Стать женщиной ч15 Повелитель мертвых

Я — демон ночи, я — стервятник, это— моя добыча! —На  Андрухе был кожаный плащ на голое тело. Лицо скрывала черная маска, она мешала дышать, но маньяк знал, это  необходимо для того, что он планировал этой ночью.
— Я выклюю и проглочу твои глаза! — Рылов с отвращением слушал внутренний монолог маньяка, в тоже время чувствуя его возбуждение и нервную дрожь.

Соединение с сознанием Андруха напоминало подгонку  несоединимых между собой деталей. Облако  сексуальных фантазии, мгновенно возникающие и тут же пропадающие эпизоды порно фильмов,воспоминания о впервые увиденном женском теле. И выплывающее, как отцепившийся от подводного камня пенопластовый поплавок,стыд за неудачную фразу, зацепившиеся за гвоздь брюки, смех над его нелепым прыжком «через козла» на уроке физкультуры, иронично улыбающиеся девочки.

Взрослые женщины —бронзовые богини, поправляющие прически в кафе на пляже.

Разминка женской волейбольной команды «Сибирь». Подчеркнуто ленивое покручивание мяча. Небесные красавицы, обменивающиеся понимающими взглядами, и небрежно скользящие взглядом по скамейке запасных, где всегда было место для водителя команды —Андруха— «хороший, стеснительный парень». Взгляд на соперниц, стоящих кружком и слушающих тренера.

Невингловская пропала на следующий день после полуфинала. Андрух в это время работал в ремонтной мастерской—стопроцентное алиби, но две его ходки  сразу разлетелись по сарафанному радио. Неделю спустя, Андрух, морщась, кривляясь и, чуть не плача, читал записку тренера с просьбой уволиться по—собственному.

Столько унижаться перед этими коровами в отделе кадров, чтобы устроится к девочкам! В результате —  менты двинули тему через спортклуб, при том, что он понятия не имел куда пропала Алена.

Перед отъездом он зашел к Людмиле Сечиной. Дверь открыл Распутин. Рылов мгновенно узнал его, и через фильтры магического браслета на него опустилась чернь тайги, пятна крови на снегу, и Распутин, расчищающий дорогу для застрявшего внедорожника. Тело Невингловской по настоянию Сечиной пришлось перезахоронить в заброшенной шахте. Земля уже замерзла, и тело выковыривали ломами. Завернутое в черный пластик, оно выглядело ужасающе. С трудом вытащив его из багажника,они по очереди тащили тело по земле, перепутав несколько раз вход в лаз, заложенный полусгнившими досками. Невингловская лежала на дне шахты за невинный флирт с мужем Сечиной. Рядом с ней, протянув сломанную руку, лежала и сама заказчица— Людмила Сечина. Андруха это несколько позабавило. Он еще посветил вниз фонариком и заложил лаз ветками. Половина гонорара Распутина перекочевала в его карман. Распутин не хотел никого убивать бесплатно, но тут выхода не было. Сечина похоже была готова рассказать все отцу — вору в законе по кличке Грибоед. Он вполне мог откупиться от следователя и закрыть Распутина на 20 лет Колымы.

Впрочем, это не было главным. Андрух прекрасно понял, что кроме денег, у него появился сообщник, повязанный кровью. По дороге домой он аккуратно высказался, что теоретически было бы неплохо сначала притащить молодую и красивую девушку типа Невингловской, зачитать ей приговор— групповое изнасилование плюс высшая мера и привести его в исполнение с максимальным удовольствием. Распутин понял с первого раза, и лишь заметил, что у намеченной жертвы должно находиться при себе достаточно наличных, желательно мелкими купюрами.

Ни модели ни номера внедорожника Рылов не заметил. Впрочем,  все это происходило несколько месяцев назад. Машина  могла  быть создана воображением  Андруха. Черная  дьявольская Infinity Распутина явно выглядела вытащенной подсознанием из Голивудского боевика.

Рылов раскрыл десятки убийств и изнасилований с убийством, но массив смазанных ментальных стоп кадров, вызывающих у Андруха эрекцию, был совершенно не похож на его предыдущие путешествия. Он вспомнил потрясающее наслаждение, когда он «стал»  Вероникой. Это было лучше, чем секс, это было ощущение полноты и гармонии, прекрасной женщины, перевернувшее его представления о жизни и смерти.

Сознание Андруха было примитивными, смятым и незаконченным. В нем не хватало простых человеческих составляющих, и в тоже время, какие— то элементы были совершенно лишними. В этой незаконченной, поцарапанной, изъеденной то ли кислотой, то ли ржавчиной конструкции, была внутренняя неисправимая ошибка. Рылов не мог ни принять, ни понять ее, словно это была опухоль неизвестной природы, которую отторгала его иммунная система.

Это странным образом сочеталось с тем, что на бытовом уровне Андрух был неинтересным, средним гражданином, которому, просто не повезло в жизни. Его прежние статьи не имели ничего общего с тем, почему за ним теперь гонялся весь ментовский Петербург.

