Прощай...

 Он увидел её, идущую по зебре перехода. Она шла, как положено, на  зелёный свет,
и смотрела беспокойно на экран телефона, опустив слегка голову. Волосы чуть развевались от ветра,
она поправляла пряди, мешающие ей смотреть на экран. Не дойдя, буквально двух-трёх метров до тротуара,
откуда не возмись, с визгом, пронеслась иномарка, и.., девушка уже лежала на дороге, раскинув руки...
Лев кинулся к ней, держа левую руку ладонью в сторону приближающихся машин: уже горел красный.
Машины остановились, а он склонился над девушкой, пытаясь нащупать пульс на шее.
Другой рукой, дастав свой телефон, звонил в скорую. Он осмотрел девушку, повреждений видимых не было,
но она была без сознания... Через несколько минут раздался сигнал скорой помощи,
и пока машина разворачивалась, Лев увидел струйку крови, стекающию из носа девушки на дорогу.
Врач скорой бежал к ним, находу крича санитару и водителю, чтобы несли носилки. Сам склонился над
девушкой, прижав пальцы на шее, посветил фанариком в глаза девушки.
- Когда это произошло? - спросил Льва.
- Минут пять назад, но кровь появилась только что.
- Быстро грузим в машину, вы с нами?
- Да, наверное... Да! - уже уверенно сказал Лев.
 Помогая втиснуть носилки в машину, сам быстро юркнул на сидение подле девушки, машинально взяв её за руку.
В больнице, сидя около операционной, он пытался вспомнить посекундно, как это могло произойти, и вдруг
отчётливо увидел, как она наклонилась, наверное пытаясь поднять, выпавший из рук телефон.
Видимо в этот момент её и сбила машина, по касательной задев её голову, поэтому она и лежала головой
в направлении движения. Но в таком случае, она навряд ли бы выжила, непонятно, как она так умудрилась
упасть.., скорость у машины была за сотню. Да, уж.., загадка. Телефон, видимо, остался на дороге.
Он встал, подошёл к аппарату с водой, набрав, залпом выпил воду из пластикого стаканчика.
Повернулся, чтобы выбросить в рядом стоящую урну, и столкнулся с молодым парнем, держащим в руке шлем,
он протягивал Льву телефон и маленькую дамскую сумочку на длинном ремешке.
- Извините, это телефон и сумочка вашей девушки? Я нашёл это на дороге... Как она?
- Пока не знаю. Операция идёт... Спасибо. - ответил Лев, и взяв телефон, сумочку,
не стал объяснять, что с девушкой он даже не знаком. Он пожал руку парню, ещё раз поблагодарил,
сел на стул. Парень записал на визитке свой мобильный, на всякий случай, кивнул, пожелал удачи и ушёл.
И тут Лев спросил себя:- "Что ты тут делаешь? Ты её совсем не знаешь.
- Я должен убедиться, что она будет жить!" - Ответил он в пустоту коридора. Операция всё ещё продолжалась.

 Он сидел, ходил, меряя расстояние от стульев до операционной и обратно, но не уходил, ждал...
Сколько прошло времени, он не помнил. Вдруг, красная лампочка над дверью, перестала гореть. "Боже, она погасла".
Лев вздрогнул, сердце тревожно забилось, он остановился и замер.
Но вскоре, дверь  отворилась и вышел доктор, уставший, с красными глазами и сказал:
- Всё хорошо, жить будет! Похлопав Льва по плечу, медленно пошёл по коридору...
Лев стоял и растеряно смотрел на вещи девушки и не знал, что с этим делать; надо отдать, кому-то...

Тут он почувствовал, что кто-то тронул его за локоть.
- Молодой человек, нужно заполнить документы, идёмте со мной.
Не молодая женщина прошла вперёд, Лев пошёл за ней. Зашли в ординаторскую. Лев прошёл к столу,
за которым расположилась дама, опустил на пол свою рабочую сумку, сел, держа на коленях сумочку
девушки, телефон её положил на стол.
- У вас есть какие нибудь документы потерпевшей?
- Видите ли, я не знаю, я с ней не знаком. Вот её сумочка и телефон. Он протянул всё женщине.
- Простите, могу я теперь уйти? - спросил Лев.
- Как, не знаком? А что вы тут делали шесть часов к ряду?
- Я хотел убедиться, что она будет жить!
- Понятно... Сейчас приедет полиция и, наверное, они захотят поговорить с вами.

 И правда, в дверь постучали, в кабинет вошли двое полицейских. Льву пришлось всё объяснять,
сначала устно, отвечать на все вопросы, потом давать объяснения письменно. Данные парня, принесшего
сумочку и телефон девушки, Лев тоже передал полицейским. Всё затянулось за полночь.
Вещи девушки полицейские забрали, взяли с него слово, что он придёт в участок, его телефон, адрес,
предварительно выписав повестку, в полицию на допрос, в качестве свидетеля. Лев был уставший, голодный,
но его радовало, что девушка осталась жива. Он попрощался, спросил, когда можно будет ему навестить
девушку и вышел.
 На тёмной улице он, стоя у больницы чуть поодоль, закурил и зашагал к остоновке;
подумал, что навестит незнакомку дня через три. А пока, ожидая автобуса, он не переставал думать о ней.
Вспоминал её лёгкую походку, сосредоточенное лицо, которое он так и не рассмотрел, ввиду расстояния,
а потом уже было не до этого... Но почему он провёл столько времени около операционной, и почему,
так сильно билось его сердце, увидев погасшую лампочку над дверями, и доктора шагнувшего ему на встречу.

