Мечта идиота Ч. 4. Случайное знакомство

В жизни многих людей происходят встречи, а правильнее сказать – знакомства с каким-либо человеком, который вносит некоторые коррективы во всю дальнейшую жизнь. Порой это происходит незаметно, вроде встретил человека, да и встретил, завязалось знакомство, затем и дружба и вот уже идешь по жизни несколько иначе и думаешь, что так и должно было быть. Однако, некоторые свои решения принимаешь исходя из совета, того самого человека. А бывает и по-другому. Вроде и дружбы то не завязалось, так, пообщался несколько раз, но что-то изменилось...
Так произошло и с Ростиком. Во время одной из прогулок по центральному парку Манхеттена к Ростику подошёл мужчина, весьма солидно одетый, приятной внешности, не вызывающий опасения, на вид шестьдесят лет, может быть немногим больше.Разговор завязался с вопроса незнакомца: «Ты Украинец?»
—«Нет, Русский».
—«А это разве не одно и то же?», - удивился незнакомец.
—«В принципе, да, одно и то же», – согласно кивнул головой Ростик.
—«Я вижу, ты недавно в Америке», – с проницательным взглядом посмотрел незнакомец и приготовился продолжить задавать вопросы.
—«Да, почти 4 месяца, а как Вы это поняли?», – ответил Ростик, подозрительно взглянув на незнакомца.
—«Ты с интересом смотришь вокруг и наблюдаешь за людьми. Давно живущие здесь мигранты теряют интерес к окружающим их людям и явлениям», - уверенно заявил незнакомец, перейдя при этом на русский. Говорил он с акцентом, какой присущ англоязычным людям, но фразы его строились верно, и он почти не задумывался над ответами, что указывало на его способность мыслить на русском языке.
—«Я наблюдаю за тобой вот уже минут сорок, не пугайся только, это исключительно научный интерес. Я социальный инженер, зовут меня профессор Джоносон Ви».
—«Весьма неожиданно. И каков же конкретный интерес Вашего наблюдения за мной и с чего вы взяли, что я украинец или русский?»
—«Ты удивлен тому, что видишь вокруг. Для европейца здесь нет ничего нового. В твоём взгляде одновременно читается удивление, граничащее с отвращением на некоторые, имеющиеся здесь моменты, и вместе с этим ты ищешь взглядом что-то красивое, что-то достойное внимания, что-то, ради чего сюда стоило приехать. Это присуще людям, принадлежащим к славянской группе».
—«Звучит логично и даже правдоподобно, ну а как на счёт интереса наблюдения за мной на протяжении сорока минут?»
—«Я, как я уже сказал, социальный инженер, мне в принципе интересно наблюдать за людьми, общаться с ними, и в особенности с русскими. Мне интересно вас изучать, понять то, как вы мыслите крайне не простая задача».
—«С какой же целью Вы хотите это понять?», - Ростик напрягся, почувствовав что-то не ладное с этим профессором. Понять, как мыслит другая нация, да еще и являющаяся стратегическим противником на протяжении многих десятилетий, такую задачу можно решать лишь с одной целью… «Ладно, давай пообщаемся, посмотрим, что ты за гусь такой», - подумал про себя Ростик.
—«Я пишу научную статью о поиске возможных вариантов и различных подходов в дипломатии между различными народами».
В этот момент Ростик подумал, что этот подозрительный тип явно хочет запудрить ему мозги, но вот с какой целью ещё не понятно. Ну да ладно, распрощаться с ним можно в любой момент, а пока пообщаемся, действительно любопытно, что же ему нужно.
—«Что меня привлекло в тебе», – продолжал профессор Джонос.
—«Ты наблюдаешь за людьми, вглядываясь в них, словно о чем-то задумался и что-то хочешь понять. Я смотрю на людей также. Ты не смотришь на эти здания, на витрины, на украшенные деревья, тебя не привлекают автомобили, громкие звуки, тебя не отвлек пролетавший над парком вертолёт, сирена пожарной машины, промчавшийся велосипедист. Ничто не отвлекло твоего внимания от толпы, проходящей под мостом. Ты пристально вглядываешься в них. Зачем? Что ты в них видишь или, что ты хочешь в них увидеть?"
—«Все предельно просто. Мне интересно: в какой момент эта толпа жалких людишек уверовала в то, что они являются какой-то исключительной, Богом избранной нацией?