Рылова интересовал Черный Человек, та часть души, о которой знает любой следователь в убойном. Персонаж, который вдруг вытаскивает нож и протыкает с невероятной точностью сердце собеседника. Уж кому—кому, а Рылову это было прекрасно известно. Сквозь разделяющее их черное облако, он видел обнаженных молодых женщин, просивших о пощаде и понимал, что именно эти ощущения власти и безысходности положения жертв вызывают невероятные эротические ощущения. Это был мотор, который двигал Андруха. Его бензин, масло, приводной ремень и шестеренки  двигателя внутреннего сгорания. Рылов предположил, что неизбежность «приговора» обесчеловечивало жертву и превращало ее в покорную игрушку. В этом был элемент некрофилии, но Рылов тотчас же отверг эту теорию, поскольку ведущим элементом все—таки являлся абсолютный контроль, без которого Андрух фактически являлся импотентом.

— Откуда тебе это известно? — Рылов представил ухмыляющегося Чарноту. У майора  был совершенно другой подход к серийникам— зачем ты тратишь свое время на изучение этих шакалов?

— Если я пойму как работает его голова, я его поймаю.

—Послушай, доктор Фрейд— возражал Чарнота— ты еще расскажи мне, что он пИсался в постель и ревновал свою мать к отцу! Зачем мне знать чем думает упырь? При том, что каждый упырь думает по—своему. Мне нужны его привычки, семья, друзья, любовницы, номера телефонов, адреса, записи видео—камер, и я его выловлю раньше тебя, будь уверен! А голова его для меня— мусорный ящик. Другое дело поведение жертвы! Тут Чарнота садился на своего конька—виктимологию. Рылов притворно отмахивался, хотя прекрасно знал, что именно это сочетание двух подходов, работает и выдает самую высокую раскрываемость по Петербургу и Ленинградской области.

Конечно, чтение книжек о психологии и даже допросы были несравнимы с пребыванием в голове преступника. Теперь Рылов понимал, почему Андрух рисковал своей жизнью и благополучием своей семьи, которую, конечно же, затравят после ареста. Жить стоило только ради этих моментов. Он ждал их прихода, а может быть, и своего Черного Человека — божественного Мессию, сошедшего в этот грешный мир с целью открыть ему, единственному достойному— истину и тайну смысла человеческой жизни.

Тем не менее, Андрух не был холоднокровным убийцей. Это был классический пример из учебника по криминальной психологии. Он действовал, повинуясь внезапному импульсу, но мог мгновенно изменить решение. У него не было заранее разработанного плана. С одной стороны это делало его совершенно непредсказуемым, с другой— он мог легко ошибиться и попасться по чистой случайности.

План убийств разрабатывал Борисов—Распутин. Сюрреализм заключался в том, что его голова находилась сейчас в садике Вероники с пулей из табельного пистолета Рылова внутри.

Пистолет без двух расстрелянных патронов лежал в сейфе Чарноты, а он, Рылов, находился в голове маньяка, не совсем понимая в каком районе Петербурга это происходит.

Рылов сосредоточился на ощущениях маньяка как раз тот момент, когда  Андрух понял, что все его приготовления — бессмысленны, и он выглядит нелепо.

 —Я сошел с ума!  Если меня увидит кто—то из братвы, меня засмеют!  Нет! Я  —крутой, я только что вернулся  с кичи! Я—в авторитете! Никто, слышите? Никто не имеет взбухнуть*! Конечно, это—косяк, но я «обосную»! И все же, лучше не облажаться,  тем более в таком виде.

Андрух развернулся и, спотыкаясь, побрел в другую сторону. Он больше не пытался выглядеть страшно, горбиться и прихрамывать. Боясь, что его заметят, каждые несколько секунд он оглядывался через плечо.
 
Борисов привез бы сейчас девочку, и все было бы, как обычно, — Андрух ускорил шаг. —Сейчас я добегу до парковки, переоденусь, выброшу этот дурацкий плащ со шляпой и позвоню ему еще раз, —Андрух перевел дыхание.

— Давай—давай! За руль и домой! — думал Рылов в голове Андруха—там мы тебя и возьмем….

—Рылов вдруг понял, что место проживания Андруха это— последнее, о чем он должен сейчас беспокоиться.

Мое тело, находится в притоне на Черной Речке. Уголовник Тимофей—Цыган может сделать с ним все что угодно, и я навсегда останусь в голове маньяка.
У «физического» Рылова возможно случился бы приступ паники, поднялось бы давление, но у него не было сердца и не было тела. Он был пассажиром в голове безумца.

Андруха неизбежно арестуют и посадят за решетку, a что с ним сделают заключенные с этой статьей, не хотелось даже думать. Тем не менее вероятность того, что перед арестом Андрух может найти новую жертву, была велика. Значит ли это, что Рылову придется испытывать извращенное удовольствие вместе с маньяком, так же, как он испытывал наслаждение от шампанского в голове Вероники?