 Вернувшись домой, он принял ванну, стоять под душем не было сил. Наспех выпил кефир,
и плюхнулся на диван, даже не постелив постель. Но выспаться ему так и не удалось. Он ворочался,
снились какие то сны, просыпался, опять дремал, и в конце концов, окончательно встал и пошёл на кухню,
варить кофе. "Неплохо бы было поплотнее позавтракать. Сегодня будет трудный день..." - подумал Лев.
Стоя у плиты, и выложив яишницу с помидорами на тарелку, налив из турки ароматный кофе,
он вдруг вспомнил о жене. Лев прошёл в спальню, и был удивлён, что кровать была пуста, и аккуратно
застелена. Он заглянул в ванну: никого. "Странно..." - подумал, может она где-то засиделась и осталась.
Он набрал её номер, и услышал, что абонент "не алё". Вернулся на кухню, съел завтрак, выпил кофе,
переоделся, собрал все документы, с которыми так и не поработал вчера, и тут он услышал шорох и звяканье,
непопадающего ключа в замок. Он открыл дверь и в руки ему упала, сильно в подпитии, Ольга...
- Боже.., Оля, где ж тебя так угораздило?! Она висела на нём, что то пробормотала, а потом очень громко:
- Иди к чёрту, Вадим! - отлепилась от мужа, выпрямилась и взяла курс в ванную комнату.
- Хмм, аха.., значит Вадим? Ясно-понятно, - ухмыльнулся Лев, проверил всё ли положил в сумку, подумал,
что тут и без него обойдутся, взял ключи, запер квартиру и отправился на работу.

 Весь день был скомкан. Работа не ладилась, мысли витали, где-то рваными клочьями: то выхватывали
бледное лицо незнакомки, то пьяное лицо жены, то промчавшуюся там, на дороге, машину, то красную лампочку
над дверьми операционной... Сердце его, вновь закалотилось, и понял, что работать он уже не сможет.
 Взъерошив волосы, посмотрел на часы, подошёл к окну. Внизу  шумел город. Так постояв минут пять,
Лев вызвал секретаршу, сказал, что сегодня его не будет и не объясняя ничего вышел из кабинета.
На улице гулял ветер, поднимал столбики пыли вместе с опавшей листвой, конец августа, скоро осень.
Лев сел в машину и просто поехал безцельно, как говорится - куда глаза глядят. Водителя не держал,
не любил, чтобы кто-то был у него в услужении, даже жену отучил от желания нанять домработницу.
- Родятся дети, тогда и подумаем о помошнице, а сейчас справляйся сама! - сказал, однажды жене как отрубил.
Но прожив вместе уже более шести лет, Ольга всячески избегала тему о детях. Лев злился, показывал недовольство,
а воз и ныне там. Он очень, очень хотел детей. Сейчас он смотрел по сторонам, улыбался,
глядя на мамочек с малышами, некоторые из которых, смешно гонялись за листьями, и заливисто хохотали...
 
 Время шло к обеду, он проголадался и решил зайти пообедать. Лев увидел по пути знакомое кафе, как раз была
выставлена реклама бизнес-ланча, значит не будет долгого ожидания, чтобы быстро поесть. Припарковав  машину,
он зашёл внутрь. Народу было много, но официанты быстро справлялись, ему предложили место у окна, подали меню,
из трёх стилей обеда, Лев тут же выбрал, попросил воды, расстегнул ворот рубащки, расслабил галстук, и пока он
это проделывал, официант уже нёс его заказ. Лев не жаловался на аппетит. Всё, что он ел было и правда вкусным,
по домашнему приготовлено. На десерт он заказал пироженое, кофе, долго ещё сидел растягивая удовольствие,
глядя в окно. Подошёл официант со счётом, Лев поблагодарил, оценил  кухню, оставив щедрые чаевые.
Выйдя на улицу, он увидел рядом с кафе цветочный магазин, и не раздумывая, направился в этот рай цветов и
запахов. "Интересно, какие цветы она любит? - подумал он. "Красные розы дарить рано, белые тоже".
И тут он увидел свежие, чуть больше луговых, ромашки.
- Вот это будет в самый раз!  - сказал вслух Лев.
- Хороший выбор для первого свидания! - заулыбалась продавщица, завернула целую охапку, по просьбе Льва,
в бумагу и завязала смешной бантик из зелёной ленточки.
Лев засмеялся, взяв букет и подмигнул цветочной фее:
- А вы проницательны, мадам!
 Настроение сразу улучшилось. Теперь он знал, что ему делать. Зачем откладывать визит в больницу, если он,
не переставая думает о вчерашней незнакомке...

 В больнице, надев халат и бахилы, Лев поднялся на третий этаж, узнал в какой палате находится Алина,
так оказывается звали девушку, он тихонько открыв дверь, вошёл в палату...
Она лежала с перевязанной головой, бледная, с трубкой во рту и маской от аппарата на лице, но она дышала.
Лев положил букет на тумбочку, присел на стоящий рядом стул и осторожно взял её за руку.
- Ну, привет, моя незнакомка. - тихо прошептал он. Она не реагировала.
Он держал её руку, накрыв своей ладонью и чувствовал как тихо, но ровно бьётся её сердце. Его же колотилось
тааак.., он даже испугался, думая, что этим может навредить ей. Он медленно убрал свои руки и встал.
Отошёл в ноги кровати, взялся за спинку, и попытался дыханием успокоить сердцебиение. Он стоял и смотрел,
разглядывал лицо Алины... Но что он мог увидеть, только пушистые длинные ресницы, обрамляющие закрытые веки.
- Кто вас сюда впустил?
Лев вздрогнул, увидев вчерашнего доктора.
- Извините, сестра на посту разрешила.
Не уверенно ответил Лев, а сам про себя сазал: -"сам себе разрешил", от чего ему стало неловко,
что подставил таки медсестру...
- Ладно, что уж теперь. Идёмте, поговорим.
Лев обернулся на Алину: - "Я приду, завтра."- прошептал он и вышел вслед за доктором, тихо прикрыв дверь...

