Настёнкин проулок 2 ч

Наутро быстренько перекусив, Андрей Васильевич позвонил в сельсовет, справился у специалистов о всех деталях, касающихся Анастасии Дмитриевны, узнав при этом еще кучу деликатных подробностей. Слушал голос в трубке, таращил густые брови и качал головой. Он бы во многое не поверил, если б вчера не увидел подобное своими глазами. Оказалось, по линии собеса были неоднократные попытки организовать уход за старушкой. Но всякий раз после одной- двух недель посещений ее, работники категорически отказывались от возложенных обязанностей. Одна из уважаемых работниц отозвалась так:
-Буду голодная сидеть без копейки в кармане, но к этому извергу больше не пойду. Я ж с ума сойду с ней!   
«Какой такт и терпение нужно иметь этим двум милым соседкам- думал Андрей Васильевич- таким при жизни памятники ставят.»
Вопрос с углем решить оказалось не так просто, как с дровами. Тракторная телега дров была к полудню уже сгружена возле дома Анастасии Дмитриевны. А вот уголь пришлось заказывать, отопительный сезон уже начался и в это время взять его оказалось труднее. И все таки, через несколько дней нашелся и уголь.
Утром, когда вопрос с углем практически был решен, Андрей Васильевич закупив в магазине кое- что в виде подарка, заехал к старушке за деньгами на оплату угля. Встретила она его уже как старого знакомого:
-Что- то долго тебя не было? Я уж думала не придешь- она так же жутковато улыбалась. И вдруг выглянула из за спины и сердито прошептала- во несет нелегкая…-сзади подходила Анна Степановна.
-Соседк, тебе в какие веки счастье подвалило, спасибо Вам Андрей Васильевич, и здравствуйте- заговорила она, подходя ближе- теперь наша бабушка будет и с теплом.
 Анастасия Дмитриевна промолчала и продолжала сердито смотреть.
-А как же с угольком то, не слышно? - Анна Степановна озабоченно заглянула в глаза Андрея Васильевича.
-Да вот за тем и приехал- отвечал тот- денежки нужны и за дрова и на уголь.
Теперь Анна Степановна обратилась к Анастасии Дмитриевне:
-Какая радость, какая радость- всплеснула она руками- тогда не чего тянуть резину, иди- ка баб, откупоривай свой сейф.
Продолжая молчать, хозяйка развернулась и шустро заковыляла в дом и напрямую к печи. Отодвинула занавеску, покопалась с минуту в тряпье и вытащила оттуда старый, избитый молью валенок. Затем сунула в него свою темную жилистую руку и достала бумажный сверток.
«Вот это сейф!» - ухмыльнулся Андрей Васильевич.
-Скоко ж? – шепотом произнесла старушка, разворачивая сверток.
Андрей Васильевич отложил в сторону пакет с подарками и раскрыл папку:
-Вот квитанция на дрова, за два куба- триста рублей, а за две тонны угля- вот квитанция, полторы тысячи.
-А за привоз? - подняла глаза Анна Степановна.
-Ни чего не надо, я так договорился- Андрей Васильевич взял деньги и  поставил пакет на табуретку- а это я Вам, Анастасия Дмитриевна.
Старушка стояла в нерешительности посреди комнаты, прижав к груди валенок.
-Да Вы что, милый Андрей Васильевич, да мы ей только что всего накупили, ну, так, баб Насть?- заговорила опять Анна Степановна.
Старушка нахмурилась больше обычного.
-Что, опять Славочка приезжал? Ну, что ты будешь делать, это наказание великое- Анна Степановна всплеснула руками.
-Мое дело- буркнула Анастасия Дмитриевна.
-Ну вот, поговори… - соседка снизу вверх посмотрела на главу.
-Ладно, разберемся, а то- время, пора ехать- Андрей Васильевич посмотрел на часы, а сам подумал: «С этим внучком надо срочно что то делать.»


                2
На угольном складе, у весов скопилась очередь машин. В морозный воздух парили с десяток глушителей. Андрей Васильевич подкатил к трактору, выделенному директором хозяйства. Молодой плечистый тракторист открыл дверцу кабины-
-Наверное, часом не отделаемся.
Андрей Васильевич с сожалением оглядел очередь, пожимая плечами, и  помолчав, обратился к трактористу:
-Витя дорогой, ну раз тебе все равно стоять, дай я вот тут, по адресочку проедусь.
Он оставил ему на всякий случай бумаги на уголь и поехал в центр поселка. По адресу, указанному не бумажке, что выдали работницы сельсовета, хозяева отсутствовали. Андрей Васильевич постучал в соседнюю квартиру. Открыла молодая женщина.
-Простите- обратился он к ней- мне б узнать, где Ваши соседи.
Женщина ухмыльнулась:
-Если Вам нужен он- Вам точнее в милиции скажут. Он сутками пропадает. А если она, то на работе, в школе техничкой работает- сзади вдруг затопали тяжелые шаги- да вот он сам, явился- не запылился, извините- и женщина захлопнула дверь. Андрей Васильевич обернулся.