По какому праву они возложили на себя миссию нести в Мир демократию и свои, весьма сомнительные ценности? Как им удалось взять под контроль довольно значительные пространства нашей планеты? А так же меня занимает мысль о том, что неужели они не понимают простой истины, что эта их «миссия» обречена на провал?»
—«Вау! Честно сказать, я ожидал услышать всякие разные ответы, но такого, вообще, ни в малейшей степени не предполагал. Сколько тебе лет? На вид не более двадцати, и в таком возрасте задаваться такими вопросами? У нас может получиться весьма интересная беседа. Ты, случайно, не социолог? Почему ты называешь их жалкими людишками? Кстати, я совсем забыл спросить твое имя, как тебя зовут?»
-"Ростислав"
—«Очень приятно. Так, почему же «жалкие людишки»? Каждый из них выполняет какую-то работу, вносит свой вклад во что-то значимое. Не важно, кем они работают, все они приносят пользу своей стране и друг другу?»
—«Вдумайтесь в то, что Вы сейчас сказали. Вам это не напоминает социалистическое общество? По-моему очень похоже. А почему, "жалкие людишки"? Честно сказать, это словосочетание как-то само в голову пришло, из, ниоткуда, под впечатлением от увиденных мною тех самых картин, которые, как Вы заметили, вызывают у меня отвращение. Но, тем не менее, ответьте, пожалуйста, на вопрос: если вот это общество было таким 30 и более лет назад, тогда, почему было такое жгучее стремление разрушить себе подобных и внести свои порядки в уклад других народов, которым Ваши порядки, зачастую совсем чужды?»
—«Не совсем так. Америка стремится к установлению мира во всем мире, где все люди будут иметь равные права, жить в соответствии с законом и в единстве с Богом, а Советский Союз, к примеру, не хотел этого, Вы захватили половину Европы, большую часть Азии, полезли в Африку, Вы хотели управлять этим миром по-своему. Это шло вразрез с нашими планами.
—"Но ведь и Вы стремитесь к тому же".
—"Мы не стремимся управлять всем миром, это и не нужно. Достаточно управлять лишь некоторыми точками, имеющими стратегическое значение для планеты. Я говорю не о военном контроле, помимо него есть ещё некоторые, гораздо более выгодные способы: финансовый, например или контроль логистики, контроль торговли, контроль технологий. Управление состоит из множества механизмов. Но мы немного отошли в сторону от твоего вопроса».
—"Не совсем отклонились. Вернее даже добавили к вопросу ещё несколько. Например: с чего Вы взяли, что Ваше представление о правах и законе справедливо к применению во всем мире? Осмелюсь предположить, что представители ислама с Вами не согласятся, представители индуизма могут согласиться лишь с некоторыми идеями, но общий курс будет своим. Да и вообще, откуда такая уверенность, сравнимая с аксиомой, что вот именно Ваше представление об укладе жизни человека и целых народов, абсолютно разных в культурном образе, будет воспринято как манна небесная всеми и всюду?
Я понимаю, что выступление того самого "лидера" в конгрессе США не означало, что это развязывает Вам руки и не давало повода для этой миссии. Эта убежденность появилась у вас гораздо раньше, вот что меня и интересует, откуда она взялась и как она привилась массам".
—"Я уже ответил тебе на этот вопрос, частично, когда возразил на счёт «жалких людишек». Они выполняют каждый свою работу на благо того, во что они верят. А движет ими американская мечта. Только каждый её представляет по-своему, но вектор одинаков для всех. А по поводу согласия или несогласия в принятии нашего образа жизни, ну так это вопрос времени. Народы разных вероисповеданий веками уничтожают друг друга. Пусть и продолжают это делать. Зачем выводить людей из иллюзии их правоты, когда можно дать оружие и тем и другим. Наблюдать и делать деньги. Постепенно привнося в их разум, и желание, и стремление к построению жизни по нашему образу и подобию. Проблема только в том, что люди средней и старшей возрастной категории живут прошлым. А вот их дети и дети их детей всё больше и больше будут хотеть быть похожими на нас. Поколение за поколением... пока мужчины и женщины от 25-30 лет убивают друг друга, их дети будут постепенно поглядывать в нашу сторону. Пускай на это уйдёт 50-100 лет, но это произойдёт. Можно ускорить этот процесс, лишив их детей прошлого, убедить их в том, что всё было иначе, что они на самом деле, жили так, как живём мы, а вот их родители ошибаются. И этот процесс сразу же сократится вдвое. Мы ведь это уже сделали с Вами, с русскими. Неужели ты с этим поспоришь, ведь ты сейчас здесь, в Нью-Йорке и это результат нашего многолетнего труда. Ты ведь сюда попал, следуя за мечтой, разве не так? Вот о чем именно ты мечтаешь, что привело тебя в Америку?"
