На Ферме

 Анальный секс — интересное явление с социологической точки зрения. Эта практика существует уже много веков, но во многих культурах остается табу. Сам акт включает в себя проникновение пениса или других предметов в анальное отверстие, что для одних может быть весьма приятным, а для других болезненным. Существуют различные техники и подготовки, которые могут сделать его более комфортным, например, использование смазки и предварительное растягивание сфинктерных мышц пальцами или игрушками. С биологической точки зрения, анальное отверстие обильно иннервировано нервными окончаниями, что объясняет интенсивность стимуляции в этой области. С психологической точки зрения существуют более глубокие причины, помимо простого физического удовольствия, побуждающие людей к анальным играм — возможно, это отражает чувство полного подчинения или полной отдачи себя другому человеку?
***
Дверь в комнату Элизабет приоткрыта с раннего утра, я слышу, как она ходит по комнате, периодически выглядывая в кабинет. Я тихонько оделся, неслышно открыл двери спальни и быстро прошёл через кабинет. В следующее мгновение я резко постучал в двери Бетти, рассчитывая застать её врасплох.
   - Войдите.
Моему изумлению не было предела. Моя менеджер одетая, накрашенная, можно сказать во всеоружии ожидала своего босса.
   - Ты уже готова скакать на лошадях? – я искренне удивился.
Глаза Бетти засверкали от мыслей о посещении фермы и верховой езде.
   - Это же чудесно! Я всегда мечтала мчаться по открытым полям верхом на прекрасном коне. - Румянец залил ее щеки, - уверена, это будет поистине волшебное событие.
Она сделала глубокий вдох, пытаясь успокоить бешено бьющееся сердце, представляя, как мы вдвоем едем верхом, а солнце светит прямо в лицо.
   - Мне, наверное, нужно будет переодеться во что-нибудь более подходящее. -Бетти говорила с застенчивой улыбкой.
   - Думаю, костюм для верховой езды был бы самым подходящим выбором. Что-то практичное, но элегантное, соответствующее случаю, - отвечаю я, прекрасно зная, что у ней такого никогда не было. - Возможно, приталенный пиджак глубокого, насыщенного цвета, например, бордового или темно-синего в комплекте с подходящей юбкой длиной чуть выше колена и белоснежной блузкой, чтобы завершить образ.
   - Вы еще скажите, что мне понадобятся ботфорты для верховой езды, чтобы не поскользнуться! – грустно произнесла она, - и красивый шарф, чтобы ветер не спутал мои волосы.
Бетти готова была расплакаться, но я не выдержал и засмеялся, обнимая её за талию.
   - Так в чем же дело, вперёд, магазин ждет нас!
Элизабет несколько раз выходила из примерочной демонстрируя один наряд лучше другого, наконец я не выдержал и сказал.
   - Так зажмурь глаза и ткни в любой комплект.
    - Мистер Зет, - девушка умоляюще сложила руки на груди, - пожалуйста выберите.
Я ткнул в фиолетовый набор амазонки. Через час мы уже ехали по проселочной дороге к ферме. Это был очень живописный уголок, раскинувшийся среди холмистых пейзажей. Пышные зеленые пастбища простирались до самого горизонта, усеянные дойными коровами и игривыми ягнятами. Кристально чистая речушка протекала через долину, дополняя идиллию. В самом центре участка гордо возвышался большой бревенчатый дом, окна бликовали, отражая кучу солнечных зайчиков. Дом был окружен ухоженным садом, изобилующими яркими цветами и ароматными травами. Это была заслуга моего садовника Жака. Широкая веранда, опоясывала строение, приглашая гостей насладиться окружающей природой. Конюшни находились в паре минут ходьбы от дома, их красные двери выделялись на фоне зелени. Внутри царила уютная атмосфера, наполненная землистым ароматом сена и нежным ржанием ухоженных лошадей. Каждая стойло было безупречно чистым, на стенах висели мягкие подстилки и блестящая амуниция. Здесь всем руководил конюх Жан. Оба работника были французами, и я в шутку называл поместье у «Жана и Жака.»
Интерьер дома был так же очарователен, как и экстерьер. В прихожей находилась величественная лестница с полированными деревянными перилами, ведущая на второй этаж. Слева от прихожей расположилась уютная гостиная с большим камином, удобными диванами и коллекцией старинных книг на полках. Комнаты наполнялись естественным светом из больших окон с видом на сад. Кухня — мечта любого шеф-повара, где я установил современную бытовую технику: от холодильника и варочной плиты до микроволновки и духового шкафа с грилем. Здесь всем заправляла дочь Жака, Мари. Рядом с кухней расположилась столовая с длинным деревянным столом, за которым с легкостью могли сесть десять человек.