По лестнице не спеша, поднимался неряшливо одетый мужчина, лет тридцати, невысокого роста. При виде незнакомого, представительного с виду человека, остановился посреди лестницы, поднял хитро сощуренные глаза.
-Вы Вячеслав?- Андрею Васильевичу уже неприятно было общаться с этим человеком, но он сдержался.
-Да, а что?- развязно ответил новый знакомый.
-Давайте выйдем на улицу, у меня к Вам есть важное дело- Не подавая руки, он показал ему вниз. К его удивлению, мужчина покорно пошел, куда ему указали. В голове Андрея Васильевича сразу  возник план- чего то его, собеседник боится, значит с ним можно работать. Выйдя на улицу, так же спокойно показал на дверь машины:
-Садись.
Тот в нерешительности остановился:
-Зачем?
-Там поговорим.
После того, как захлопнулась дверь машины, Андрей Васильевич почувствовал еще большее отвращение к соседу- от него разило вонью еще большей, чем была в доме у Анастасии Дмитриевны. Довершал этот ароматный букет свежий перегар.
-Ты кто?- картинно откинув голову, первым заговорил мужчина.
-Глава сельсовета в Осиновке.
-О-о…тогда мне некогда…- он взялся за ручку двери.
-Стой!- как можно жестче тихо сказал Андрей Васильевич- если ты не хочешь, что б я завел на тебя уголовное дело- закрой дверь.
Дверь тихо закрылась.
-Ты…ты не имеешь права, я Чернобылец…я инвалид- закричал он и тут же начал подтягивать штанины поочередно с обеих ног- на, смотри…
Андрей Васильевич сморщился- неприятно- красные, словно ошпаренные кипятком голени соседа были почти сплошь покрыты струпами язв.
Он на минуту растерялся, но тут же собрался с мыслями:
-Сколько ты получаешь пенсии?
-На водку хватает.
-А зачем у Анастасии Дмитриевны отнимаешь деньги? Молчи! У тебя двое пацанят, их кто кормить будет? Я сказал- молчи! - Андрей Васильевич не узнавал себя- сейчас поедешь со мной в Осиновку убирать дрова и уголь, а там посмотрим.
-Я ж сказал- не могу. У меня ноги болят.
-У всех болят, у меня тоже не железные, будем вместе убирать.
Андрей Васильевич включил скорость и медленно выехал со двора.
После пятиминутного молчания мужик вдруг заговорил совершенно иным тоном:
-Слушай, это ты …, то есть Вы там новый председатель? А я много слышал о вас хорошего. И бабка про тебя говорила…
-Почему ты ее так зовешь? Она для тебя больше, чем «бабка»! Мог бы найти и поумнее слова.
Мужчина недовольно поморщился:
-Я всегда ее так зову. Слушай, а дрова то эти, их пилить надо…- вновь переходя на ласковый тон заговорил пассажир.
-Вот и попилишь, и заодно и порубишь. Топор у Анастасии Дмитриевны есть, козел сделаем, и пилу найдем- Андрей Васильевич разговаривал не отрывая взгляда от заснеженной дороги, которая через минуту поворачивала на склад.
Трактор уже стоял под погрузкой, а спустя еще минут пятнадцать въехал не весы. Андрей Васильевич вышел, подписал документы и сел снова в машину.
-Эт что, и уголь бабке? - удивленно произнес пассажир.
-Тебя это не устраивает, так привез бы сам- спокойно ответил Андрей Васильевич.
-Не, я что, и уголь буду таскать? – опять скорчил он недовольное лицо.
-Есть деньги- можешь нанять- услышал в ответ.
Внук поежился, но отмолчался. Машина круто развернулась, и, разбрасывая из под колес смешенное с песком  месево снега, медленно покатила за трактором. За всю дорогу до Осиновки пассажир больше не произнес ни слова.
Андрей Васильевич решил не тратить на этого человека слова, а просто решил попытаться силой своего авторитета извлечь хоть какую- то пользу для старушки. Пока это получалось.
Двигаясь по центральной улице села, трактор не встречал препятствий. Но вот он повернул в проулок и зад прицепа завилял, объезжая столбы, кусты, водоразборную колонку. Место для трактора тесновато и где то он по кусту проехал, да и колонку  чуть было не зацепил. Тут пассажир ожил:
-Он что, с утра не похмелился? Председатель, ты куда смотришь? Он же чуть колонку не своротил! Он что, хочет мою бабку без воды оставить? Остановись, шеф, я ему счас харю сворочу.
Трактор повернул к дому Анастасии Дмитриевны и остановился. Дверца распахнулась и на снег спрыгнул саженного роста Витя тракторист. Внук неожиданно съежился и закряхтел и сразу сменил тон:
-О, да эт Витек, друг…это…-и уже суетливо выкарабкался из машины, на ходу протягивая руку- что, Витек, бабке моей помогаешь?  Мы счас с нее магарыч стрясем, точняк!
