Килька

Мне не хватит словарного запаса, чтобы описать, как упоенно он принялся поглощать эту мелкую балтийскую кильку. Он вылавливал сразу по несколько рыб, запуская свою, на первый взгляд неказистую, пятерню в пряный рассол, и складывал их в свою тарелку. Натруженные, мозолистые пальцы, к моему удивлению, с завидным проворством разделывали и потрошили каждую рыбёшку: отделяли голову, вытаскивали потрошка, которые он тоже, через раз, погружал в рот, а свободными пальцами, при помощи другой руки, уже вытаскивал позвоночник, высвобождая малюсенькое, разваливающееся филе от плавников и хвоста. Причмокивая и закусывая бородинским хлебушком, он мечтательно проговорил:
—Лучку бы! - На столе, к заканчивающимся ломтям хлеба, добавилась уже лежалая половинка луковицы.
К концу трапезы он даже начал отбирать рыбки побольше, пару совсем малюсеньких так и оставив недоеденными у подножия горы ошметков. Впрочем, я был уверен: не закончись хлеб, он бы умял все 300 грамм «лакомства», купленного за 99 рублей, подчистую. Из-за пазухи появился шкалик. Он осмотрелся и, не найдя посудины, выпил с горла.
—Чтобы мимо не пошла! Спасибо, братец. Вкусно.
Мне же выпить он не предложил, как и отведать рыбки, за что, справившись с секундным наваждением, я его про себя поблагодарил. Оттрапезничал в одиночку, хоть и в моём присутствии, как ему и полагалось.