4. Имя- это уже роскошь

Незнакомец вёл УАЗ молча, только щётки стеклоочистителя скрипели по стеклу, размазывая дождь в серые разводы. Дорога петляла между чёрными стволами сосен, и фары выхватывали из темноты то обглоданный скелет машины, то ржавый указатель с полустёртой надписью.
Саша не отрывал взгляда от профиля водителя: маска и сетка скрывали лицо, но в движениях — в том, как он переключал передачи, как чуть наклонял голову, прислушиваясь к двигателю, — чувствовалась привычка к опасности, отточенная годами.
— Ты не ответил, — сказал Саша тихо, но твёрдо. — Как тебя зовут? Почему этот дом? Почему машина оказалась именно в тех кустах? И твои вещи, их не было в доме, ты ждал…— это не было вопросом, это была констатация факта.
Незнакомец помолчал. Потом медленно снял одну руку с руля и потянулся к сетке. Пальцы в потрёпанных перчатках потянули её вниз, снимая с головы и отбрасывая на заднее сидение, а потом и маску вниз, на шею. Под ней открылось лицо — измождённое, с глубокими морщинами, которые не от возраста, а от постоянного напряжения. Щетина, местами седая, хотя мужчине было не больше сорока семи. Шрам пересекал левую щеку от виска до подбородка — старый, но плохо зашитый, будто нож прошёлся наспех. Глаза — серые, выцветшие, как небо над Черноруссией после зимы.
— Можешь звать меня Джон, — произнёс он хрипло, будто голос давно не использовался для нормальной речи. — Или не зови. Имя — это уже роскошь. Большинство выживших сейчас пользуется позывными.
Саша едва заметно поморщился от ответа, будто от зубной боли.
— Я не спрашивал твой позывной. Я спросил, как тебя зовут. По-настоящему.
Мужчина качнул головой, бросив неодобрительный взгляд на временного спутника. В плохом свете темнеющих улиц, дождя и света фар, его лицо казалось высеченным из камня — глубокие тени ввалившихся глаз, резкая складка у рта.
— «Джон» — это и есть по-настоящему, — отрезал он. — Это то, что помогает не сдохнуть. Имена остались там. — он неопределенно махнул рукой куда-то в сторону, все еще хмурый и явно не довольный поднятым вопросом.
— Понятно, что тебе так проще, но… — договорить Саша не успел, машина резко вильнула в сторону так, что ненароком Саша печатался в дверцу и стал тут же напряженно всматриваться в лобовое стекло в поисках причины. А причины не было. Это было сделано специально и, пожалуй, если он будет продолжать настаивать на имени, то вскоре может оказаться за пределами машины, в лесу, в холоде, в темноте. Не то что бы страшно, знаем, выживали, но перспектива такая себе.
— Ладно, понял, принял. —  ответил Саша не очень-то желая нервировать водителя пока тот за рулем. К этому вопросу они еще вернутся, позже, когда обстоятельства будут по благоприятнее. А может и не вернутся, если вскоре разойдутся по разным сторонам. Снова повисла неприятная тишина.
— А я Саня. —  как можно миролюбивее выдал Саша, на что снова спровоцировал очень неодобрительный взгляд мужчины.
—  Ну и дурак. —  отозвался Джон, но голос его больше не был таким же холодным и резким как раньше. Скорее снисходительным, что ли. Ну, а как иначе? Он тут значит, учит уму разуму, а все его слова как об стенку горох. Упрямый видать, ему попался выживший. Саня… Черт бы его побрал… Нельзя сейчас так… Раскидываться на право и на лево своим именем, как раньше, до всего этого хаоса. Тем более малознакомому человеку. Он покачал головой.
— Саша, Саня… Будешь Салго. Сначала как салага, а там глядишь, чему умному и научишься… — пробубнил себе под нос водитель, все еще хмурясь, а потом, машина остановилась. Двигатель перестал урчать, фары погасли. Саша хотел возмутиться, запротестовать, но новое место и с новой волной возникшее напряжение, заставило повременить с этим делом.
Они были у домика на окраине, откуда шел дым, тот самый, который приметили еще вдали. Света внутри не было, но люди еще могли быть внутри. Обычно Джон старался избегать таких мест и если и оставаться на ночлег, то подальше от таких мест и в одиночку, но с последними событиями, все пошло не по плану и ресурсов даже для разведения костра толком не было, а то, что было на улице промокло. Придется присоседится…
— Думаешь там кто-то есть? – спросил новоиспеченный Салго, тоже хмуро осматривая дом. Может ну его… Остаться в машине, заночевать тут… Вопрос о том, чтобы расходиться на ночь глядя не стоял у обоих. Утром— возможно. Но ночью, лучше держаться вместе.
— Может быть… Пойдем да проверим… «Зедов» по близости не видно и не слышно, дальше город и там они точно будут. Тут пока тихо… - ответил Джон и пошарив в кармане, достал фонарик, потом кивнул Саше на бардачок— Там есть еще один, возьми пока, временно… - проговорил он и вылез из машины, держа наготове дробовик, освещая путь к дому.
Салго сжал винтовку. Пять патронов. Было. Три теперь. Взял предложенный фонарик и вышел следом. Дождь все еще шел и холод пробрал почти до костей, заставив поежится.