится ли бутылка на мелкие осколки или только пробочку выбьет?
Бутылка долго шипела и тужилась, но ничего такого не произошло. Недовольные результатом опыта малыши шарахнули ненужную теперь посуду о стенку нового дома и разошлись по своим малышевым делам.
Бекентий поднялся на верхний этаж, продолжил работу и больше не отвлекался на всякие пустяки. Окончив через какое то время трудовую деятельность, уже по дороге домой он вспомнил бутылку с карбидом. и настроение у него постепенно испортилось. К тому времени как то незаметно испортилась и погода, набежали неизвестно откуда тучки, подул прохладный ветерок и заморосил мелкий дождь. Зонтика у Бекентия не было и холодный моросящий дождик капал ему прямо за шиворот. И он вспоминал как ещё пацаном они с ребятами делали такие же игрушки и бутылки всегда взрывались и сердце его согрелось теплом. Правда потом именно ему доставались все оплеухи и подзатыльники потому как при вопросе он ли всё это придумал, честный Бекентий сокрушенно вздыхал и соглашался после чего его долго и нудно трясли за шкирку и шпыняя объясняли как он не прав. Бекентий шлёпал по лужицам в сандалиях на босу ногу и старался как можно больше вспомнить печальных событий из своего детства потому что ему вдруг нестерпимо захотелось пожалеть себя. Может дождик навеял ему в голову такие печальные мысли, может тонувшие во встречных лужах сандалии, сказать наверняка было нельзя, но почему то как нарочно вспоминалось только всё хорошее и весёлое.  Дождик кончился так же незаметно как и начался,  Бекентий уже почти совсем добрался до дома, но так и не смог вспомнить ничего такого что заставило бы его почувствовать каким он был несчастным ребёнком. Во дворе он сел на старые скрипучие детские качели еле втиснув на седушку своё грузное тело сорокалетнего мужчины. В его уже начавшую лысеть голову пришла чудесная мысль о том что если он никак не может вспомнить ничего грустного из своего счастливого детства, значит оно и в самом деле было не таким уж плохим.
Печаль его растаяла как летний дождик и он даже начал раскачиваться на качелях. В голову лезли спешили и толкались хорошие мысли и само собой вспоминалось только самое хорошее и приятное. И совершенно довольный Бекентий тихонечко запел какую то детскую песенку, давно потерянную  в тёмных лабиринтах забитой житейской суетой памяти.
Стоявшая поодаль дворовая мелюзга с напряжённым интересом следила как довольно грузный дядька в мокрых  штиблетах на босу ногу негромко смеясь и видимо от радости закидывая голову вверх раскачивается, не боясь упасть и сломать себе шею. А Бекентий не обращая ни на кого внимания на миг ощутив себя маленьким и совершенно счастливым раскачивался взлетая всё выше и выше насколько позволяли старые скрипучие качели.