 Разговор был не из лёгких. Доктор объяснил, что ситуация серьёзная, что лечение будет длительным и
дорогостоящим, спросил готов ли он к этому. Лев замялся, не зная как объяснить доктору ситуацию,
в которой он оказался, но взяв себя в руки спросил прямо и уверенно:
- Что от меня потребуется, говорите, я всё сделаю, что от меня зависит. Какая сумма потребуется?
Я переведу сейчас же, скажите куда.
- Вы меня удивляете. А вы уверенны, что готовы к такому повороту? Я знаю, что вы даже не знакомы с ней.
- Это не важно, я уверен!
Дальше пришлось ждать, когда будут готовы документы, договор, прочие официальные действа.
 Оказывается у Алины были проблемы связанные с прошлой давней травмой, последствие которой
и обнаружили перед операцией, и это усугубило положение ещё больше. Понадобится ещё одна операция и
длительное лечение, реабелитация. Доктор сказал, что Алину ввели в искусственную кому. Теперь всё зависит
от самой девушки и её организма в целом. Лев был расстроен, что выздоровление Алины затянется надолго,
ему было  жаль девушку, но ничего не поделать, он решительно был готов помочь и знал почему...
Таков уж его характер, доводить до конца всё, за что бы он не брался, а этот случай был особенным.

 У Алины никого не было из родных, она была сирота. Три года назад она выпустилась из детского дома.
Девочкой была замкнутой, но не доставляла хлопот. Занималась спортом, много читала,  хорошо рисовала,
даже закончила школу с золотой медалью, поступила на юридический факультет и подавала большие надежды.
Государство выделило небольшую квартиру в старом районе города, недалеко от института, где она и училась.
Обо всём этом Лев узнал, когда приходил в полицию, и не один раз, на разговор по поводу "аварии",
но это была не авария. Алина потеряла сознание, переходя дорогу. И какое счастье, что машина ни при чём...
Водителя, той машины, всё равно нашли, были разбирательства, лишили прав, но Льва это уже не касалось.

 Дома, как-то всё стало рушится. Ольга, постоянно изчезала из дома, старалась не сталкиваться с мужем,
ни по утрам, ни по вечерам. Лев молча перебрался в кабинет и не досаждал жене никакими требованиями.
Он понимал, что с ней творилось - у неё не хватало духу признаться ему, что у неё другой мужчина.
Сначало его коробило от этой ситуации, но он не мог уйти сам. Квартира досталась ему от родителей, это память.
У него были принципы, и он не мог вот так с ходу что-то решить в отношении жены, но и пойти самому
на выяснение отношений он не хотел, мало того, что имя Лев, так ещё и по гороскопу он был истинный Царь зверей.
Справедливый, очень добрый, принципиальный в решении проблем, но его лучше не доводить до крайности, свирепел...
А вот с женой, почему-то пока, не мог принять никаких решений. Он ждал, давал ей возможность принять решение самой.
Наблюдал, что она предпримет, но манипулировать собой... Нет! Ни в коем случае! А уж быть запасным вариантом,
ни за что! Теперь о ребёнке и речи не может быть, тем более вскрылся её обман с таблетками, и здесь Лев промолчал.
Работа занимала большую часть времени, а остальное время, не каждый день, но часто навещал девушку, держал за руку,
что-то рассказывал, говорил с доктором. Всё больше погружался в эту ситуацию и как ни странно, ему это нравилось.
 

 Алина пришла в себя через десять дней: выглядела слабой, уставшей, очень бледной, смущённой..,
но живой, что его очень радовало.
Наконец-то Лев её разглядел, и удивился, насколько она была красива. "Нельзя быть красивой такой"- подумал Лев,
"тем более юристу" и улыбнулся своим мыслям.  Когда Алина впервые увидела Льва, она взмахнула ресницами,
и удивлённо, распахнув большие карие глаза, тихо спросила:
- А вы кто? Я помню ваш голос, там на дороге, и здесь в палате. Вы назвали меня незнакомкой... Я, Алина!
- Всё верно.., это я был и на дороге, и позже приходил к вам почти каждый день. Я, Лев!
Как ты.., вы, себя чувствуете? - замешкался Лев, растерялся.
- Уже лучше, и всё благодаря тебе, спасибо! Давай на ты - так намного теплее, правда?
- Да, точно подметила, давай на ты. - согласился он и положил ей на постель букет ромашек.
- Как ты угадал, это мои любимые. - заулыбалась Алина, сверкнув белозубой улыбкой, хвастаясь ямочками на щеках,
чем сразила Льва наповал. Он был смущён, так же как и Алина, но она умудрялась ещё и кокетничать,
что совсем сбило его с толку. Значит она идёт уверенно на поправку.
Вот так началось их узнавание друг друга, то робкое чувство, разрастающееся в яркое буйство красок их первой осени.

 Вскоре Алине разрешили вставать. Повязку сняли, разрешили сходить в душ, и когда Лев навестил её в очередной раз,
она сушила волосы,  просто встряхивая их руками, которые рассыпались по плечам и спине, тёмно-каштанывими волнами.
Она, чему-то загадочно улыбалась. Лев её разглядывал, отметив точёную фигурку, узкую талию, красивые руки с
длинными пальцами, тонкими запястьями, очень красивые стройные ноги, с такими же тонкими лодыжками,
и маленьким размером ноги. Медленно, поднимая взгляд по её фигуре, он заметил небольшую родинку чуть ниже левого уха.
Обтягиващая майка, вполне показала великолепную девичью грудь, с небольшими торчащими сосками...
Надо ли объяснять, что с ним происходило... Казалось она его не замечала, но стоило ему подойти к ней ближе,
как она развернулась, обвила его шею руками и уткнулась в букет из смешаных полевых цветов. Лев стоял замерев, боялся
пошевелиться, узнавая давно потеряные ощущения. Конечно, долгий, нежный поцелуй, вот что им обоим было нужно.
 Но не должно же это длиться так долго, и когда они отстранились друг от друга, их сердца стучали так сильно,
они дышали так часто, что этот поцелуй должнен был придти к завершению.., но больничная палата их отрезвила...
- Боже...-одновременно сказали они и рассмеялись.
Лев налил воды в двухлитровую банку из под компота и поставил цветы. Подошёл к Алине, обнял её и поцеловал в родинку.
У неё сияли глаза, улыбка не сходила с лица, она касалась его небритости и тоже разглядывала, сделав шаг назад.
- А чего это у нас такой томный взгляд? - спросила она кокетливо и засмеялась.
Он притянул её к себе и впился в её губы так страстно, и вполне по взрослому, что она чуть не потеряла сознание.

