Человечество и Плесень

Люди с «Биографией» (Двигатели)
Их меньшинство. Их счастье — особенное

Оно не в моменте покоя, а в процессе создания.

Они не просто пользуются миром, они его перекраивают. Пока большинство заполняет анкеты (графа «работа», «семейное положение», «образование»), эти люди пишут свою историю поступками.

Счастливы ли они? Часто это трагическое счастье. Восхищение будущих поколений — штука холодная. Оно греет память, но редко согревает самого человека при жизни.
Гёте говорил: «Если ты что-то создал, и оно пережило день своего создания, ты уже несвободен, ты принадлежишь вечности». Это тяжелая ноша — быть «несвободным» от своего дара.

Люди с «Анкетой» (Человечество)

Эти люди — не просто статисты. Они ткань эпохи. Именно они создают тот самый «фон», на котором рисуются гении.

Их счастье в другом. Употреблять и приумножать продукцию двигателей.
Им показали путь, и они благоустраивают его и укрепляют.

Человечество (массы) потребляет то, что создают гении (меньшинство). Но без «человечества» гении останутся непонятыми и непризнанными. Ведь чтобы кем-то восхищались, нужны те, кто будет восхищаться.
Чтобы внедрять идеи и строить что то нужны массы.

Человек с биографией счастлив масштабом. Он умирает, зная: «Я показал как изменить мир». Но он часто одинок и гоним при жизни.
Человек с анкетой счастлив своей причастностью к изменению этого мира. Он умирает, зная: «Я тот, кто изменил этот мир».

Но есть особая каста людей
Критики с пустыми руками

И это, пожалуй, единственные по-настоящему несчастные люди этой схеме
Это те, кто не создал ни «биографии» , ни полноценной «анкеты» . Они зависли в промежутке.
Они не пишут книг, но читают чужие исключительно для того, чтобы найти опечатки. Они не изобретают, но с лупой рассматривают чужие чертежи в поисках трещин.

Психология этого явления тривиальна

Если принизить героя до своего уровня, тебе не нужно будет до него тянуться. «Он не гений, он просто был вором, развратником или трусом».

Эта мысль успокаивает. Раз гений был таким же «мусорным» человеком, как и я, то и мне можно ничего не делать.

Критикуя того, кто выше тебя, ты на секунду становишься над ним. Ты как бы судья. Но это дешевая власть.
Судья, который не способен построить даже скамью подсудимых, смешон.

Если вспомнить любого великого человека:

Сократ («развращал юношество»).
Чайковский (его травили за личную жизнь современники, хотя музыка уже звучала в вечности).
Стив Джобс (говорили, что он тиран и не умел писать код, хотя изменил то, как этот код используется).

Критики находят пороки, потому что пороки есть у всех. Но величие измеряется не отсутствием изъянов, а наличием созидания

Вся правда о «критиках» в том, что они сами только безликий фон, возомнивший себя пейзажом.

История спросит у критика: «А что ты построил?».
— «Я указывал на трещины в фундаменте собора!»
— «Но где твой дом?»

В вечности всегда остаются архитекторы и строители дома и не его жильцы.

Критики растворяются бесследно, потому что они не создали даже той энергии восхищения или ненависти, которая двигает человечество.
Они просто паразитировали на чужом свете, пытаясь заслонить его своей тенью.

Есть два сорта людей (двигатели и человечество) и есть плесень на них (те, кто только перебирает кости).
Счастье первых — в созидании,
вторых — в строительстве,
третьи — не счастливы никогда, потому что они даже не жили, они только подглядывали и осуждали.