Стефан Граппелли. Глава 7

Джанго Рейнхардт.

 Новым поворотом судьбы, определившем весь дальнейший путь Стефана Граппелли, стало его замечательное сотрудничество с гитаристом бельгийского происхождения Джанго Рейнхардтом. Вместе они создали новый вид небольшой, но мощной камерной музыки. Джаз Мануш или цыганский джаз, как его стали называть, представлял собой яркую смесь классической цыганской танцевальной музыки и американского джаза, породившую акустический ансамбль струнных инструментов: гитары, скрипки, контрабаса и не одной, как обычно, а двух ритм-гитар. И впервые в мире в ансамбле прекрасно обходились без ударных.

 Их стихийно возникшая группа, в которой они играли для собственного удовольствия,  эволюционировала из серии закулисных джемов, инициированных Джанго Рейнхардтом с Стефаном Граппелли в отеле Claridge на Елисейских полях в Париже летом 1934 года. В то время они оба были участниками небольшого оркестра, которым руководил басист Луи Вола.

 Слухи о маленькой недавно возникшей музыкальной группе быстро распространились в среде любителей джаза. И вскоре  организатор концертов Пьер Нури и Шарль Деланэ (руководитель «Hot Club de France») пригласили Рейнхарда и Граппелли создать  Quintette Hot Club de France (Квинтет Горячий Клуб Франции).

 «Quintette Hot Club de France»,  как однажды написал Ральф Дж. Глиссон, был первой и единственной европейской джазовой группой того времени, «получившей статус высшей лиги в джазе как среди музыкантов, так и среди поклонников». Вместе с Граппелли и Джанго в нём участвовали брат Рейнхардта гитарист Джозеф, гитарист Роджер Шапут и контрабасист Луи Вола.

 Их первая запись состоялась 15 ноября 1934 года в студии «Альберт» (Studio Albert), а 2 декабря с большим успехом прошло первое выступление в сравнительно небольшом зале музыкальной школы в Париже.

 Этот ансамбль считается сегодня одним из самых ранних и влиятельных джазовых групп в Европе. Группа гастролировала по Европе, играя музыку, которую стали называть «цыганский джаз».

 «Моя жизнь началась, когда я встретил Джанго. Потому что в то время, до встречи с ним, я был музыкантом, играл здесь, играл там; но я понял, что, вместе с Джанго, мы могли создавать нечто необычное и изысканное”,  – такой итог подвёл  своему сотрудничеству с Рейнхардтом Стефан Грапелли, спустя полвека, в своей автобиографии.

 Джанго Рейнхардт родился 23 января 1910 года в таборе, на перекрестке дорог, в глухую зимнюю ночь в Либерши (Бельгия), в семье цыган. Кибитка с впряженной в неё лошадью, была его домом на колёсах со дня рождения.

 Родители дали сыну звучное имя Жан Батист Райнхардт. Но вскоре он получил цыганское прозвище  –  Джанго, что означает «я проснулся».

 Будущие прославленные музыканты джаза были погодки (Джанго на год моложе Стефана). И хотя они принадлежали к разным кругам общества,  – отец Стефана рафинированный учёный, мало заботящийся о материальной стороне жизни, в то время как отец Джанго был малограмотный цыган – в детстве оба мальчика стали уличными музыкантами, вкладывая свой посильный труд и деньги в бюджет семьи. К счастью, они родились в семьях, где отцы любили музыку и сумели передать свою любовь детям. Талант был дарован им свыше.

 У Джанго рано проявились музыкальные способности.  Его отец, Жан-Эжен, талантливый музыкант-самоучка, стал первым учителем своего сына, показав, как играть на банджо, а позже и на скрипке.

 В семнадцать лет Джанго впервые услышал странную музыку, доносившуюся из большого  ресторана на площади Пигаль. Она была настолько необычной и непохожей ни на что из того, что он когда-либо слышал, что ему казалось Земля вращается в обратную сторону. Эту музыку называли странным словом – джаз. Каждый день после обеда он приходил к ресторану, садился на мостовую у открытых окон и слушал новую таинственную музыку. Так он мог просидеть всю ночь, пока ресторан не закрывал свои двери.