- Лев, я хочу на воздух. - сказала она - но мне не в чем, может ты съездишь ко мне домой и привезёшь мне спортик
и кроссы?
- Конечно, милая, я мигом. Пиши адрес и давай ключи. Взяв записку с адресом, он испарился так быстро, что Алина
не успела ему сказать ещё про кое-что, а позвонить вдогонку она не могла, телефон он не успелей вернуть.
 Какими-то обходными, объездными, путями Лев быстро добрался до дома, где жила Алина. Поднялся в квартиру, огляделся,
заметил как чисто и уютно было в её маленькой квартире. Всё аккуратно стояло по своим местам: шкаф с зералом,
напротив входа в комнату, в нише стоял диван, накрытый цветным покрывалом, времён восмидесятых, рядом камод,
у окна письменный стол, полки с книгами, а на полу лежал большой ворсистый палас, или ковёр, бежевого цвета.
Он заглянул в кухню. И тут было очень скромно, уютно, много цветов на подоконнике, каторые уже почти погибли.
Лев набрал воды в чайник и аккуратно полил все цветы. Вернулся в комнату и стал соображать, где лежат вещи.
Увидел в прихожей не очень большую сумку, открыл камод. Там в ящике лежало бельё, он взял две смены, пару маек,
в другом ящике нашёл спортивный костюм, пару лосин, несколько пар носков, гигиенические пакеты в ванной
комнате, полотенце, зубную щётку и пасту, шампунь, какой-то крем. В прихожей он нашёл пакет и сунул туда кроссовки.
Взял ещё с вешалки куртку, вдруг похолодает. Вроде всё.

 И тут, что-то потянуло его к письменному столу, что-то он заметил краем глаза. Так и есть. Это была медицинская карта.
Он сел в кресло, стал просматривать. Он не владел в полной мере мидицинскими терминами, но много чего понимал,
из написанного. Оказывается дела и впрямь были серьёзными. У Алины была небольшая опухоль, которая мало по малу росла.
Лев расстроился. У него дрожали руки, он не знал что с этим делать. И вдруг он резко достал телефон и не выбирая
страниц, стал фотографировать всё подряд. Закончив, он всё акуратно положил на место, взял сумку и вышел.
Всю дорогу он лихорадочно думал, перебирал в памяти друзей, кто  мог дать ему консультацию по поводу диагноза Алины.
"А потом, она же заметит смену моего настроения, как я ей объясню?" - подумал он. "Притворяться и играть,
у меня не получится. Сказать всё равно придётся, но не сейчас, а когда получу хоть какую-то ясность после консультации."
Лев вспомнил друга отца, уже пожилого врача - онколога, лишь бы он был жив.
"Дома поищу его координаты" - он был решительно настроен и немного успокоился, подъезжая к больнице.

- Посмотри может я что-то забыл, - передовая сумку Алине, сказал Лев.
Алина открыла сумку и покраснела, закрыв лицо руками: на самом виду лежало то, что ей было необходимо в первую очередь.
- Что-то не так? - спросил Лев, но потом догадавшись, притянул её к себе и прошептал:
- Ну, что ты, глупышка, это же нормально, и не надо этого стыдиться. Собирайся, пойдём на воздух.
Алина зашла за ширму и быстро переодевшись, вышла со словами:
- Лев, ты всегда такой щепетильный, принёс всё как будто я твоя жена.- улыбнувшись сказала Алина.
- А ты что, будешь против, стать моей женой? - выпалил Лев и сам испугался своих слов.
Она удивлённо раскрыла глаза, захлопала ресницами и слегка подпрыгнув, в силу своего маленького роста, обнимая его, уткнулась в его колючую шею.
- Ещё не время, - тихо и как-то по особенному, произнесла эти слова.
- Но я подумаю, обещаю,- добавила и потянула его к выходу.

 Они долго гуляли в парке, собирали кленовые листья, осыпали ими друг друга, дурачились, болтали ни о чём,
потом сидели на скамье и смотрели как садится солнце, молча держались за руки и каждый думал о том, что будет дальше.
"А дальше будет так, как мы сами захотим." - думал Лев. "А дальше, мне бы успеть насладиться любовью." - думала Алина.
Тут она загрустила и попросилась в палату, сославшись на то, что немного замёрзла. Не отпуская рук, они пошли по аллее к корпусу.
И снова, каждый думал о своём. Льву не терпелось созвониться с другом отца. Алина же не знала как ей быть, вспомнив диагноз.

 Всё то время, как у неё нашли опухоль, она старалась не думать об этом. Овен, по гороскопу, не может так просто сдаться.
Она выполняла все предписания врачей, но иногда, нет-нет да и впадала в депрессию, которой ей хватало на два-три дня.
Институт не пропускала, успеваемость была на отлично, ещё два года и вот вам юрист, разбирающийся в законодательстве лучше,
чем любой участковый. В её районе был такой старший лейтенант, которому она устраивала экзамены по праву, а он матерился,
но поддавался ей, покручивая усы и напряжённо вспоминал статьи уголовного и юридического права. Потом они дружно смеялись.
Денег ей катастрофически не хватало, подработки случались, но очень редко. Студенты иногда просили написать курсовые,
но этого хватало впритык на еду. Один раз она упала в обморок прямо на занятиях и преподаватель по праву, выбил ей стипендию.
После этого всё более, или менее наладилось с питанием. Одежду она покупала в секондхенде и не считала это зазорным.
В общем жизнь шла своим чередом, а тут ситуация на дороге.., и... Лев. Она долго его ждала, своего мужчину, а теперь ЧТО?
Все мысли были заняты им, о нём, про него... Рассказать было не кому, была бы мама, но маму она даже не помнит...