Мы въехали во двор. Немного поодаль гордо возвышался сарай из сосновых бревен, двери которого были распахнуты настежь, открывая вид на сеновал наверху и стойла внизу. Прямо перед сараем раскинулся небольшой огород, аккуратные ряды которого были усыпаны созревшими овощами и фруктами. Воздух наполнял аромат спелых помидоров и душистой зелени. Огород был огорожен частым деревянным забором с сеткой, который не пропускал диких кроликов. Рядом с садом рос дуб, создающий тенистое место для пикников и послеобеденного сна. Дерево — символ фермы, росло здесь со времени постройки и было посажено прежними хозяевами. Сеновал — моё любимое волшебное место, наполненное сладким ароматом свежескошенной травы и теплым золотистым светом, проникающим сквозь щели в обветренных стенах. Сено было сложено высокими кучами, образуя мягкую, уютную подстилку, очень удобную для эротических развлечений. В углу сеновала небольшое окно выходило на двор. С этой точки обзора я любил наблюдать, как куры копаются в земле, утки плещутся в пруду, а работники занимаются своими делами.
Мы наскоро перекусили лёгким завтраком из сыра, салата из помидоров и огурцов, запивая ядреным квасом. Бетти побежала на конюшню, и ее ноздри наполнил запах сена и конского пота. Она на мгновение замерла, прислушиваясь к тихому ржанию лошадей и шелесту соломы под ногами. Проходя по проходу, она останавливалась у каждого стойла, приветствуя лошадей ласковым словом и осторожным поглаживанием по шее. Ее взгляд задержался на прекрасной белой кобыле, шерсть которой блестела в мягком свете, проникающем сквозь окна конюшни. Лошадь звали Снежинка, она обладала спокойным характером и уверенной походкой на тропах, идеально подходила для женщин. Элизабет подошла к стойлу, и Снежинка сразу протянула морду, ожидая лакомства. Я предусмотрительно посоветовал девушке прихватить с собой кусочки сахара. Бетти улыбнулась, проводя рукой по гладкой шее лошади.
   — Привет, красавица, — промурлыкала она, — хочешь сегодня прокатиться со мной?
Снежинка тихонько зафыркала в ответ. Я вывел лошадей из конюшни и помог наезднице сесть верхом. Она удобно устроилась в седле, поправляя юбку, вставила сапожки в стремена. Слегка сжав пятки, Бетти погнала Снежинку вперед, и они отправились в путь по пастбищу. Я, запрыгнув на вороного жеребца, отправился следом. Трава была влажная от росы, воздух наполнен сладким ароматом полевых цветов. Копыта лошадей тихо стучали по протоптанной тропинке. Начало сентября выдалось очень теплым. В центре луга мы остановились, Бетти соскользнула со спины лошади, легко приземляясь на ноги. Она отпустила поводья, позволяя Снежинке пастись на обильной траве.
   — Где ты научилась держаться в седле? — изумленно спросил я.
   — Я не знаю, — задумчиво ответила Элизабет, — я просто села и поехала, даже не задумывалась.
Солнце поднялось выше, его лучи пробивались сквозь листву древних дубов, которые стояли на страже на краю поля. Мы продолжили путь к лесу. Копыта коней захрустели по лесной подстилке. По мере того, как мы углубляемся в лес, воздух становился прохладнее и наполнялся ароматом сосны и ели. Внезапно Снежинка остановилась, насторожив уши. Мы всмотрелись вперед сквозь деревья. Там, на небольшой поляне, стоял олень, его рога распускались, словно корона. Он стоял неподвижно, глядя на нас своими выразительными карими глазами. Элизабет протянула руку, словно желая прикоснуться к волшебству момента. Олень повернулся и исчез в зарослях.
Бетти спешилась, привязывая поводья к низко свисающей ветке. Она повернулась ко мне лицом, лес словно затаил дыхание, птицы замолкли. Я подошел к девушке вплотную. Она опустилась на колени, подол её юбки немного задрался, обнажая красивые бедра. Элизабет протянула руку, ее пальцы слегка подрагивали, когда она обвела контур члена сквозь ткань брюк. У меня всё напряглось от этого прикосновения, и я откинулся назад, прислонившись к крепкому стволу дуба. Бетти ловко расшнуровала штаны, освобождая конец. Он выскочил наружу, толстый и тяжёлый. Девушка обхватила основание пальцами, восхищаясь теплом и весом органа. Затем, с приглушенным стоном желания, наклонилась и взяла его в рот. Она начала сосать чувствительную головку, ощущая солоноватый вкус. Бетти пристально наблюдала за мной сквозь прищуренные веки, желая увидеть каждый проблеск удовольствия на моём лице. Её язык вычерчивал узоры на залупе, дразня и лаская. Она засасывала все дальше, пока член не достиг задней стенки глотки. Вид того, как она стоит передо мной на коленях, обхватив пульсирующий член ртом, был почти невыносим. Я запутался пальцами в ее волосах, направляя движения, пока она покачивала головой вверх и вниз. Ощущения, как мышцы ее горла сокращались вокруг головки, когда она приняла её глубину, вызывали эйфорию. Напряжение в паху достигло апогея. С судорожным стоном я излил в ожидающий рот Бетти струю спермы. Она сглатывала её порциями. Когда последние толчки оргазма утихли, она отпустила меня, облизывая губы с довольной улыбкой.