—"Выходит то, что называют "Планом Даллеса" вовсе не вымысел, а только часть более масштабного проекта... Вы действительно действовали и действуете именно так... И ответ на мой вопрос таится именно там, только документального подтверждения я вряд ли найду, разве только сам додумаюсь до него. Да?"
—"А нужен ли тебе этот ответ? Если уж так хочешь его найти, можешь изучить соответствующие дисциплины. Советским руководством отрицалась такая дисциплина как геополитика, что было весьма полезно для нас, пока вы тратили десятилетия на изучение бреда Ваших "мыслителей", мы открыли для себя то, что дало нам инструменты, благодаря которым достигнут тот успех, на плоды которого ты сегодня смотришь. Наши лидеры неосознанно, а по воле Господа пришли к ответу на многие вопросы, которым человечество задавалось веками. Ответы эти и были найдены именно в этой науке. Сейчас в России тоже начали преподавать геополитику, но вы упустили почти столетие, Вы уже не сумеете никогда выйти на тот уровень развития, чтобы противостоять нам. Всё, что Вам осталось, это подчиняться тем правилам, которые мы Вам дадим, поскольку право сильного способно действовать в этом мире. Таким образом, мы и достигнем мира во всем мире, причём такого мира, который мы считаем единственно верным».
—"Смелое заявление... И опять же, такая уверенность, такая убежденность... Я смотрю, Вы фанатично преданы своему делу. Но позвольте, неужели, таким образом, возможно, изменить традиции и культуру, веками передававшуюся из поколения в поколение теми или иными народами? И не кажется ли Вам сказанное Вами слишком циничным?"
—"Ты ещё очень молод и на многое смотришь по-детски... Нет, как бы это не звучало цинично, но это суровая, правда жизни и ты либо примешь её и будешь жить по этим правилам, либо будешь просто существовать как налогоплательщик, как расходный материал, если это выражение тебе более понятно. А изменить традиции и культуру конечно возможно, это почти удалось сделать и совсем скоро ты увидишь ярчайшее тому подтверждение... Не пройдёт и двадцати лет как одна из бывших Советских республик ранее считавшаяся самым близким братом, окажется вдруг самым злейшим врагом. И это тоже лишь один из шагов, который необходимо будет сделать. Есть такое выражение: "Тот, кто контролирует Восточную Европу, контролирует Heartland; кто контролирует Heartland, тот контролирует всю Евразию". Что такое Heartland ты узнаешь, если начнёшь изучать геополитику, не буду останавливаться на терминах, улови суть. Это как раз к вопросу о том, что совсем не обязательно добиваться контроля над всем и вся, достаточно установить контроль лишь над некоторыми, стратегически важными точками. Полагаю, что я ответил на твои вопросы. Вижу, у тебя их появилось ещё больше, но не всё сразу, тем более что я не смогу дать тебе ответы на все твои вопросы, найди их сам".
—"Только ещё один вопрос позвольте задать?"
—"Валяй"
—"Почему Вы всё это мне рассказали, зачем?"
—"Сам не знаю, быть может, хотел выговориться, носить всё в себе довольно тяжёлое бремя, а ты ещё молод, слишком молод... Замечательное время - молодость. Иметь бы все то, что я имею в мои шестьдесят, хотя бы в сорок, а лучше в тридцать лет... Однако уже совсем много времени, что-то мы заболтались, а мне уже пора. Приятно было познакомиться с тобой, Ростислав. Быть может, мы ещё увидимся, я гуляю здесь по воскресеньям. Хорошего тебе дня".
Профессор Джонос похлопал Ростика по плечу и растворился в толпе. А Ростик, словно потерял дар речи, не вымолвил ни единого слова и остался сидеть на скамье, погрузившись в "переваривание" услышанного.
—"Кто же это был?" - подумал Ростик. "Сумасшедший? Если да, то это кто-то вроде аббата Фариа, а не профессор Джонос. Да и к тому же, каков был смысл подобного диалога? Что он хотел в действительности? Неужели от скуки он просто решил познакомиться? Не похоже... Имел какую-то свою цель, но какую тогда? Если и имел, во всяком случае, она осталась непонятой. А если он не сумасшедший и всё то, о чём он говорил или хотя бы часть сказанного им имеет место быть в действительности, то тогда..." Вдруг Ростик поймал себя на мысли о том, что если всё сказанное этим профессором, правда, то тогда грядут очень серьёзные проблемы. Поразмыслив ещё немного, поправил сам себя, эти проблемы не грядут, они уже давно созданы и то, что происходило последние двадцать лет и происходит сейчас есть следствие этих действий.