Прошло ещё две недели. Алину готовили к выписке и Лев решил признаться ей, что он видел её карту и что уже договорился
с другом отца о консультации. Он всё ей рассказал, не зная как она отреагирует. Она долго молчала, смотрела как-бы мимо него:
- Я хотела тебе сама сказать, но не знала как ты среагируешь, боялась, что ты струсишь.., - сказала и заплакала.
- А ты вон, даже доктора нашёл, - добавила она и прижалась к нему, всхлипывая...
- Алина, девочка моя, ты должна доверять мне. Ни за что на свете я не оставлю тебя! Я с тобой, не плачь, - успокаивал её Лев.
Он обнимал её, гладил по голове, вытерал слёзы и думал - "Почему некоторые мужики не терпят женских слёз, дурни да и только.
Какая же сейчас она нежная, беззащитная, слабая и очень трогательная... Хочется взять её на руки и качать, и успокаивать,
и даже спеть ей колыбельную, защитить её от всех невзгод мира..." Лев и сам не понимал, как дорога она ему, и насколько сильно
он её любит, не мог в это поверить, где же она была раньше. Видимо случай на дороге, кто-то точно подстроил, и он знал КТО!

 Иван Семёнович ждал их на приём. Лев созвонися с ним неделю назад, он вспомнил его сразу, они обменялись любезностями,
как это принято, Лев объяснил в кратце ситуацию, и договорились созвониться сразу после выписки Алины.
Они вошли в приёмную, поздоровались с секретарём, а это был мужчина, он попросил присесть и пошёл доложить о их визите.
Но дверь кабинета распахнулась, и к ним "выкатился" седой, в очках, кругленький, смешливый дедуличка - Светило онкологии.
Лев поднялся, протянул руку, поздоровался. Иван Семёныч крепко его обнял.
- Да тебя Лёвушка не узнать, эко возмужал как, - оглядел его и добавил:
- Ну вылитый батюшка! Знакомь с красотой такой, - подмигнул Льву Иван Семёныч.
- Алина, здравствуйте, - тихо сказала Алина, протянула руку, а Иван Семёныч склонился и поцеловал руку Алины.
- Проходите друзья мои, проходите, - он открыл шире дверь, пропуская вперёд Алину, потом сам, и потом вошёл Лев.
- Ну, рассказывайте, что вас ко мне привело, что случилось, чем помочь, - протараторил Светило, усаживаясь за стол.
Лев достал карту Алины и протянул Ивану Семёнычу. Тот поменял очки и принялся изучать карту. Повисла тишина.
Просмотрев всё до последней страницы, Иван Семёныч нажал на селектор и сказал:
- Дима, нам чаю с "печеньками", - очень серьёзно сказал секретарю, а сам стал распрашивать Алину, что-то для себя уточняя.
Дмитрий появился со столиком на колёсах, где стоял в центре дорогой коньяк, один фужер, чашки и чайник, источающий аромат,
которого раньше Алина точно не пробовала, а Лев забыл запах настоящего чая, и немного смутился таким "печенькам".
Алина опустила глаза, и не знала куда деть руки.
- Так, Дмитрий, сейчас забираешь от нас, эту неземную красоту, как мы и говорили по всем пунктам, и пусть добавят контраст.
- Да, и всё как можно быстрее, по готовности сразу ко мне, - уточнил Иван Семёныч.
Алина немного побледнела, видно, что она пока не понимала куда её забирают, но Лев её успокоил, поцеловал в щёку
и остался ждать её вместе с Иваном Семёнычем. Светило налил себе коньяку, взял бокал и сел в мягкое кресло, к которому
подкатил столик, при этом  пригласил Льва сесть напротив:
- Так тебе нельзя, ты за рулём, пей чай, - сказал, покряхтывая Иван Семёныч.
- Так точно! - ответил Лев и они оба рассмеялись.

Лев пил чай, наслаждался вкусом, Светило тоже пил и наслаждался вкусом своего напитка, и распрашивал Льва о жизни.
Конечно, он ему всё рассказал, как своему духовнику, не забывая в ответ интересоваться здоровьем его многочисленного семейтва.
Вскоре вернулся Дмитрий, сказал, что всё сделано как и распорядился профессор.
- Ваша подруга отдыхает после процедуры, чуть позже я её приведу. Приятной беседы, - пожелал Дмитрий и удалился.
Лев с профессором ещё долго вспоминали Лёвкиного отца, какие-то добрые случаи из прошлого, рыбалку, походы в лес с палатками.
Вскоре вернулась Алина. Лев встал, посадил её на кресло, а профессор спросил:
- Как всё прошло, устали?
- Да, немного, но всё хорошо. Спасибо.
- Пока не за что благодарить, вот расшифруем снимки, анализы, потом будем думать дальше. Вернётесь домой, Алинушка,
вам обязательно нужно хорошо поесть, выпить сладкого чаю и поспать. Дима вам выделит моего фирменного чайку.
- А сейчас молодые люди мне нужно работать. Жду вас завтра в это же время, - сказал Иван Семёныч, вставая, чтобы их проводить.
Лев в свою очередь поблагодарил профессора, пожал ему руку и они с Алиной вышли из кабинета,
где Дима уже протягивал им пакет с чаем.
- Спасибо, Дмитрий, до завтра, - попрощался Лев.
- Спасибо, до свидания, - сказала Алина.

