Детективный сон

Первая серия

Встретились с давними друзьями из Facebook.
Некоторых знал ещё с древних времён востребованности Mailru.
Кто-то из одного города, кто-то из разных. Повод встречи - сама встреча. А когда повод есть - нет повода... того... это самое...  будь оно... во веки...
В общем, выпили.
Хотя в реале не пью уже давно.
Гуляли по городу, заходили в кафе и ресторанчики, опрокидывали  по рюмочке, говорили о погоде, о морали высокого полёта и нравственности строгого режима.

Постепенно разговор обострился.
Спор разгорелся нешуточный.
Я, по обыкновению, но в этот раз особо остро, был несогласен со всем миром и , само собой, с компанией присутствующих соучастников . О чём спорили — не помню, да и неважно.
Кто-то сказал:
— Ну расстреляй за это нас.
Подсовывает пистолет. Чей-то наградной Марголин.
С глушителем.
Мальчика нашли?! Игрушку из меня хотели сделать?!!
По старой, почти забытой привычке проверил магазин.
— Давай, начинай.
Сидели, уже за полночь, на детской площадке между четырёхэтажками. На столике пузатая бутылка какого-то шестидесяти процентного раствора  оксида водорода.
"Эфес" уже в руке!
Первого — в сердце.
Осечка.
Ничего... Бывает... Перевзведём... Повторим!
Затем второй.
Потом третий.
Только в сердце. Всё-таки друзья... Фотографию портить - не по-дружески.
Пистолет оказался с характером. Осечки.
Автоматика не работает, приходится взводить вручную.
Вадика Казакова пришлось стрелять раза три.
С Мишей Сусловым (он же Пиролизник, он же Дачник) неудобно получилось. Только с пятого -шестого раза.
Рома Россман помогал с оружием, разбирался с задержками, осечками и прочими несрастухами. Возможно, пистолет вообще принадлежал ему. Всё-таки бывший офицер, в этих делах опытнее.

Наконец всё закончилось.
Рома сказал:
— Раз ты с ними так, тогда и меня давай...
И вместо повязки, решительно надвинул стильную реч-флотскую фуражку на глаза.
Кивок.
Палец вдавил спуск.
Пистолет протёрт и брошен в урну.

После, плача и шатаясь, в старую квартиру, где когда-то жил с родителями.
Мама там была молодой — лет сорок пять.
Выразила недовольство, что заявился среди ночи, "Кривой как татарская сабля", "Тебе же целых пятьдесят восемь уже!" И мокрой тряпкой шлёп. "Пи39юк..."
Ушла куда-то в соседний подъезд. Там почему-то была ещё одна квартира. Съёмная.

Внезапная преамбула. Вместо эпилога первой серии.

За несколько дней до этого приснился другой сон.
Случайно, по ошибке, по недогляду, абсолютно мимодумно был сделан глоток портвейна (есть в моей биографии и такая строка в студенческие и МэНээСовские годы)))
Тогда же подумалось: раз пошла такая пьянка…
Откуда-то появилась бутылка виски.
После того сна сначала возникло чувство глубокого неудовлетворения, а затем удовлетворения, что это всё-таки был только сон.

Серия вторая. Логическая амбула.
Обратно в первый сон, который перед предыдущим. Короче, вы поняли...

Взгляд из окна во двор.
На детской площадке за столом в неестественных позах всё ещё сидели фигуры друзей.
К утру начали посещать неприятные мысли.
Будут искать. Найдут - тюрьма. Был бы трезвый - тогда вряд-ли. По-ханке стопудово наследил. Одна надежда на лень и слабоумие искателей...
Утром двор оказался пуст.
Никого.
И Марголин куда-то делся.
Потом в том же сне пришлось ехать по делам.
Дорога привела к служебному входу во Дворец студентов.
Внутри быстро выяснилось, что это вовсе не дворец студентов, а аэропорт.
Коридоры. Переходы.
В одном, управление внутренних дел на транспорте.
На стене, поверх пожелтевших ориентировок, висел свежий плакат.
Формат А3, распечатан на хорошем лазерном принтере — почти типографское качество.
Без фотографий.
Только текст.
В тексте бросилось в глаза собственное имя.
Буквы перечёркнуты крестиками.
Но прочитать можно...
"...задержана группа нетрезвых... на детской площадке... Нарушали... Вели себя шумно ночью... Утверждали что расстреляны... " И мои зачеркнутые паспортные позывные с годом рождения...

Детективный сон
Вторая серия.

Ноги в руки — бегом до районного КПЗ.
По кабинетам мечусь, объясняю сбивчиво:
— Не виноватый я… и они тоже невиноваты-и-и-и!!!
Сотрудница слушала спокойно, даже немного устало. Потом сказала:
— Выходите. Встречайте.
Вышел на тротуар перед КПЗ.
Минут через пять из ворот показалась группа расстрелянных.
Мои друзья. Буквально, кони на конкурсе лирического ржания. В сторону моей личности пальцАми тычут.
Похоже, в КПЗ им тоже было нескучно.
Рома Россман подошёл, похлопал по плечу и объяснил, как старший по технической части.
После первой осечки, он, помогая разобраться с пистолетом, охолощенный боёк на рабочий поменял, заодно незаметно заменил магазин со взрословскими на холостые.
С метра-полуметра через глушитель холостым почти не больно. На темных куртках в темноте следов не видно. Самое сложное было - не заржать.
Противные дорогие рожи давили лыбу. Ехидно, но с любовью!

На этом хэппи-энде сон закончился.

Мораль №1: Косорыловка зло.
Мораль №2: Смех всему голова!