 Свободный от догм консерваторского обучения,  феноменально одаренный музыкант, Джанго не имел никакого желания даже научиться читать ноты. Он виртуозно играл на скрипке и банджо, зарабатывая на жизнь, как и многие его ромские соплеменники. Вся цыганская музыкальная традиция построена на импровизации. И Джанго учился музыке, слушая и импровизируя.

 В ноябре 1928 года, когда Джанго не исполнилось и девятнадцать лет, разразилась трагедия, едва не лишившая его жизни. В яростном пламени внезапно вспыхнувшего пожара в кибитке, где он жил с молодой женой, он получил сильные ожоги тела и повредил левую руку настолько, что работающими остались только три пальца. Джанго пролежал в госпитале почти год. Казалось бы, с музыкальной карьерой покончено. Но ценой невероятных усилий он разрабатывал искалеченную кисть левой руки и сумел вернуться в музыку. Ему удалось освоить новую технику игры на гитаре двумя пальцами с таким техническим совершенством, которое не могли превзойти гитаристы, играя здоровой рукой.

 Впервые  Граппелли увидел Рейнхардта задолго до их официальной встречи. Играя на улице во время своей голодной юности, Стефан как-то повстречал группу цыган музыкантов, среди которых эффектно выделялся молодой высокий гитарист. Позже Стефан узнал от самого Джанго, что это был он со своей хорошо известной в этом районе семьёй музыкантов. Они разошлись, едва взглянув друг на друга. Репертуар у них был разный, поэтому они не боялись конкуренции.
 
 Следующая встреча состоялась в 1931 году, когда у Граппелли появилась новая работа в популярном клубе Le Croix du Sud на Монпарнассе. Работа в джазовом оркестре Грегора, отточила мастерство Граппелли. И когда ансамбль перешёл под управление его друзей по оркестру Andre Ekyan и Alain Romans, Стефан вновь встретил Джанго Рейнхардта при довольно неожиданных обстоятельствах.
 
 Как-то раз, вечером, Стефан увидел странно выглядевшего для завсегдатаев этого фешенебельного клуба человека. Темнолицый субъект, с тонкими чёрными усиками и давно немытой головой, похожий на гангстера из американских фильмов, в упор смотрел на него с таким видом, будто ему не нравится музыка и он собирается напасть на него с кулаками. Но вместо атаки он вдруг спросил, неправильно выговаривая фамилию Стефана: «Синьор Драппелли, если я не ошибаюсь?» На утвердительный ответ Граппелли, человек ответил, что он тоже музыкант и ищет скрипача, который может играть так же, как он сам, «горячую» музыку.

«Джанго Рейнхардт»,  – назвал своё имя музыкант.
 
 Его имя ничего не сказало Стефану. Но ему показалось, что он уже где-то видел его... но где? Джанго поспешил освежить его память, сказав, что вместе со своим братом Джозефом они иногда  играли вместе, или просили милостыню в ресторанах Парижа. И тогда Граппелли вспомнил, как однажды, очень давно, они действительно просили у него мелочь в ресторане.

 В этот раз Джанго искал скрипача, умеющего играть джаз, и пригласил Граппелли в свой караван.

 Уникальный характер цыганского джазового стиля Джанго заинтересовал Граппелли, и  они проводили вместе многие послеобеденные часы за джем-сейшнами и дальнейшим развитием этого удивительного жанра. Они получали удовольствие, играя вдвоём музыкальные композиции. Джанго приглашал его к себе, познакомил со своей женой. И они почти подружились. Но для Граппелли главным был постоянный заработок. Работа в клубе Le Croix du Sud отвечала всем его требованиям и Стефан, несмотря  на своё восхищение игрой Джанго на гитаре,  не решился броситься навстречу неизвестности. Поэтому он не принял предложение малознакомого цыгана играть в его караване.
Время для совместной профессиональной работы ещё не настало. И как выразился Граппелли, «понемногу мы отдалились друг от друга».