Приехав домой, Лев решил, не откладывая заняться едой. Алина переоделась и пошла в ванну, полежать и расслабиться.
Лев тоже переоделся, надел фартук, и как шеф-повар начал колдовать над казаном, где шипело масло с мясом, а он постепенно
добавлял разные овощи и приправу. Он очень хорошо готовил и любил это делать, когда ему позволяло время.
- ММммм.., как вкусно пахнет, - произнесла Алина, выйдя из ванны, восхищаясь ароматом готовой еды, обняла его сзади...
- Сходи тоже в душ, - попросила она.
Он накрыл казан крышкой, повернулся, крепко обнял Алину и еле сдержался, чтобы не набросится на неё. Она засмеялась,
подтолкнув его к ванне... Сама же вытерла волосы и стала их встряхивать руками, пока не подсушила, она не пользовалась феном.
Потом быстро расправила диван, постелила чистую постель, а в это время Лев тихонько к ней подкрался,
взял её на руки и упал вместе с ней на диван...

 Они уже были близки до этого, но сейчас их захлестнуло не на шутку, всё было так медленно, тягуче, как будто в последний раз.
Прелюдия достигла пика, подняла их так высоко в их чувствах, что остановиться было невозможно.
Он любил её очень бережно, боясь как бы не разбить этот очень тонкий и хрупкий сосуд. Она это чувствовала, но хотела его
так сильно, что боялась потерять эту волну, которая и пугала, и манила, и вызывала сумасшедшую бурю эмоций.
Они отдавались друг другу с такой силой страсти, с такой нежностью, так открыто, так искренне, не слыша друг друга,
не думая, что их могут слышать за стенкой... Если у Алины это было впервые ТАК, то Лев просто забыл, что так может быть вообще...
Хотя он знал в этом толк, не был лавеласом, но женщины были, а вот лююбви не было, даже с Ольгой, скорее была привычка.
- Господи, Лев, ЧТО это было? Это действительно так бывает, или это сон, - тихо с хрипотцой выдохнула Алина....
Он не знал, что ей ответить, сам был в шоке, сердце сильно билось о рёбра, во рту пересохло, он осторожно освободил руку,
поднялся и чуть не упал, закружилась голова... Алина лежала раслабленная, часто дышала, вздымая красивенную грудь, с всё ещё
напряжёнными сосками...
- Пииттьь..., - еле слышно прошептпла она.
Лев немного постоял, любуясь ею, потом прошёл на кухню, налил бокал минералки, отнёс Алине, а сам пил жадными глотками прямо
из бутылки. Лёг рядом, подождал, когда она выпьет воду, осторожно  убрал бокал, и меденно покрыл её лицо и груди поцелуями,
положил её голову на плечо, обнял и почти заснул, как услышал сквозь сон:
- А кто меня будет кормить, ааа??
- Ну, конечно я, ты же сама себя не накормишь, - засмеялся и встал. Сходил в ванну, заматался полотенцем пошёл на кухню.
Пока он расставлял тарелки и клал еду, Алина тоже после душа, заматалась в большое полотенце и стояла смотрела на Льва.
- Всё готово, мадмуазель, прошу к столу, - сказал и посадил её к себе на колени.
А она, такая счастливая, стала забирать у него изо рта мясо, ну чисто птенец. Лев умилялся над ней и сейчас мог позволить ей
всё что угодно. Они - налюбившиеся, наевшиеся решили, немного поспать. Алина коснувшись подушки, тихо засопела.
А Лев не мог уснуть. Он всё думал о том, что будет завтра. "Ну, должно же теперь, им с Алиной повезти. Она будет счастлива!"
Полежав немного, он всё же уснул. Они проспали до самого вечера. И кажется, им снились одинаковые сны...

 На следущий день, они были, как и договорились у Ивана Семёныча в приёмной. Дмитрий их радушно встретил, поздоровался,
принял верхнюю одежду и попросил немного подождать, профессор был на обходе. Лев с Алиной сели, взялись за руки.
Дмитрий, незаметно наблюдал за ними и завидовал Льву, по мужски как-то ревностно. Они были очень красивой парой.
У Алины дрожали руки, Лев её успокаивал молча, то сжимал, то погдаживал её ладошки."Всё будет хорошо". - убеждал себя.
Пришёл, Иван Семёныч, поздоровался, пожал руку Льву, поцеловал ручку Алине, улыбнулся, подмигнул:
- Прошу, молодые люди, - пригласил пройти в кабинет.
Нажал опять селектор:
- Дима, зови! И неси чайку нам, без "печенек", да! - уже серьёзнее, чем вчера, звучала его просьба...
С этой встречи прошло три года...........


 Он вернулся в родной город после длительного отсутствия, длинноволосый и похудевший.
На загоревшем лице, вокруг глаз, сохранились круги, чуть только, отличавшиеся от цвета загара.
Тёмно-карие, почти чёрного цвета глаза, выдавали в нём человека арабского происхождения. И эти круги подчёркивали,
накопившуюся усталость, а  несколько беспечная небритость, делала его много старше своих лет.
 Уже не первый раз, возвращаясь с севера, где была теперь, его основная работа, всегда выделялись круги у глаз - след,
что оставляли горно-лыжные очки, без которых там не обойтись, иначе можно было заиметь серьёзные проблемы со зрением,
от ослепительно-белого снега. Он ещё в вагоне одевал простые очки от солнца, и сразу становился похож на одного
из восточных шейхов, тех мужчин, вскруживших головы многим мировым звёздам, моделям и дочерям самых богатых людей в мире...
 Север напрочь отбивал желание курить. Но, по возвращении, он прошёл знакомым маршрутом, наискосок по привокзальной площади
к киоску, где купил пачку сигарет с зажигалкой, соблюдая придуманный им когда-то ритуал, и который никогда не нарушал.
Он торопился, мысли его путались, всё ещё не понимая и отвергая потерю...
В этот раз, желание увидеть её, было настолько сильным, что он совсем не хотел следовать давней привычке:
присесть на лавочку в небольшом сквере, напротив собственного подъезда, и, расслабившись, выкурить медленно сигарету,
под ворчание доброй тётушки Лизы - его соседки по лестничной площадке.
 А его соседка, казалось, будто никуда и не уходила, ожидая его почти год. На такой длительный срок затянулась его поездка.