—"Так, стоп! Что вообще за профессия - социальный инженер? Кажется, когда-то я уже слышал о ней что-то, но где и при каких обстоятельствах? Давай вспоминай!" - Ростик задумался, ковыряясь в глубинах памяти.
—"Вспомнил! Один из моих одноклассников когда-то пересылал в соцсетях интервью одного пожилого учёного, который как раз вёл беседу на тему воспитания детей и прочих вещах, имеющих к этому отношение, точно!! Жак Фрэско! Социальный инженер, проект Венера. Так, нужно сложить пазлы. Надо разобраться детально. С чего бы начать? Пожалуй, с главного - геополитика".
Определив для себя то, с чего нужно начать, чтобы понять, о чём вёл речь этот профессор и чего он недоговорил, Ростик направился домой, на Брайтон. По дороге он ещё некоторое время размышлял о том разговоре, задавал себе различные вопросы, на которые у него не было ответов. Было лишь представление о том, где искать эти ответы. Вернувшись, домой, полный желанием приступить к поиску, Ростик столкнулся с суровой реальностью, на некоторое время осадившей его пыл. Вновь верх взяла повседневная рутина: днём работа помощником сантехника на стройке, вечерами подработка в ресторане Гамбринус, бывший "Зимний Сад" на Брайтоне. По выходным прогулки с друзьями. На некоторое время разговор с профессором Джоносом ушёл даже не на второй план, а гораздо дальше. Так прошло пару месяцев и в один из августовских дней Ростик поймал себя на мысли о том, что вообще-то он приехал сюда не для того чтобы работать на стройке. Как раз в это время из Майями вернулся знакомый, мигрант, родом из Киргизии. Встретившись с ним и узнав детали переезда во Флориду и работы согласно своему плану, Ростик принимает решение продолжить движение к мечте и уезжает на остров Кей-Ларго, где его уже ждали в должности смотрителя пляжа в одной из гостиниц известной в мире сети. Так, на некоторое время забылось, и знакомство с таинственным профессором, и необычный разговор. Ростик вновь вернулся на путь к своей мечте. Но пути Господни неисповедимы и Ростик в этом вскоре убедился.
Со дня той встречи с профессором Джоносом прошло уже порядка шести, может быть восьми месяцев. Ростик уже и думать забыл о той беседе, сфера туризма Флориды будоражила, зажигала энтузиазм. Вот она, Америка. И люди в ней, которых можно назвать простыми как три копейки, очень добродушные и приветливые. Пообщавшись именно с американцами, Ростик пришёл к выводу, что их жизнь практически не отличается от нашей, русской жизни. У них точно такие же проблемы, точно такие же заботы как у простого русского человека, отличие только в валюте, если так можно выразиться. Если быть точнее, то после уплаты всего и вся, у простого американца в кармане остаётся денег почти столько же, сколько и у простого русского человека.
Не смотря ни на что, Ростик продолжает накапливать опыт работы в сфере туризма, заводить интересные знакомства, учить язык, общаться с людьми, как вдруг, словно из ниоткуда, на пляже той самой гостиницы, появляется профессор Джонос. Увидев его, Ростика словно молнией поразило. Он мгновенно вспомнил почти дословно весь диалог той встречи, вспомнил, что намеревался изучить некоторые нюансы, о которых ему прямо и косвенно говорил профессор Джонос и к которым он так и не приступил, погрузившись в свои планы и идя к своей мечте.
Будто не желая встречи с ним, Ростик продолжил выполнять свои обязанности на пляже, но, не теряя из виду боковым зрением профессора Джоноса. Однако, профессор, в свою очередь, появившийся на пляже, шёл прямо на Ростика, не обращая внимания, ни на красоту природы, ни на людей, отдыхающих на берегу, словно он целенаправленно оказался именно в том месте и в то время для встречи с Ростиком. Подойдя вплотную, профессор протянул руки и так же, как и в первый раз начал говорить на русском языке:
—"Здравствуй, Ростислав! Рад встречи с тобой. Вижу взгляд твой несколько изменился. По всей видимости, ты стал больше общаться с "муравьишками", надеюсь, твоё мнение о них улучшилось"...
