Душно

Душно! Ольга вошла в свой кабинет. После совещания у руководства компании всегда так: одни претензии и ни одного глотка свободы. И план, видите ли, составлен без учёта основной программы развития, и посещаемость клиентами оставляет желать лучшего, и контакт с поставщиками плохо налажен, и, и, и прочие бесконечные «и», которые в итоге складывались в одно большое, жирное и удушающее «ни-че-го».
Душно! Ольга открыла окно. Холодный морозный воздух немного взбодрил. Было начало марта. Снег ещё высоченными горами лежал во дворах, но солнышко днём пригревало теплее. Сосульки плакали наперебой и беспощадно падали с крыш, сползая вместе с подтаявшим под весенними лучами толстым слоем снега. Вот и Ольга сейчас почувствовала себя плачущей сосулькой, сползающей в бездонное чрево всепоглощающего ненасытного монстра под названием «быт».
Ольга посмотрела на время: через два часа рабочий день заканчивался. Женщина взяла толстенную папку с планом, бессмысленно полистала его и в отчаянии бросила на стол. Полгода работы псу под хвост! Как же быстро начальство умеет «переобуваться»! Ведь план был составлен чётко по указанию управляющего, все поправки были внесены именно по его приказу, а теперь «читать надо внимательнее программу, по которой работаете!» «Гадство! Сплошное гадство!» – Ольга вздохнула и тяжело опустилась на стул.
Стрелки часов, наконец-то, показали, что пора идти домой. Ольга выключила ноутбук, взяла сумочку, быстро влезла в куртку и чуть ли не бегом выскочила на улицу. Хоть здесь можно вдохнуть полной грудью!
А в битком набитой маршрутке она опять почувствовала себя пожираемой монстром. Сидевшая у окна женщина спросила расположившегося рядом мужчину:
- Вы будете выходить?
- Нет, - сухо ответил тот.
- Тогда разрешите, пожалуйста, мне пройти.
- Остановится маршрутка – встану.
- Но я тогда не успею выйти! – слабо возмутилась женщина.
- А вы знаете, что во время движения транспорта нельзя вставать и перемещаться по салону – это опасно, - сумничало мужичилло. «Именно «мужичилло», - Ольга окинула его презрительным взглядом, - «Средний род, мутирующий подвид некогда сильного пола. Господи, а ведь поди и его кто-то любит, ждёт и носки ему стирает!» Ольга вздохнула. Душно! Женщина у окна терпеливо дождалась остановки, но когда этот микросамец соизволил, наконец, встать – «после полного торможения движущегося состава» - водитель уже закрывал двери маршрутки.
- Подождите! – в отчаянии крикнула женщина. Водитель, разумеется, подождал, пока она проберётся к выходу и открыл дверь. Он, наверное, был джентльменом в отличие от этой «мужичиллы». «А я бы прям через него перелезла бы, ещё бы и на ногу наступила каблуком», - Ольге было противно созерцать существо, умничающее про правила поведения в автобусе, и она отвернулась в другую сторону.
Душно! Народу, правда поубавилось, и теперь даже были свободные места. Ольга присела. На остановке в маршрутку со скрипом влезла пожилая женщина весом под центнер, не меньше.
- Дайте я сяду, - обратилась она к девушке, сидевшей на втором ряду.
- Ну вот же место свободное, - улыбнулась девушка, указав на место перед собой.
- А я хочу здесь! – проскрипела бабка. Девушка покорно встала.
«А не пошла бы ты… пешком», - подумала Ольга, глядя на дотошную тётку в упор. Та не видела никого и ничего, кроме себя. Грузно рухнула на желанное место и уставилась в никуда. «Тяжёлая артиллерия наступает», - с сарказмом прошептала Ольга. Ей показалось, что маршрутку даже перекосило на один бок под тяжестью этой «артиллерии». «Сегодня в дурдоме амнистия что ли? - Ольгу вдруг накрыл приступ смеха. Она невольно улыбнулась и посмотрела в окошко. На улице темнело. Душно!
Ольга вышла на своей остановке и не спеша побрела к дому.
Открыв входную дверь, женщина почувствовала тот же удушающий запах, что витал и в её кабинете: запах так ненавистного ей монстра под названием «быт»… Даже слёзы навернулись на глаза – от усталости, от серости дней, от страха перед приближающейся старостью (ведь Ольга была уже не молода, три года назад разменяла шестой десяток), от тратящегося впустую времени, от того, что жизнь, которой и так, наверное, остался всего лишь хвостик, проходила мимо…
Душно! Ольга прошла в свою комнату и открыла окно. Муж, как всегда, лежал на диване с банкой пива в руке и смотрел очередной блокбастер.
- Закрой окно! – недовольно крикнул он Ольге – Ты меня простудишь! Я и так задолбался болеть!
