Попаданец. Сжечь их звёзды. Глава 1

Глава 1. Пробуждение в стали

Боль пришла первой.

Она не была похожа на ту, тупую и разрывающую, что пронзила его грудь в момент гибели там, в прошлом мире. Там был взрыв, огонь, скрежет металла и вкус крови на губах. Здесь боль была иной — холодной, электрической, пульсирующей где-то в глубине черепа, словно кто-то пытался просверлить сознание тонким лазерным скальпелем.

Потом пришёл звук. Низкий, вибрационный гул. Не шум двигателя автомобиля и не гул офисного кондиционера. Это было дыхание гиганта.

Я открыл глаза.

Вместо привычного белого потолка больничной палаты или обгоревших балок моей квартиры надо мной нависала серая, матовая поверхность. Панели стыковались с идеальной точностью, вдоль швов пульсировали тусклые синие линии. Воздух падал стерильностью, озоном и чем-то неуловимо металлическим — запахом космоса, законсервированного в герметичном корпусе.

Я попытался вдохнуть глубже, но грудная клетка встретил сопротивление. Не физическое, а странное, будто тело слушалось с задержкой. Я поднял руку. Перед глазами возникла ладонь, затянутая в темно-синюю ткань комбинезона. На запястье светился браслет интерфейса, проецируя голографические символы, которые я почему-то понимал, хотя никогда раньше не видел.

Капитан-лейтенант Алексей Воронов.
Идентификатор: 74-Alpha.
Статус: Активен.

— Что за черт… — мой голос прозвучал чужим. Более низким, хриплым, но уверенным.

Я сел. Голова закружилась, и тут же в сознание хлынул поток. Это не было похоже на воспоминания. Это было вторжение.

Чужие жизни. Чужие победы. Чужие страхи.

Курсантское училище на орбите Марса. Первый прыжок через варп-точку. Вкус синтетического кофе в кают-компании. Лицо женщины, которое я любил, но которое никогда не видел своими глазами. И смерть. Много смерти.

Я зажал голову руками, пытаясь отгородиться от чужого «я». Но постепенно хаос улегся. Я понял, кто я. Вернее, кем стало тело, в которое я попал. Алексей Воронов, офицер связи тяжелого крейсера «Непреклонный». Земной Флот. XXIII век.

А я… я был кем-то другим. Историком. Человеком, который погиб под обломками своего времени, листая старые архивы о Великой Войне, которая должна была начаться…

Я замер.

Всплыла дата. Всплыла из глубин чужой памяти, подсвеченная моим собственным знанием, которое каким-то чудом перекочевало сюда вместе с душой.

14 октября 2284 года.

Сегодня двенадцатое.

До начала войны оставалось три дня.

Я сполз с койки, ноги нащупали холодный пол. Гравитация была чуть меньше земной, тело казалось невесомым. Я подошел к стене, где вместо окна была панель. Коснулся пальцем сенсорной зоны. Металл стал прозрачным.

За ним раскинулась бездна.

Звезды здесь не мерцали. Они горели жестким, немигающим светом на фоне абсолютно черного бархата. Вдали, перекрывая собой созвездия, висела гигантская структура — орбитальная верфь «Гефест». Вокруг нее, словно пчелы вокруг улья, копошились корабли. Фрегаты, эсминцы, такие же тяжелые крейсера, как «Непреклонный».

Красивое зрелище. Величественное.

И мертвое.

Я знал, что произойдет через семьдесят два часа. Из темного сектора галактики выйдут Они. Раса, у которой нет имени, потому что никто из выживших не успел его произнести. В архивах моего прошлого времени их называли «Стирателями».

 Они не будут требовать сдачи. Не будут вести дипломатические переговоры. Их корабли, черные иглы длиной в десятки километров, просто откроют огонь. Плазменные ланцеты разрежут защиту Земли так, будто её не существует. Флот, которым я сейчас командую в этом теле, превратится в облако раскаленного газа за первые двадцать минут боя.

Адмиралы совершат ошибку. Они попытаются выстроить классический оборонительный рубеж у орбиты Марса. Это будет ловушка. Предатель в штабе, человек, которому доверяют больше всех, передаст коды доступа к системе наведения.

Человечество проиграет. Планеты станут стеклом. Цивилизация будет отброшена в каменный век, если вообще выживет.

Я смотрел на свое отражение в темном стекле иллюминатора. Лицо было жестким, с глубокими шрамами у виска, взгляд холодным. Глаза цвета стали.

— Три дня, — прошептал я.

В прошлом мире я читал об этом как о свершившемся факте. Как о трагедии, которую нельзя изменить. Но теперь я был здесь. Внутри механизма. Внутри шестеренки, которая должна была сломаться.

Нейроинтерфейс на запястье пискнул, привлекая внимание.

«Капитан-лейтенант Воронов. Вам приказано явиться в центральный штаб сектора через один час. Явка обязательна. Тема брифинга: Учения "Красный Горизонт"».

Учения. Они даже не подозревают. Для них это просто плановая проверка боеготовности. Для меня — последние часы мирной жизни.

Я сжал кулак. Боль в голове утихла, уступив место странному, ледяному спокойствию.

В моем прошлом я был историком. Я изучал войны, чтобы понять, почему люди умирают. Теперь я стал солдатом. И у меня есть знание, которого нет ни у кого другого во всей Галактике.

Я знаю, где ударят они.
Я знаю, кто предаст нас.
Я знаю, как умирает человечество.

Но я не собираюсь умирать тихо.

Если судьба предрешена, если эта война — мясорубка, в которой мы обречены стать фаршем, то я изменю рецепт. Мы не будем ждать их у Марса. Мы не будем строить щиты.

Если человечество обречено сгореть, то мы станем пожаром, который испепелит и их тоже.

Я отвернулся от иллюминатора. Комната была небольшой, кают-офицерской. На столе лежал кейс с личным делом и служебным оружием — компактный импульсный пистолет.

Я взял оружие. Оно легло в ладонь как влитое. Память тела знала, как обращаться с ним. Память души знала, зачем оно нужно.

— Проверка связи, — сказал я в пустоту.

Голосовой помощник откликнулся мягким женским голосом:
— Слушаю, капитан-лейтенант.

— Отмени мой утренний доклад у старпома. Скажи, что я занимаюсь анализом разведданных сектора «Дельта».

— Принято. Но офицер безопасности может запросить подтверждение…

— Скажи, что это приказ адмирала Харлова. Личный конверт.

— Принято. Доступ санкционирован.

Я усмехнулся. В этом времени бюрократия все еще работала как часы. И этим тоже можно было воспользоваться.

У меня есть три дня.
День первый: найти предателя.
День второй: подготовить корабль.
День третий: встретить их не щитом, а клинком.

Я вышел в коридор. Металлический пол глухо стучал под ботинками. Где-то в глубине корабля гудели реакторы. Это был живой организм, готовый к бою, но не знающий, что война уже началась в моей голове.

Я шел по коридору навстречу своему новому будущему. И впервые за долгое время, с момента своей первой смерти, я не чувствовал страха. Только холодный расчет и жгучее желание увидеть, как горят чужие звезды.

Война еще не началась. Но я уже объявил её.

Купить книгу можно на Литрес, автор Вячеслав Гот. Ссылка на странице автора.