Карачун быличка бабы Ули
Байка первая: встреча в лесу
Было это в самую лютую зиму, когда морозы за сорок перевалили, а снег лежал сугробами выше человеческого роста. Пошёл наш деревенский охотник Игнат в лес — проверить силки. Да только не учёл, что в те дни как раз Карачун по округе ходил.
Идёт Игнат, следы зверей разглядывает, вдруг слышит — где;то вдали колокольчики звенят, да не простые, а будто ледяные. Оглянулся — а по лесу, меж елей, тень высокая движется. Ростом с трёхэтажный дом, борода снежная до земли, глаза — как две синие звезды.
— Ты чего, мужик, в мои владения забрёл? — прогремел голос, будто деревья заскрипели.
Игнат обмер, шапку снял, поклонился низко:
— Прости, хозяин, не знал, что тут ты гуляешь. За зверем шёл, семью кормить.
Карачун усмехнулся, дыхание у него — пар клубами:
— Ладно. Раз уважительно просишь — отпущу. Но запомни: в такую стужу в лес ходить — грех. А коли ещё раз попадёшься — заморожу, сосулькой сделаешь.
Махнул рукой — и вдруг стало тихо, мороз чуть спал. Игнат бегом домой, а на следующий день рассказал всем: кто в лютые морозы в лес сунется — того Карачун найдёт.
Баба Уля перекрестилась и продолжила:
Байка вторая: пропавшие ребятишки
В позапрошлом веке, когда ещё школа в деревне была на другом конце села, пошли ребятишки после уроков через лес — так короче. А день был ясный, но страшный холод стоял, даже птицы не летали.
Старшая девочка, Марфутка, вдруг говорит:
— Слышите? Колокольчики звенят…
А малыши только хихикают:
— Где? Ничего не слышим!
Но Марфутка испугалась, велела всем назад поворачивать. Только трое самых упрямых — Петька, Гришка и Санька — заупрямились:
— Мы быстрее пробежим!
Побежали вперёд — и пропали.
Наутро нашли их следы: вели они прямо в глубь леса, а потом обрывались у большой ели. И на снегу — след огромный, будто кто;то в валенках размером с лодку ступал.
Старики тогда сказали: это Карачун их наказал за непослушание. Но не заморозил насмерть — пожалел. Просто провёл по лесу кругами, напугал да домой вернул. К вечеру все трое, бледные, дрожащие, к околице вышли. Рассказывали, что видели великана в шубе из инея, а он им сказал:
— В следующий раз не послушаетесь старших — оставлю в лесу до весны.
Байка третья: знак на окне
У вдовы Настасьи зимой младенец болел — кашлял, метался в жару. А дрова кончились, пошла она в лес, хоть сушняков набрать. Только ступила под ёлки — мороз резко усилился, дыхание перехватило.
Оглянулась — а за спиной след свежий, огромный. И голос из;за деревьев:
— Зачем в такую стужу из дома вышла? Дитя без присмотра оставила?
Настасья упала на колени:
— Прости, дедушка! Голодно нам, холодно, а дров нет.
Тишина. Потом — вздох тяжёлый. А когда она домой прибежала, глядь в окно: на стекле узор появился — не простой морозный, а в виде лица старого, бородатого. И глаза смотрят строго, но не зло.
С той ночи младенец стал поправляться, а в сарае наутро нашли поленницу дров — ровно столько, чтоб до весны хватило. Старики сказали: это сам Карачун простил вдову за честность и помог.
Наставления бабы Ули
— Вот, деточки, — закончила баба Уля, — запомните накрепко:
В лютые морозы без нужды из дому не выходите.
Если в лесу услышите звон колокольчиков — сразу домой, не оглядываясь.
А если вдруг увидите след огромный — поклонитесь в ту сторону и скажите: «Прости, хозяин, что потревожил».
И никогда не смейтесь над приметами — Карачун шуток не любит.
Она помешала угли кочергой, и те вспыхнули алыми искрами.
— Он не злой, — тихо добавила баба Уля. — Он — порядок зимний держит. Кто с уважением к зиме относится, дрова запас, печь топит, соседей не бросает — тому и помощь окажет. А кто беспечен да глуп — того проучит, чтоб умнее стал.
Дети сидели, затаив дыхание. За окном завывал ветер, раскачивая ветви старой ели. И кому;то из них на миг показалось, что за стеклом мелькнула тень — высокая, в снежной шубе, с ледяными колокольчиками на рукавах…
— А теперь — по кроватям! — строго сказала баба Уля. — И чтобы до утра ни звука! А то придёт Карачун да позовёт гулять в мороз!
Ребята засмеялись, но как;то нервно, и поспешили разойтись.
Свидетельство о публикации №226030900329