Русь воскреснет. Царь будет

ИСТОЧНИК: https://www.youtube.com/watch?v=FWnPvhNyTt8

Р.Б. Надежда о схиархимандрите
Иринее Черниговском (Борис Феодосьевич Воронков, 1927-2026):

Господи благослови!

Для меня батюшка Ириней был великий старец. Он был очень любвеобильный, простой. Он был очень щедрый. Когда мы приезжали к нему в гости, и на службы — службы были просто как на Небесах, у него литургия была особенная! Когда служат старцы литургию, ты находишься в каком-то невероятном состоянии. После такой литургии хочется жить, петь, летать словно птица! Большая благодать на старческих службах. Он никогда не отпускал приезжавших к нему людей без обеда после литургии. Мы всегда садились — что Бог послал, и у него, как и у матушки Алипии, была кастрюлька небольшая (где-то на полтора литра), он благословлял супчик (он очень любил супчик с макаронами). Приезжает нас десять человек, двадцать… А я думаю: ну как же — такая маленькая кастрюлька — как же всем хватит? И вот первое чудо было: все наелись — и осталось. Потом больше нас приехало — то же самое. Ну это старцы: у них всё по благословению, все сыты. И ещё в дорогу он всегда любил людям давать гостинцы: кому копеечку даст, кому хлебушек, кому конфетку, — но никогда не отправлял людей без гостинца, всегда отправлял с подарками. Он очень любил дарить иконочки, дарить людям радость, любовь. Он на этом обеде всегда вареник в сметану макал и каждому давал: каждому, кто сидит за столом, давал вареник со своей руки. Настолько он был любвеобильный…

И вот такие происходили со мной чудеса. Еду к нему, так заскучала, как по родному отцу, так мне хочется его обнять, поцеловать — не как священника, а как родного отца. Приезжаю к нему, он говорит: «Ооооо, соскучилась за мной як за рИдным бАтьком…! Ну, целуй меня, как хочешь!» И я знала уже, что он прозорливый, боялась что-то подумать нехорошее, гнала плохие мысли, чтобы думать только хорошее о нём. А потом случилось так, что у моего мужа, он нагружал сено — и в локте жидкость какая-то набралась. Его отправили на операцию. А я как раз ехала к батюшке Иринею, и говорю: «Не едь на операцию — может быть, Батюшка помолится». Я рассказала Батюшке, он сказал: «Пиши записку». Я написала записку с именем моего мужа, и в течение двух дней, мы не заметили, куда исчезла эта жидкость (а жидкости было много в локте — где-то 100 мл)! Это чудо было первое. Вот такие молитвы Батюшки!

А потом уже я попросилась в духовные чада. Он взял, но сказал, чтобы исполняла всё, что он будет говорить — чтобы слушала его. У меня одно только было непослушание. Когда слушались, какая-то болезнь — обращались к Батюшке, писали записочки — и всё, болезнь 2-3 дня, проходила. Он был молитвенник, имел дерзновение ко Господу молиться за болящих, и болящие исцелялись. 

Он говорил, что снился ему сон, что его Лаврентий Черниговский облачил (не помню, как точно выразился) в схиму (сказал, что на него одели схиму). Это, говорит, было как наяву, потому что было благоухание. Старец Лаврентий сказал: «Мы пока тебя тайно в схиму, потому что к тебе много людей ездит, чтобы ты окормлял людей — [что] жалко людей». И Батюшке часто снился старец Лаврентий Черниговский, рассказывал ему о грядущих событиях. А он нам рассказывал, что будет. И всё, что он рассказывал, всё исполнялось. Отец Ириней (сам родом из Белоруссии, он белорус) жил в Брусилове Черниговской области, а служил в Климентиновке (потом служил в Ивановке…).

Говорил Батюшка о вот этих событиях, когда был майдан. Говорил, не смотрите телевизоры, нечего там смотреть, выбросите эту “икону сатаны”, это не Божие, это сатанинское. Т.е. в доме не будет благодати, когда стоит телевизор. Сказал, что в доме должны гореть лампады, свечи, должны быть иконы и молитва. Тогда в дом ни ракета, ни бомба не попадёт, — потому что дом под защитой: в доме ангелы, совершается молитва. А когда стоит телевизор и компьютеры… — он сказал, нельзя в доме держать.

Он так и говорил (и ему Лаврентий Черниговский говорил), что антихрист явится в новостях, и люди восхитятся им: он покажется красивым, многие его воспримут как Иисуса Христа, по сути поклонятся. И когда, он говорил, будет гул, и все попадают на землю (а не надо падать), когда услышат гул, это уже будет первое поклонение антихристу. Вот это я запомнила: что когда будет гул какой-то, идти какой-то страшный звук по Земле, и люди попадают. А нельзя будет падать!

Он много говорил о пришествии антихриста. Сказал, что надо уже подготавливаться, уходить с больших городов, потому что не будет ни газа, ни света, и всё, что будет электронное, всё [выйдет из строя]. Останется только то, что в сёлах — простые инструменты, и люди вернутся в прошлое время [будут отброшены в прошлое]. И он сказал, чтобы люди были готовы. Потому что люди, когда будут неготовы, они будут умирать с голода, людоедство будет, будут друг друга есть люди. Он страшные вещи говорил. Что надо уже, у кого есть домики, участочки — маленькие домики надо строить, небольшие, — чтобы мы могли отопить дровами. Потому что ничего — ни газа, ни света — не будет.

Батюшка очень много страдал. У него постоянно не было толком певчих (когда он служил в Климентиновке), пару старушек, и когда мы приезжали, он очень радовался. Он радовался, когда приходила в Церковь молодёжь. Говорил: «Мне так болезно смотреть, что молодёжь не ходит в храмы, только старушки. Но, — говорит, — будет такое время, что молодёжь пойдёт. Настанет такое время, что молодёжь просто толпами будут бежать в храм». Он говорил, что Русь воскреснет. Будет воскресение Руси. Будет царь. Он будет простой, царь, но им будет руководить Сам Господь Бог. Будет процветать Православие. На сколько, он не говорил, но сказал, что это всё будет.

Батюшка много претерпел в жизни. Много его таскали по … [неразборчиво]. Но он, как истинный пастырь, не оставлял свою паству, и всегда защищался сам и защищал паству. Мужественно и стойко выдерживал это всё. В последнее время он жил в Чернигове у Любы и Одарки (Дарьи), у очень нехороших людей, в очень нехороших условиях. Он мне рассказывал, у него такие искушения, такие ситуации были, ему очень тяжело было. И он от Любы убежал через окно, и пришёл к нам в Свято-Георгиевский монастырь в Данёвке. На него шли такие нападения — потому что он старец, и где бы они ни жил, на него и нападали, и… очень он натерпелся. Великие старцы — это молитвенники, которые прошли тюрьмы, лагеря, которые не сломились, которые пережили много в жизни, и им была дана благодать. Батюшка Ириней был большой подвижник.