 Они отдалились, но не настолько, чтобы забыть друг друга. Яркая игра Джанго и его увлечение джазом оставила большое впечатление на  Стефана.

 Судьба оказалась упряма. Им предстояло встретиться вновь через несколько лет, чтобы зажечь мир звуками неистового джаза ануш.

 Между ними установились непростые, временами трудные отношения. Джанго относился к Стефану скорее, как к брату, а не другу, доверял то, что не рассказал бы никому другому. Однако для Граппелли, ценившему свою личную жизнь в уединении, такие отношения были в тягость.

 Трудно представить себе настолько разных людей. В то время, как для Граппелли деньги были жизненной необходимостью, Джанго любил их тратить, не считая. В противовес мягкому, немного застенчивому и элегантному Стефану, который не любил неприятных сюрпризов, вольный как ветер Джанго жил по своим законам. Он был проблемой для многих руководителей оркестров, впечатленных и очарованных игрой Джанго.  Наняв его, они не могли полностью на него рассчитывать. Если у Джанго шла игра в кости или был достойный соперник на бильярде, или же просто не было настроения, он без предупреждения или объяснения мог не явиться на выступление, либо присылал вместо себя кого-то другого. Это происходило довольно часто. Вместо Джанго обычно приходил его брат Джозеф. Позже, когда они создали свой квинтет, такое поведение Джанго ужасно бесило Стефана. Но ему предстояло мириться с этими особенностями своего великолепного партнёра и коллеги по ставшему всемирно известным джазовым квинтетом. Когда дело касалось музыки, они великолепно дополняли друг друга.

 Летом 1934 года они встретились в составе группы под управлением Луи Вола, выступавшей в отеле Claridge на Елисейских полях в Париже.
 
 Граппелли пришёл к этой встрече хорошо подготовленным. Работая в Школе танца, он познакомился с таким же молодым, как он, музыкантом и тёзкой, пианистом Stephane Mougin. Stephane Mougin оказал на Граппелли большое влияние. Но главное, он ввёл его в круг молодых, как и он, тинэйджеров музыкантов, увлечённых новой музыкой. Вскоре им  предстояло прославиться как звёзды французского джаза. Среди них был трубач Philippe Brun,  тромбонист Leo Vauchant и альт саксофонист Andre Ekyan. Группа встречалась по выходным дням играя то, что им представлялось джазом, в клубе Латинского Квартала. Они начинали с любимого танцорами танго, а заканчивали джазовой музыкой. "Вот тогда, - вспоминал позже Граппелли, - я и начал импровизировать".

 Как всегда, случай помог музыкантам сблизиться вплотную.  Однажды они оказались вместе за кулисами в отеле Claridge. У Граппелли порвалась струна и он, натянув новую,  всё никак не мог настроить скрипку, потому что музыка оркестра, доносившаяся из зала, мешала ему. Мелодические пассажи, которые извлекал Стефан, проверяя строй, привлекли внимание Джанго и он, взяв гитару, стал подыгрывать импровизациям скрипки.

 С того дня так и повелось, что пока музыканты оркестра в перерывах уходили отдохнуть в бистро, эти двое оставались за кулисами и от души вместе импровизировали. Как-то раз их игру услышал брат Джанго, гитарист Джозеф. Захваченный игрой брата со Стефаном, он взял свою гитару и начал им аккомпанировать. Так, в порыве вдохновения,  они подготовили базу для будущего квинтета Hot Club of France.

 Существует ещё одна версия возникновения знаменитого квартета. По сути она совпадает с рассказанной выше, вот только Граппелли и Рейнхардт поменялись в ней местами. Не Джанго присоединился к игре Стефана, а Стефан к нему. Что, в сущности, небольшая разница. Память не всегда может удержать по прошедствию времени какие-то несущественные детали, тем более, когда рассказано разными людьми.  Главное то, что без скрипача Граппелли не возник бы знаменитый Квинтет.