 Они встретились взглядами; и вот она уже машет ему рукой, приветствуя: "Лёва, Лёвушка", и приглашает присесть, передвигая
своё грузное тело чуть дальше от середины скамьи.
- Здрасьте, тёть Лиза! - улыбаясь ей, громко сказал Лев, и свернул на дорожку, ведущую в глубь скверика.
Придётся пообщаться с этой милой женщиной, опекавшей его много лет после смерти родителей.
Около скамьи он бросил рюкзак под ноги, и уселся рядом:
- Тёть Лиз, можно подымить тут, с вами?
- Можно, милый, можно... - прошелестела соседка, наблюдая, как он достаёт из жилета с множеством карманов,
на замочках и кнопках, сигареты и зажигалку. Прикурив, он словил кайф, подобный тому, когда ещё совсем мальчишкой,
пробовал курить с дворовыми пацанами.
Голова слегка закружилась. Лев откинулся на спинку скамьи, вытянув ноги, и прищурился от удовольствия.
Тётушка Лиза, тяжело вздохнув, покосилась на него, и что-то пробормотала...
Он сделал вторую затяжку и спросил:
- Ну, как вы тут без меня? - продолжая улыбаться, оглядывая двор.
Была суббота и ему хотелось побыть одному, понежиться в ванной, и увидеть, наконец, свою девочку.

 За год, проведённый там, он всего пару раз видел её – и то, доделывая серьёзную работу, закрывшись в бытовке, специально,
чтобы не сбиться в расчётах. После чего, некоторые ребята отпускали сальные шуточки по поводу его долгого отсутствия.
Но они не догадывались об истинных причинах, поэтому их подколы не достигали цели. Лев умел держать себя в руках, и знал,
что не может позволить себе остаться с ней наедине, поговорить, полюбоваться ею столько, сколько бы ему хотелось.
Загруженность работой, мороз за пятьдесят, бытовые мелочи, связанные с этим жутким холодом, постоянное присутствие ребят,
их галдёж после смены, совсем не предполагали разговоров с самим сабой, как это могло бы показаться со стороны...
После того, что случилось, он не  мог больше находиться в городе, в офисе, ходить по улицам, сидеть в кафе у озера, кормить уточек...
Поэтому он принял решение уехать на север, где ему предложили возглавить один из отделов, и он согласился. Сначала были
не очень длительные командировки, но потом всё чаще он оставался на долго и вот так получилось, что он застрял на год.
После приезда, он подумал, что нужно съездить куда нибудь погреться к морю... Из задумчивости его вывел вздох тётушки Лизы.

 Тётушка Лиза опять вздохнула, ему показалось странным её молчание, и Лев насторожился:
- Что-то случилось? – спросил он, повернувшись в её сторону и внимательно посмотрел в глаза собеседнице...
Было заметно, что она слегка волновалась, отчего и отводила взгляд в сторону.
- Не тяни резину, Лизавета! – приказал он резко, и несколько неожиданно даже для себя, не узнавая своего голоса,
вскочил со скамьи и уставился в упор на соседку.
Та в свою очередь, изучившая его за долгие годы проживания в соседях: сначала с его родителями, а затем, после их смерти,
вот уже, почти десять лет, с Лёвушкой и его супругой Ольгой, запомнила эту его манеру - в упор смотреть на собеседника,
в особо напряжённые моменты, хотя жили они дружно, и всего два раза на её памяти ссорились.
Именно в последнюю ссору, он назвал её так, "Лизавета", перекроив имя, от чего ей стало не по себе, да и врать она
совсем не умела. Вот и сейчас, Лев, поняв, что она чего-то не договаривает, требовательно, сверля её глазами, ждал правды.
- Лёвушка, ты только не сердись, - начала Лизавета, - но мне думается, что Ольга вернулась, и уже месяца четыре живёт здесь.
- Что? Как это вернулась?
Он снял очки, не на шутку испугав Лизавету ещё сильнее побледневшими кругами вокруг глаз.
Потоптавшись на месте, Лев резко схватил рюкзак и быстро зашагал к подъезду. Не дожидаясь лифта,
Лев пулей преодолел шесть этажей, и стоя у квартиры, никак не мог попасть в замочную скважину ключом...
- Чёрт! Чёрт! Чёрт! Ну почему, чёрт бы её побрал...

 Он молчал, когда она пропадала, ещё тогда, сутками, ждал что она уйдёт сама, но, когда стал пропадать он, она в каойто из дней
наговорила ему всякой бредятины, кричала, плакала, а потом собрала чемодан, сказала, что сама подаст на развод,
и хлопнув дверью, ушла. "Ну ушла и ушла, сейчас то что ей нужно?! Развелась, забрала всё, что посчитала нужным, ну и живи себбе,
нет же, опять что-то ей не так. Только мне всё так!" - проворчал про себя Лев, взъерошив волосы, как всегда, когда нервничал.
Наконец открыв дверь, и перешагнув порог, он в сердцах бросил рюкзак вперёд, и тот, пролетев метра три, врезался в тумбу,
на которой стояла ваза. Раздался звук разбитого стекла, показавшийся ему выстрелом...
- Так, спокойно, надо сначала отдохнуть, потом обо всём подумать.
- А что думать? - задал он вопрос сам себе и эхо ответило: - д у м а т ь...

