Яблочный Спас

  Яблочный Спас — праздник тихий, но для жителей наших деревень и сёл он наполнен особым смыслом и светом. Обыкновенный августовский день к полудню превращался во внутреннее душевное торжество: «Наступил август — готовься к осени», — мудро говаривали старики. Под сводом прибранных изб, в «красном углу», у бережно выставленных икон, освящались яблоки и фрукты, щедро подаренные садами. До наступления праздника к ранним яблокам старожилы относились с осторожностью — деревенский люд крепко верил, что они могут принести несчастья и беды.
  Мы, мальчишки, были ещё слишком малы и не придавали значения различным старинным поверьям. Но всё же с нетерпением ожидали полудня, чтобы с радостью сорвать спелые, душистые плоды, переливающиеся под ласковым летним солнцем. Беззаботные и счастливые, мы протирали о штаны упругие фрукты, торопливо надкусывая их, с неподдельным удовольствием смакуя во рту кисло-сладкий, тягучий сок. Насытившись, мы дружной гурьбой наперегонки бежали за деревенскую околицу и взбирались на вершину холма, улавливая с него каждый порыв ветра, что доносил редкий, но такой пронзительный звон церковного колокола — звон, ставший почти забытым в существующем времени. И было в этих дивных звуках нечто таинственное, притягательное...
  К вечеру деревни преображались, окутанные густым, манящим ароматом свежих пирогов. Этот чудный и невидимый запах струился из каждого дома, омывая дворы, плывя над пыльными дорогами, устремляясь от околиц к самому горизонту...
  Сколько себя помню, а вкуснее пирогов, чем те, что выпекались в деревнях в русских печах, я не пробовал. С наступлением сумерек дом оживал: собирались гости, частенько мужики к деду захаживали. Они уютно располагались за столом, вели непринуждённые беседы, курили, выпуская в потолок клубы сизого махорочного дымка. А бывало, соберутся мужики с жёнами. Тогда посиделки без песен не обходились.Умели в селениях люди и работать на совесть, и отдыхать с душой, и песни любили... Песня для них настоящей отрадой была...
  С тех пор уж много лет минуло, но душа моя по-прежнему собирает из уцелевших осколков памяти цветной калейдоскоп простой, но такой необыкновенной деревенской жизни...