   — Тебе понравилось?
   — Ты мне всегда нравишься, — в этом я не лгал ни капельки.
Элизабет поднялась с колен, разглаживая складки на юбке. Вместе мы возвратились к нашим лошадям. Я помог ей сесть в седло, и мы поскакали по золотистому полю. Солнце начало катиться к закату, окрашивая небо в яркие оранжевые и розовые оттенки. Сенокосный луг словно светился в угасающем свете, высокие стебли мягко покачивались на ветру. Вернувшись, мы передали коней Жану, а сами направились на сеновал. Сладкий, землистый аромат свежескошенного сена одурманивал голову, когда мы поднялись по лестнице. Войдя в лофт сеновала, Бетти развернулась, в ее глазах сияли желание и нежность. Мои руки заскользили по ее обнаженному телу, разжигая огонь страсти.
   — Я хочу тебя в задницу, — просительно посмотрел я на Бетти.
Она прикусила губу, нетерпеливо кивнула и потянулась к подолу юбки. Быстрым, почти нервным движением приподняла ткань выше бедер, обнажая нежную кожу и кружевную окантовку трусиков.
   — Я тоже хочу, — выдохнула она.
Девушка повернулась, наклонилась вперед и уперлась руками в мягкое сено, выгибая спину в приглашении. Прохладный воздух сеновала ласкал нашу разгоряченную кожу. Я спустил её трусы к коленям, пальцы впились в ягодицы, раздвигая их. Кончик моего члена коснулся коричневой ямки. Обильно смочив анус слюнями, медленно и осторожно я начал входить в него, дюйм за дюймом. Вход был тесным, но это лишь усиливало желание. Ощущения были интенсивными — смесь приятности и легкого дискомфорта, пока её тело адаптировалось ко мне. Я замер, тело Бетти расслабилось, и удовольствие нарастало с каждым движением. Она сама отталкивалась и насаживалась на хер. Звуки тел, соприкасающихся друг с другом, и скрип половиц под нами наполнили лофт. Мои руки тискали Бетти, лаская ее изгибы и дразня соски. Стоны партнерши становились всё громче и выразительнее. Ритм движений ускорился, стал более неистовым, поскольку мы оба стремились к разрядке. Она стала кончать за минуту до меня. Когда я вытащил пенис наружу, он блестел от ее соков. Мы повалились на сено, все еще тяжело дыша. Меня потянуло пофилософствовать:
   — Я вот подумал, а почему секс в задницу остается табуированным? Разве это не странно, что некоторые части тела считаются более непристойными для сексуального использования?
   — Возможно, при неправильном применении он очень болезненный или грязный, — ответила Элизабет, словно ожидая разговора на эту тему.
   — Нет-нет, я говорю о том, почему люди вообще занимаются этим? — продолжил я. — Мне интересно узнать твое мнение. Что ты чувствуешь во время анального секса? Что заставляет тебя хотеть его?
   — Ну, это как испытывать самую интенсивную форму удовольствия. Ощущения зашкаливают! Когда ты находишься внутри меня там, я чувствую каждую деталь. — Бетти провела пальцем по моей груди. — И да, возможно, есть что-то в том, чтобы заниматься чем-то запретным или постыдным.
Она наклонилась ближе и прошептала мне на ухо:
   — А еще мне нравится мысль о том, чтобы полностью отдаться тебе и позволить взять контроль над моим телом, — она немного отстранилась, чтобы посмотреть мне в глаза. — Но знаешь, я бы никогда не осмелилась сделать это сама. Это твой выбор, твоя инициатива. И я ценю это больше, чем словами можно выразить. Ты заставил меня почувствовать себя живой снова. Такой желанной и красивой.
Мы спустились с сеновала, когда звезды на небосклоне засверкали как бриллианты. Искупавшись вдвоем в ванной, мы отправились на поздний ужин. Мари приготовила нам запеченную в духовке утку с вишней и шампиньоны со сливками в тигельке. Португальский портвейн хорошо подходил к мясу птицы. А на десерт нам подали ванильное мороженое с огненным арабским кофе. Потом мы долго сидели у камина, слушая потрескивание дров, и пошли спать далеко за полночь. В такую ночь все стрессы и заботы внешнего мира исчезали, оставляя только любовь для двоих.