Три зарисовки о весне

Зарисовка первая.
  – Весна-а-а, – блаженно протягивает Степа, – наконец-то мы её дождались! Эй, ты чего стоишь? Давай, располагайся рядышком! Места всем хватит!
 
  – Я, конечно, все понимаю, – говорит Соня, – весна – прекрасное время года. Особенно после такой тяжелой, гадкой и лютой зимы. Но, как по мне, наличие слово «март» и рядом какого-то числа на календаре – не основной её признак. Поэтому немедленно вылезай из сугроба, заболеешь!

  – Сонь, вот ты, вроде, младше меня на пять лет, а бухтишь, как старуха, – вздыхает Степа, отряхиваясь. – Когда ты успела стать такой занудой?

  – Я не зануда, а прагматик, – парирует сестра.

  – Ого, откуда ты в свои неполные девять лет такие умные слова знаешь?

  – Я больше удивлена, что ты в свои почти четырнадцать не знаешь, что валяться в снегу в такой тонкой, как у тебя куртке, вредно для здоровья!

  – Все, не бухти. Пошли хоть снеговика слепим, пока материал не растаял, – улыбается Степа и бодро так шагает к ближайшему сугробу.

  – Да, потому что чует мое сердце, на следующей неделе придется доставать папину надувную лодку и на ней добираться до школы, – вздыхает Соня и бежит догонять брата. – Ой, извините!

  – Ничего, все в порядке, – уверяет её мужчина в белом пальто. Снимает белую шляпу, слегка наклоняется и говорит. – Хорошего Вам дня.

Зарисовка вторая.
  – Зина, тащи надувной матрас! – орет с улицы Тимофей.

  – Может, тебе еще и лежак принести? – возмущается Зинаида, по пояс высунувшаяся из окна третьего этажа.

  – Не, загорать пока рано, – отмахивается её муж.

  – Ты бы вместо того, чтобы ерундой заниматься, в магазин шел.

  – Так я для этого и прошу принести мне надувной матрас! Это же замечательное средство передвижения по воде!

  – Тима, ей Богу, если в течение тридцати секунд ты не исчезнешь из поля моего зрения, я тебе кактус на голову сброшу, – грозится Зина.

  – Не-не-не, кактус пощади! – Тимофей машет руками, поскальзывается и плюхается в лужу.

  – Вот карма тебя и настигла, – смеется теперь уже Зина. – Даже кактус не понадобился!

  – Вы, что, совсем с катушек слетели? – орет на них дед-сосед с восьмого этажа. – У вас весеннее обострение? Что вы кричите, как ненормальные! Люди спят, вообще-то!

  – Мы пытаемся понять, как без потерь добраться до магазина, – отвечает Тимофей.

  – Ногами, – ворчит сосед и захлопывает окно с такой силой, что стекла звенят.
 
  – Видишь, до чего ты людей доводишь! – кричит мужу Зина. – Иди уже, пока соседи на тебя что-то похуже кактуса не спустили.

  – Иду уже! – машет рукой Тимофей. – Ой, извините!

  – Все в порядке, – улыбается ему мужчина в белом пальто. Снимает белую шляпу, слегка наклоняется и говорит. – Хорошего Вам дня.

Зарисовка третья.
  – Давненько мы с тобой не выбирались в город, – говорит Николай Петрович, смахивая со скамьи остатки снега.
 
  – Согласна, я и забыла, как здесь красиво, – кивает Людмила Ивановна. – Особенно в начале весны. Скорее бы снег растаял!
 
  – И потеплело!

  – И почки на деревьях распустились!
 
  – А пока что будем довольствоваться малым: солнышком, подтаявшим снегом, малюсенькими почками на ветках…

  – И чаем! – Людмила Ивановна протягивает супругу термокружку с горячим напитком.

  – И чаем, – кивает Николай Петрович и делает первый, самый насыщенный и вкусный глоток. – Какие же мы с тобой молодцы, что все-таки выбрались в город!

  – И не говори. А то торчим безвылазно в своем домишке, довольствуясь обществом друг друга и редких – сезонных – соседей. Эдак совсем одичаем, без общества-то.
 
  – Поэтому и выбираемся в город. Чтоб совсем не стать дикарями, но и от людей не устать. Мы с тобой те еще тактики.

  – Да уж, тактики, – усмехается Людмила Ивановна. Отпивает чай из твоей термокружки. – Какой все-таки красивый парк!

  – Согласен, но в нашей юности он был красивее.

  – Тогда и мы были симпатичнее.
 
  – Ты и сейчас прекрасна, – парирует Николай Петрович.

  – Ой, не смущай меня! – смеется его жена. И добавляет шепотом. – Ты тоже красивый, правда.

  Пожилая пара еще долго сидит на скамейке, время от времени вспоминая фрагменты из своего красивого прошлого, а за оградой, по широкому тротуару, не обращая внимания на гул машин и людские разговоры, медленно идет человек в белом пальто. Он сдвинул на лоб свою белую шляпу, чтобы никто не видел, как ярко и радостно светятся его небесного цвета глаза. Человек в белом пальто сворачивает за угол, останавливается, снимает шляпу и говорит, обращаясь ко всем и одновременно ни к кому: «Желаю Вам хорошего дня!» – а затем растворяется в воздухе.

  В городе стремительно исчезает снег.