Мёд по версии Эмми Вайнхаус

               
               
                Мёд по версии Эмми Вайнхаус



Пчела упала в чашку с медом и поняла, что это Рай…
Тот Рай, который жизнь ее погубит, особый день - счастливый урожай,
а рядом разлюбимейшая Смерть с улыбкой до несуществующего уха
И окунулась в чашку с медом Муха, совсем не та, что Цокотуха…
и сразу задохнулась, без мыслей о себе и о потомстве…
Все просто: кому дано, кому исключено из общих правил жизни полотно… 
 

Последний день транзитом пробежал по житию… и в душу наплевал календарю…,
где деньги лишь шажок вдоль шерсти Сатаны к туманным облакам разделочных событий
Нетрезвы гости…, все пьяны, в глазах остатки бывших «чаепитий»,
где чая нет, лишь на столе багдадский пряник и пачка сигарет «Счастливый Странник»,
Где фильтр похож на пулю СВД, а значит оставаться той мишени
в извечной первобытной тишине,
где свечи ненавидят фонари, как спящие неврологические бесы…,
Где фитили лишь змеевидные отвесы,
На темной кухне ожидают Ночь и скоро подадут деликатесы
чужих восторженных хвостов, посыпанных не солью…


Материал из пластилина в руках добра и маргарина,
где зло по разуму живет и ищет копию себя…
Под колыбель поджаренных сирен и добровольное молчанье телефонов
Парящих в облаке чужих диапазонов и ожидающих звонков самих себя…   
Жизнь — это фильм, где пленка иногда потерта и подаются в качестве десерта
Стандарты сытых Малибу, чтоб разлагаться на филе, ресницы, кексы и остатки слез…
От счастья быть в кругу…, покрытым марципаном на вечном бриллиантовом снегу,
Плетущим ивы в корабельные канаты на чужеродном берегу
заманчивых и сногсшибательных открытий лазурных плодородных берегов…


А женщина - Кентавр вскрывает книгу, что названа - «Учебник для самоубийц»
И под чужой триумф воссоздает интригу, давно забальзамированных лиц
Тот взгляд маркизы Помпадур, которую никто не видел…
И с Паркинсоном церебральный Буратино сует свой нос,
Где пластик- хирургия бесполезна…
Бордовый бархатный пиджак, любимый дом для аннексированной моли,
Она помпезна в полетной тишине под люстрой тихий психотропный блюз…
Эйблизм в архитектуре здравой мысли, что здравой назовет не каждый…
Там паутина- спидроин, однажды…, по клейкости своей, как мед без мух и без пчелы
С жестоким наполнителем и ароматом пастилы…


7000 лет до Рождества Христова, там бабочка попала в чашку с медом…
Плевать на мух, на пчел… и не слюной, а чистым свежевыплюнутым медом…
Цветочным янтарем с рукопожатием природы без ржавчины в коленях
И без скрипа подводного кораллового «слипа» …
А бабочка оделась в Возрожденье былых медов, облизывая свой иконный лик
И крыльями поглаживая воздух и восхищая запах земляник
На тех полях, где музыка на арфе паутин равна лучам колючего чертополоха…
Уж такова эпоха, где умный умного не видит и не слышит…
всегда готов смеяться над собой, другим отдав дорогу в сладкий слой
пироженного с перекушенной губой...