—"Здравствуйте, профессор Джонос. Не ожидал Вас здесь встретить. А знаете, да, моё мнение изменилось. Я пообщался со многими американцами, да и с представителями других наций, и да, моё мнение о них изменилось в лучшую сторону. Я стал всё больше замечать в них схожие с русскими нюансы жизни. Да, конечно, мы различаемся чертами характера и отношением к жизни у нас другое, но вот повседневность, рутина, если это слово можно применить в данном случае, жизненные ситуации и проблемы практически одни и те же. Мне довелось даже пообщаться с несколькими военными американской армии здесь на пляже и могу себе позволить утверждать, что я заметил радикальное отличие".
—"Весьма интересно, какое же?"
—"В Американской армии девиз: "Сделай или умри!"
В Российской - "Умри, но сделай!"
—"Да, весьма существенное различие, я бы даже сказал фундаментальное... Вполне можно допустить, что данное различие, точнее данный девиз, лежит в основе ментальности нации и от него идёт дальнейшее построение культуры определённого слоя населения, а учитывая Вашу историю, то это особенность, в числе прочих, ложится в основу культуры и менталитета всей нации... Тонкое замечание, хотя и лежит-то на поверхности. Молодец, Ростислав. Ну а как твои успехи в поисках ответов на вопросы, которые мы затронули в Нью-Йорке? Удалось прийти к какой-либо точке?"
—"Стыдно признаться, но нет. Я даже не приступил к поиску. Та наша с Вами встреча каким-то образом ушла на время в сторону, и я продолжил свой путь".
—"Ты ошибаешься. Ты неосознанно приступил к поиску ответов с самого главного момента, ты начал общаться с окружающими тебя людьми, именно с теми, кто создал Америку такой, которой ты её видишь. Конечно, я немного утрирую, но, тем не менее, именно эти люди, которых ты сейчас видишь на этом пляже, изо дня в день трудятся на благо Америки, каждый в своей сфере. Самые обыкновенные люди, просто ими движет мечта, одна мечта, по сути единая для всех, хоть каждый и добавляет к ней немного чего-то своего, но её стержень абсолютно один для всех. Вот в чем изюминка, они все следуют за одной и той же мечтой. Ты понял, что это за мечта?
—"Если честно не совсем. Я Вас сейчас не понимаю".
—"Да всё ты понимаешь, просто ещё не осознаешь. Вот скажи, ты мне тогда не ответил на мой вопрос о своей мечте, ответь сейчас, будь любезен. О чем ты мечтаешь?"
—"Я мечтаю набраться опыта в туристической сфере, получить американский паспорт, вернуться в Россию и заняться развитием туристической сферы дома".
—"Это не мечта, это цели и задачи. Набраться опыта - это задача; получить паспорт - это задача; вернуться в Россию и развивать туризм там - это цель. А я спрашиваю о мечте. Улавливаешь разницу?»
—"Теперь уловил, но я никогда не задумывался об этом с такой позиции и мне сейчас довольно сложно дать ответ на такой вопрос".
—"Хорошо, обдумай на досуге, но почему-то в твоих глазах я уже вижу ответ... Однако позволь ещё вопрос тебе задам. Ты сказал, что продолжил свой путь, а с чего ты взял, что это именно тот путь, которым ты должен идти? И верен ли он? Может путь к твоей мечте совсем иной?"
—"Ух, профессор, Вы меня этим вопросом сейчас на полгода загрузите".
—"Я тебе помогу. Это вовсе не тот путь, которым следует идти к твоей мечте, у тебя совершенно иные задачи и цели. Подумай хорошенько и ты сможешь принять верное решение, тем более что оно лежит на поверхности. На самом деле я тебе уже указывал на верное направление, ты просто его не разглядел и продолжил идти не той дорогой, поэтому мы снова встретились. Вспомни нашу беседу в Нью-Йорке, я ещё тогда заметил в твоих глазах проблески твоей мечты, ты просто её неверно себе представляешь, но ничего страшного, теперь ты исправишь ошибку. Однако мне уже пора, рад был нашей встрече, Ростислав".
Профессор Джонос пожал Ростику руку и пошёл вдоль пляжа. Ростик, как и в прошлый раз, словно вкопанный простоял некоторое время на пляже, не обращая ни на кого внимания, будто бы это было во сне. Придя в себя, он оглянулся вокруг, пытаясь найти взором загадочного профессора, но его уже и след простыл. В какое-то мгновение Ростик даже подумал про себя: "А был ли он вообще здесь сейчас?»
Продолжение следует...