Ты такая страшная...

Нам с Викой по шестнадцать. В городе открыли модельное агентство. Вика решила, что нам обязательно туда надо. Рост позволяет.

По дороге Вика прихватила Иру. Ире четырнадцать. Ира, по словам Вики, слушает Rammstein и Metallica. Странная эта Ира — подруга Вики.

Нас встречали парень и девушка. Лет по тридцать. Парень высокий, худой, с модной косой чёлкой и длинными пальцами пианиста. Породистый. Похож на играющего главную роль в Большом — балеруна. Девушка тоже ничего себе. Красивая. Блондинка.

Приняли нас на ура. Даже немного обрадовались. Не подпорки для груди пришли. Не фотомодели, а модели. Что тут скажешь — рост позволяет.

Попросили нас пройти туда-сюда. Продефилировать.

Парень рост оценил. Походку — не очень. Но взяли.

Дома радостно об этом сообщила маме. Мама, помолчав минуты две, ответила:
— Деточка, ты такая страшная. Ты не в нашу породу пошла. Ты лучше учись.

Решила по совету мамы в модели не идти.

Вика отучилась все три месяца и ещё долго меня уговаривала пойти в модели. Показывала, как нужно правильно дефилировать, выгибать коленки кузнечиком и краситься. Для наглядной агитации ежемесячно покупался журнал ELLE, и обрисовывались радужные перспективы модельного бизнеса и жизни в Москве и Европе. Показы. Деньги. Съёмки. Путешествия.

Позже, поступив в Политех, рассматривая абитуриентов в актовом зале при объявлении оценок в поисках будущих друзей, внезапно подумала: «С кем же мне здесь дружить? Ни одной красивой девочки».

Ох уж эти советские мамы.