 Меньше, чем через час, Лев вышел из ванны с полотенцем на шее, и его мокрые волосы казались ещё чернее, кроме висков,
где резко выделялись серебристо-пепельным цветом.
Вода струйками стекала на полотенце; ну, не любил он сушить волосы феном, всегда давал им высохнуть так, натурально...
Прошлёпав на кухню с ноутбуком, он сначала заварил крепкий кофе, потом сходил в прихожую за сигаретами и наконец, усевшись за стол
открыл ноутбук, и пока шло подсоединение, щёлкнув зажигалкой, прикурил сигарету.
 Экран засветился, вот и она - его девочка!
Её фото он когда-то вывел на рабочий стол. И каждый раз, открывая комп, Лев подмигивая ей, улыбался и говорил - "привет моя",
и только потом занимался делами: печатал, копировал, искал нужные документы, время от времени сворачивая окна,
иногда подолгу её разглядывая. Она была такая разная, но в первый момент, встретившись взглядом, казалось улыбалась и молча
спрашивала: "как твои дела?"...
 Дела были всегда, но не всегда - весёлые. Времени ему не хватало катастрофически. Сейчас её взгляд был грустным.
Казалось, она читала его мысли... Большие чёрные глаза, блестели от падающего света настольной лампы и он знал, что она всегда
скучала по нему, и неизвестно кто больше - он просто сходил с ума. Как же она была красива!
- Привет, моя!
Лев, не отрываясь, смотрел на неё, прихлёбывая кофе, затягиваясь сигаретой, выпуская дым в сторону.
Мысли неслись голопом, сбивались в непонятные стайки, снова разлетались маленькими птичками, спотыкались..,
а ему нужно было так много ей сказать...

 На экране расположилось множество всяких ярлыков программ, папок, каких-то текстов...
Это мешало ему видеть её, и он стал лихорадочно всё удалять, расчищая пространство вокруг её лица.
И вот она, как бы умытая, чистенькая, смотрела недоумённо с экрана и спрашивала:
"Зачем ты это делаешь?", - и он увидел, как её губы слегка тронула улыбка...
- Я хочу, чтобы меня ничего не отвлекало... Я скучаю по тебе... - сказал вслух Лев, опять закуривая сигарету.
"...и я... очень." - он слышал её, как если бы она была рядом и шептала ему эти слова, уткнувшись в плечо, свернувшись калачиком.
"Ты сегодня особенно взволнован.., из-за неё?"
- Да, милая, я очень зол! Не понимаю её, хоть убей, - резко выпалил он.
- Прости, родная, иногда не сдержен бываю, но ты не думай про это, я разберусь, - как бы оправдываясь.
"Женщин, иногда, трудно понять, вам мужчинам..."
- А ты, ты бы как поступила?
"Разве ты допускаешь такую ситуацию со мной?
Повторений не бывает, у каждого своё... Но, если бы ты, живя со мной, встретил другую женщину..,
мне трудно это представить, потому что наше время ещё не наступило".
- Ну почему мне не хватило смелости принять решение ТОГДА, и самому всё рашить, получается своим молчанием, я давал ей надежду.
"Ты был не готов, повторюсь... н е в р е е м я..." - по особенному прошептала она...
Лев поднялся, взъерошив волосы, потом его руки плетьми упали вдоль туловища. Он убрал полотенце, и смущаясь перед ней своей наготы,
повесив его на дверную ручку, быстро прошёл в спальню и надел домашние брюки. Вернувшись, подойдя к окну, распахнул его настежь...
Ветер сквозняком ворвался в помещение, обдав его запахами улицы.
" в е е т е е р..." - прошелестело у него за спиной... Его душили слёзы. Так больно отозвалось эхо, этого, произнесённого ею, слова.
Если он сейчас не покончит с этими встречами с призраком, он попадёт в психушку!
И надо же он научил её говорить, или это она научила его? Ему так плохо, ещё никогда не было в жизни...
Слёзы крупными каплями катились по его лицу, он облокотился руками о раму окна и зарыдал, вся его суть сопротивлялась прощанию....

 Из прихожей донеслись шорохи, и вскоре послышались чьи-то шаги...
Лев обернулся и увидел в дверях Ольгу. Она стояла, облокотившись на косяк дверного проёма. В её, слегка осунувшемся, лице,
промелькнула тревога, в глазах стояли слёзы. Не отрываясь, бывшая жена смотрела на экран ноутбука...
- Это ОНА? – вопрос прозвучал в пустоту, от чего её плечи сиротливо вздрогнули, и она ладонями закрыла лицо.
- Да! Это ОНА... И её, больше нет в живых... Тебе лучше уйти, насовсем и сейчас же! - выдавил яростно Лев.
Он не мог больше выносить её присутствия.

Лев подошёл к столу, ещё раз, последний, пристально вгляделся в такое родное, любимое лицо...
 "Прости меня, моя девочка... люблю тебя, очень..."
" ...и я..." - ему показалось, что слеза медленно поползла по щеке любимой. "Господи, я схожу с ума". - подумал он,
А Алина первая,  будто прочитав его мысли прошептала:
"П р о щ а а а й" - её шёпот заполнил пространство вокруг. А ему хотелось биться головой о стену, так невыносима была эта боль.

И Лев наконец-то решился с ней проститься, или сейчас, или он правда сойдёт с ума.., но что он будет делать с памятью...
- Прощай.., моя любовь.., моя жизнь.., моё счастье.., - произнёс вслух Лев.
Удалив её фото и закрыв ноутбук, Лев прошёл мимо бывшей жены, совершенно опустошённый.., не замечая, что она всё ещё здесь.
Какое-то мгновение, он ощущал за спиной присутствие взгляда своей девочки, такой близкой, такой бесконечно любимой,
которая никогда и никуда не исчезнет. Память, к сожалению не компьютер, где можно стереть всё, нажав клавишу - DELETE.
Пройдя в ванную, он открыл кран, плеснул себе в лицо пару пригоршней холодной воды, и, облокотившись на раковину,
поднял голову и не узнал себя, увидев своё отражение в зеркале...

       На него смотрел незнакомый, очень уставший, в миг постаревший мужчина, с пепельным цветом волос...