Рылов мысленно расслабил несуществующие мышцы—действия Андруха не входили в кодекс уголовного мира.  Если Рылов расскажет Темке о прогулках в плаще на голое тело, Андрух будет мгновенно исключен из авторитетов, а, возможно, и устранен. Тем не менее, следуя уголовным «понятиям», Темка потребует от Рылова «обосновать». И что? Он объяснит, что находился в голове Андруха, благодаря волшебному браслету? Чертовщина! Зачем им слушать эти сказки? Зачем я им вообще нужен? Темка подмешал что—то в водку и оставил его в сомнамбулическом состоянии «пока не придет Директор». А что, если Директор это и есть Андрух? Это же его стратегия крутиться вокруг девочек. Сначала это был волейбольный клуб, а эскорт это— вообще идеальное решение. Девочки под рукой, и большинство из них искать никто не будет. Значит Андрух, с Рыловым в голове рано или поздно заявится в клуб, все поймет и утопит Рылова в Черной Речке, а он— Рылов будет за всем этим наблюдать из головы своего убийцы! Изумительная перспектива! С другой стороны агенство — под колпаком. Чарнота отдаст приказ и Решетников штурмом возьмет их за 15 минут и что, и что они найдут? ЛВ развлекается с Субботиным, а заместитель Чарноты—Рылов просто нажрался и спит второй день. И никакого Андруха.

Чарнота, с его огромным опытом раскрутит дело Распутина  и выйдет на Рылова и Веронику за неделю. Рылову показалось, что Чарнота уже что—то почувствовал, впрочем это было его обычное состояние ищейки, взявшей след. Чарнота не верил никому, даже своему заместителю, которого он совершенно искренне считал своим другом. Дело в том, что недели у Чарноты не было. Рылов был уверен, что Маслов дал ему максимум 3 дня и значит Чарнота будет ждать пока не появится Андрух.
Хотя потерять, практикантку было бы нежелательно. О самом Рылове, возможно, особенно никто сожалеть не будет. Усушка—утруска, если, и это «если» было написано огромными буквами на стене, если —Чарнота защелкнет наручники за спиной живого и невредимого Андруха.

Вообщем, Рылов попал в опасное и совершенно неопределенное положение.Тем не менее, странное равнодушие и холод наполняли его. Душа не ощущала тревоги и страха, которые, он испытал бы в обычной ситуации.

— Делай,  что можешь и будь что будет, — приказал себе Рылов.

Все эти рассуждения происходили одновременно с возбуждением и обжигающим страхом Андруха,  бегущего по кривой улочке на окраине старого Петербурга. Машин, слава Богу, не было. Андрух перешел  на другую сторону. Ноги без носков скользили в высоких сапогах, руки удерживали плащ. Он заскочил в темный переулок, распахнул плащ и побежал дальше, широко раскинув руки. Ночной осенний воздух обдувал его вспотевшее тело. Плащ развевался за ним. Он чувствовал себя ночной птицей или—нет, летучей мышью!

— Бэтмэн! Я— повелитель ночи!

Это было прекрасно! Он уже хотел снять шляпу, чтобы полностью почувствовать свежий воздух. Но как, только он схватился за край, в нескольких метрах перед ним распахнулись ворота.  Девушка с пакетом мусора успела повернуть голову. Андрух сбил ее ударом плеча. Он вообразил себя хоккеистом, выполняющим силовой прием. Железные ворота с грохотом поехали по ржавым пазам и почти захлопнулись, хотя между створками еще оставалась узкая щель. Он пробежал по инерции еще несколько шагов и остановился.

Девушка не двигалась. Андрух наклонился и начал всматриваться в свою  жертву. На вид ей было чуть больше двадцати, полная, в круглых очках, с простой стрижкой. На ней были белые шорты и майка, как будто с гордостью демонстрирующая толстые руки, грудь и углубление в декольте.

На самом деле, первое движение Андруха было извиниться и помочь подняться, следующий импульс — позвать на помощь, но теперь гордость и радость охватила его. Мягко ступая, и, воображая себя ночным волком, он приблизился к женщине и потянулся к ней.

— Нет—завизжала она и схватилась за ворота. Она была отвратительной, неповоротливой, слишком медленной и не шла ни в какое сравнение с предыдущими образцами. Девушки Борисова были красивы, даже когда  Андрух приводил их в состояние полного подчинения. Боль и страх делали их еще более привлекательными. А эта молоденькая, толстая крыса не имела права на существование. Она даже не имела права на ложное обещание что, если она удовлетворит Андруха сексуально, он сохранит ей жизнь.

Прежде чем девушка успела просунуть пакет в щель между створками, Андрух сжал ей плечо. Она снова закричала, но Андрух сильнейшим толчком  зажал ей рот краем плаща, частично показав при этом свое голое тело и возбужденный пенис. Ворота с грохотом закрылись. Никто не отозвался, переулок молчал. Темнота не проявила  ни малейшего движения. Возможно соседи были напуганы или были на даче. Соседние дома выглядели нежилыми. Андрух сделал шаг назад полюбоваться сценой доминирования.

Снимай майку! — скомандовал он.
————————————————————————————————————————
* взбухнуть — возмутиться (уголовный жаргон)