Китайская экономика

В 2021 году китайский исследователь Лань Сяохуань опубликовал книгу «Видимая рука. Государство и экономическое развитие в Китае». Приведу несколько фрагментов из нее.
Одной из главных особенностей китайской модели является активность региональных властей, а также постоянно меняющаяся динамика центр-региональных отношений. Громадная территория и численность населения, помноженные на культурно-поведенческие различия, делают невозможным управление путем рассылки распоряжений из одного центра. Поэтому еще с древности ключевой задачей институционального дизайна системы госуправления в Китае является обеспечение активности и самостоятельности руководства на местах. Исходя из этого, в данной книге сделан упор на экономическую деятельность властей регионального уровня и подробно описано их участие в развитии хозяйства. Это связано также и с тем, что популярные западные оценки развития Китая либо чрезмерно сконцентрированы на внутренней политике и кадровых переменах в высшем руководстве, либо полагаются на оторванные от жизни экономические теории. Ни то ни другое не дает возможности прочувствовать биение пульса реальной китайской экономики.
Конечно, в мире не существует неизменных систем. По мере развития китайской экономики все яснее видны и недостатки сложившейся модели. Среди прочего речь идет о чрезмерной зависимости от капитальных инвестиций на фоне недостаточного внутреннего спроса и снижения хозяйственной эффективности. Понять стоящие сейчас перед Китаем проблемы и принимаемые для их решения меры невозможно без знания предыдущего этапа.
Я уверен, что эффективно функционирующая национальная модель развития не может не опираться на свою историю, культуру и общественно-политическое устройство. Разнообразие систем не должно, да и не может в своем пределе стремиться к одному-единственному идеалу. Взгляд каждого отдельного наблюдателя ограничен, однако общие мечты человечества о будущем не знают преград.
Эффективный рыночный механизм не берется из ниоткуда, а, наоборот, сам является результатом постоянных усилий. Можно ли его считать необходимым условием экономического роста? Это зависит от стадии развития. На ранних этапах рыночных институтов не хватает, и ведущую роль играет государство, помогая запустить экономический рост и взрастить нужные институты. Однако по мере развития и совершенствования рыночной системы роль государства также должна быть переосмыслена.
То, что я подчеркиваю значение государства, вовсе не означает призыв к плановой экономике. Плановая экономика советского типа имеет две ключевые черты. Первая — исключительная опора на планирование, отсутствие рыночного ценового механизма и запрет частного сектора. Вторая — международная закрытость, крайне ограниченное участие в международной торговле и глобализации. В Китае уже давно нет ни того, ни другого, поэтому рассматривать его как плановую экономику — это полная бессмыслица.
Главный элемент экономического развития — это повышение производительности труда. В развитых странах, находящихся на переднем краю технологий, для достижения этой цели необходимо продолжать инновации. Имеющийся в их распоряжении относительно эффективно функционирующий рыночный механизм, по сути, представляет из себя систему децентрализованного (распределенного) принятия инвестиционных решений. В ее рамках конкуренция дает возможность постоянно экспериментировать, ошибаться и отбирать лучшие решения. Однако для развивающихся стран ключ к повышению производительности лежит не в инновациях, а в освоении уже существующих технологий и эффективных управленческих практик. Для этого они должны в кратчайшие сроки направить ресурсы на процесс обучения. Эта модель «организационного обучения» требует иного способа распределения ресурсов, чем модель «технического прогресса». Примечательно, что разницу между этими двумя моделями китайские экономисты обсуждали еще два десятилетия назад. Ключевой проблемой является то, что хотя развивающиеся страны действительно имеют так называемое «преимущество догоняющего развития» в копировании и изучении технологий, они не могут заниматься этим вечно. Когда технологии и производительность страны достигают определенного уровня, эта модель должна трансформироваться в модель, основанную на инновациях. Если этой трансформации не произойдет, экономика может столкнуться с трудностями, и преимущества догоняющего развития могут обернутся недостатками.
В будущем может не сработать и то, что сработало раньше в Китае. Поэтому в этой книге не только обсуждаются прошлые достижения, но и анализируются нынешние ограничения и возможные пути их преодоления. Лично я считаю, что если существуют различные модели «организационного обучения», то должны существовать и разные модели инновационного развития. Из этого следует, что западная модель инноваций не обязательно лучшая.
Модели развития развивающихся стран отличаются не только от развитых, но и между собой. С точки зрения макроэкономики многие успешные развивающиеся страны выглядят похожими: способы накопления капитала, ориентация на экспорт, активная промышленная политика, контроль валютного курса, ограничения движения капитала и т. д. Однако конкретные способы реализации этих похожих мер сильно различаются. Эффективная политика развития должна соответствовать историческим, политическим и социальным условиям конкретной страны. Ни одна страна не является чистым листом, на котором можно с нуля нарисовать сколь угодно прекрасную картину. Возможности и ограничения в разных странах — разные. Описанная в этой книге китайская политэкономическая система имеет три ключевых составляющих:
местные правительства обладают большим объемом ресурсов и широкой свободой действий;
центральное правительство достаточно сильно для эффективного контроля и координации;
бюрократический аппарат хорошо организован и имеет мощный кадровый потенциал.
Экономическое развитие — это непрерывный процесс. Важнейший вопрос сейчас заключается совсем не в том, в каком году ВВП Китая превысит ВВП США. Главный вопрос в том, создана ли в Китае база для перехода на следующий этапа своего развития. Смогут ли продолжиться модернизация и технологический прогресс? Смогут ли сотни миллионов людей, все еще живущих в деревнях, переехать в города и поселки? Удастся ли удержать неравенство между богатыми и бедными в приемлемых для общества пределах? Какими должны быть цели и задачи следующей крупной реформы?