- А пиво жрать ты не задолбался? Весь иммунитет через мочевой пузырь спустил, - Ольга во избежание продолжения этой никчемной и так надоевшей ежевечерней перепалки ушла на кухню.
Из другой комнаты показалась лохматая голова младшего сына.
- Мать, а чё у нас пожрать есть? – загадочно улыбаясь, бархатистым тенором пропел юноша.
- А ты забыл, где холодильник находится? – устало спросила Ольга, - Я только пришла, откуда мне знать, что вы съели, а что осталось?
- Ну разогрей мне что-нибудь…
- Конкретнее!
- Еды! – лохматая голова скрылась в полумраке комнаты.
Ольга разогрела ужин сыну, покормила двух вечно голодных котов, поставила на плиту готовиться очередную партию «еды» на завтра и с грустью посмотрела в потемневшее окно. В начале марта всё ещё рано темнеет.
Душно! Женщина включила маленький старенький телевизор, чтобы хоть немного отключиться от ненавистного ей монстра. Но не тут-то было! Этот монстр жил и там, в экране, и на некоторых каналах был ещё страшнее, прожорливее и отвратительнее. На кухню ввалился полупьяный муж.
- А что зая готовит? – он попытался быть любезным и даже не представлял, наверное, на сколько эта хмельная любезность была Ольге противна. Как и его расплывшаяся в солодовом напитке ухмылка.
- Курицу жарю и макароны варю, - как можно спокойнее ответила Ольга.
- Задолбала твоя курица! – любезность как волной смыло, - Опять жрать нечего! На работе в столовке и дома – всё одно и то же! Надоело!
Владелец пивных банок с силой хлопнул дверцей холодильника, потом дверью кухни (так что посыпалась краска с дверного косяка) и в завершении дверью комнаты.
Ольга смотрела на эту осыпавшуюся краску и уже не смогла сдержать слёз – две хрустальные росинки шустро сбежали по щекам и растворились на домашнем халатике. Семь лет назад Ольга поменяла свою двушку на эту трёхкомнатную квартирку. Семь лет она мечтает сделать ремонт. Семь лет муж кормит её обещаниями, что «вот, отопление отключат, начнём, с замены полотенцесушителя…» А ведь он прекрасный мастер-отделочник! Но ещё больший прекрасный пьяница. Пиво по будням, а по пятницам и водочка, а в выходные вино… И обещания, обещания, обещания… А ещё скандалы, мат, хлопанье дверями и вечный, невыветривающийся тошнотворный запах перегара в комнате.
Душно! Ольга купила старенький автомобиль, небольшой участок под дачу – думала, что это отвлечёт мужа от пьянки, но нет! И участок стоял в полузаброшенном состоянии, и машина требовала ремонта после двух аварий, в которые её благоверный умудрился попасть (аварии были, слава Богу, несерьёзные, но капот и зад у машины требовали кузовных работ).
А однажды… Да-да, однажды наступило «однажды»! На Ольгу спустилось прозрение – она сама даже удивилась, насколько легко и просто всё оказалось. Инструкция «Как убить монстра» словно с небес прилетела и остановилась точно напротив Ольгиных глаз.
Пункт первый. Твёрдо и уверенно сказать мужу «Прощай!» Не так, что, мол, может быть, ещё помиримся… А так, чтобы точно уже прощай.
Пункт второй. Отправить сынулю в автошколу учиться на права. У самой Ольги прав-то никогда не было, а теперь, она считала, уже поздно ей, 53-летней даме садиться за руль. А вот 17-летнему юноше это как раз в тему.
Пункт третий. На дачные работы позвать на помощь старшего сына – тот жил с семьёй в доме в деревне и огородно-полевые работы были ему не чужды.
Пункт четвёртый. Сделать долгожданный ремонт в квартире.
Пункт пятый. Побольше времени уделять себе, любимой, поменьше нервничать по пустякам, понять, наконец, что весь мир спасти невозможно, надо сохранить хотя бы свой мир. И заняться творчеством! Это был главный Ольгин конёк. Она ведь замечательный поэт, неплохой писатель-прозаик, но все её таланты почти что уже совсем были поглощены беспощадным монстром. А может быть, это пункт первый? Нет, пусть будет пятым. Сначала – убить монстра, закопать его поглубже, а потом уже возводить замок из стихов и песен, рассказов и сказок…
Ольга достала из ящика стола свой ноутбук. Раньше она творила карандашом на листе бумаги или в толстой тетради, но теперь решила идти в ногу с информационным веком. Эх, лиха беда начало! Душно…
Хотя нет, воздух стал чище, запах перегара выветрился наконец, вместе с ушедшим супругом. Окно распахнуто навстречу новому дню, новым мечтам, новым шедеврам. И никто не простудится. Ведь Ольгины строки, как самые лучшие врачеватели, исцеляют больные сердца, дарят свет и глоточек свежего воздуха тем, кто тоже задыхается в своём быту.