 Квинтет быстро завоевал популярность, доказав своим существованием, что французы тоже могут играть настоящий джаз, причём, ограничившись лишь струнными, без ударного инструмента и трубы. И к тому же состоящий полностью из импровизированных соло на стандартах и оригинальных композициях.

 Джанго Рейнхардт стал знаковой фигурой, потому что осмелился сочетать традиционный цыганский стиль с ритмами американского джаза. Благодаря Джанго Рейнхардту, в музыкальных и джазовых ансамблях кардинально изменилась роль гитары. До его времени гитара была вынуждена оставаться на заднем плане, поддерживая аккордами мелодические соло в ансамблях, и пытаясь быть слышимой среди ведущих инструментов. С Джанго гитара приобрела новое звучание и роль лидера в джазовых ансамблях. Такой же переворот совершил и Граппелли, выведя скрипку на передний план и придав ей звучность солирующего инструмента. Причина выбора исключительно струнных инструментов была связана с желанием быть услышанным.

 «Я хотел,  – объяснял Граппелли,  – чтобы все струнные инструменты играли джаз без микрофона, а не как сегодня. Позади нас не было электрического усиления, и скрипку в ансамбле с духовыми и ударными было бы плохо слышно».

 Горячий клубный квинтет даже в свои лучшие годы существовал в основном на записях, но также активно выступал на концертах с участием французских поп-исполнителей, такими как Жан Саблон, Ле Пти Мирша, и с джазовыми музыкантами, такими как Коулмен Хокинс, Бенни Картер и другими.

 Успешными были выступления Quintette du Hot Club de France в ночном клубе в Монмарте, который в 1937 году открыла американская джазовая певица Аделаида Холл вместе со своим мужем Бертом Хиксом.  Она  развлекала гостей там каждую  ночь, наняв знаменитый Квинтет в качестве одного из домашних ансамблей клуба.

Серия европейских турне была очень успешной: группа пользовалась особой популярностью в Великобритании. Случалось, что в группе менялись несколько басистов и ритм-гитаристов, при этом Джанго и Граппелли оставались единственными постоянными участниками.

 С 1934 по 1948 год Quintette du Hot Club de France записал более 130 композиций в студии для лейблов Decca, Swing, HMV, Ultraphone и Odeon.

 Квинтет просуществовал до начала Второй Мировой войны, которая застала музыкантов во время концертного тура по Англии. Граппелли оставался там до разгрома гитлеровцев, а Джанго Рейнхард, который практически не говорил по английски, немедленно вернулся во Францию, надеясь что там он будет чувствовать себя в большей безопасности, чем в Великобритании, и достаточно активно концертировал во время оккупации.

 После 1946 года Граппелли и Рейнхардт периодически выступали и записывались с различными приглашенными музыкантами вплоть до 1948 года, но в целом, уже работали отдельно. Джанго интересовался новыми течениями в джазе, а Граппелли оставался приверженцем традиционного свинга.

 В начале 1949 года Джанго и Граппелли отправились в Рим, чтобы выступить с концертом. Находясь в Риме, они сделали свои последние совместные записи, всего 70 произведений, в составе пианинного трио с участием местных музыкантов.

 Существует  замечательный короткометражный фильм о великом гитаристе цыганского джаза Джанго Рейнхардте, скрипаче Стефане Граппелли и их группе "Quintette du Hot Club de France", выступающих на съемочной площадке в 1938 году. Фильм был поспешно организован британским агентом группы Лью Грейдом, как способ познакомить британскую публику с уникальным стилем джаза на основе гитары и скрипки перед их первым туром по Великобритании.

Использованная литература
Майкл Дреньи «Джанго Рейнхардт «Я проснулся!»
A biography by Geoffrey Smith
From Wikipedia