-Я вот тебе точняк башку с плеч стрясу, если будешь филонить- выговорил тракторист сквозь зубы, открывая крюки заднего борта и добавил- убери свою грязную лапу, давно б дрова перепилил и свалил в сарай, балбес. Куда вот мне теперь подъезжать?
-Витя, время не было, а мы счас разберемся- внук забегал взад- вперед.
 Выгруженные у сарая дрова раскатились и загородили проезд. Вышедший из машины Андрей Васильевич предложил:
-Витюш, погоди- ка пяток минут, сейчас мы с этим чудаком маленько подсоберем и ты проедешь.
В это время на порог в открытую дверь вышла ссутуленная Анастасия Дмитриевна. Тракторист, не заметив ее, возмущенно обратился к Андрею Васильевичу:
-Это Вы хотите этому придурку помогать? Пусть сам вкалывает, сачок, бабулю замордовал, и нам лапшу вешает- время у него не было! Самогон трескать время было- и тут растерянно обернулся, Анастасия Дмитриевна дергала его за рукав, глядя исподлобья:
-Малай, он не придурок, не смей так на него, у него ноги болят- могучий траторист по-мальчишески смутился:
-Ладно, ладно, бабуль, усадила его не свою шею…Кнута ему хорошего надо- и пошел к кучке дров.
Андрей Васильевич с интересом наблюдал эту сцену- старушке было явно неудобно, в то же время она была мягко говоря, очень недовольна поведением тракториста.
А в это время тот сбросил куртку, повесил на забор и предложил внуку:
-Бери- ка, хорош сачковать- ухватил самое толстое бревно за один конец, показывая взглядом внуку на другой. Словно спичку поднял свою сторону- внук пошатываясь и горбясь поднял другую сторону и  морщась, понес с ним бревно к стене. Старушка с криком всплеснула руками:
-Ды куда ты, у него ж ноги…
Андрей Васильевич представил голени внука, подскочил, перехватил бревно:
-Иди,  что помельче катай.
Наконец одна за другой все бревна были уложены у стены сарая. Теперь тракторист вырулил прицеп задом поближе к двери. Включил в работу насос гидропривода- кузов прицепа дернулся, одной стороной оторвался от рамы и нехотя полез в небо.
 И вот черная, сверкающая кое- где крупными глыбами с алмазным блеском угольная масса, лежит на земле, точнее, на снегу, как у Сурикова боярыня Морозова. Но тут все перепуталось. На снегу черный, словно ворона уголь, а только- что будучи грозной «боярыня», не веря своим глазам, смотрит на  картину, в создании которой, отчасти, участвовал и ее безмерно любимый внук.
Тракторист включил на опускание и медленно поехал со двора. Андрей Васильевич подошел к внуку:
-Надеюсь, ты со мной ссориться не хотел бы, так?
-Ну?
-Давить на тебя не хочу- сколько успеешь, но сам понимаешь, нужно чтоб мороз не схватил- уголь то влажный. Вечером отвезу тебя домой.
-Да? Прям до дома?
-Я сказал. Пока- Андрей Васильевич пошел несколькими словами перемолвиться с хозяйкой:
-Теперь Вам хватит на зиму? - обратился он, подойдя к старушке.
-А Славочке как одному убирать?
-Не спеша. До вечера время есть, а к концу работы я подъеду, помогу, и отвезу его.
Анастасия Дмитриевна тихо прошептала:
-Спасибо тебе…
-Ладно, печка то дымит? – Андрей Васильевич вытер потный лоб.
-Дымит- спохватилась старушка- не знаю что делать.
-Завтра приеду, почистим, ну, поехал я, до вечера.
Старушка молча кивнула головой и проводила его взглядом, пока машина не скрылась за кустами.
Днем у Андрея Васильевича в сельсовете было много работы. Перебирал архивы, копался с отоплением- попала в трубы воздушная пробка, приходили посетители со своими проблемами, да еще надо было составить план работы на ближайшее время. Не успел оглянуться- день на исходе. Ближе к четырем часам предупредил специалистов, что уезжает и пошел к машине.
К концу дня мороз заметно ослаб и у Андрея Васильевича возникло сомнение- вдруг этот внучок сошлется на  усталость и потепление или еще что- то и не уберет до конца уголь. Решил, надо быстрее ехать. Но, подъехав к дому, не поверил своим глазам. Возле сарая не было ни угля, ни дров. Только невдалеке от двери в сарай валялся замерзший труп той собачки, что первой встретила его около этого дома. Он грустно вздохнул: «А тебе помочь не успел.» Чуть постоял и пошел в дом. В сенцах удивился- пахнет жареным. Открыв дверь в избу, удивился еще больше. Внук по хозяйски орудовал возле самопальной электроплитки- жарил яичницу, тут же ловко уплетая ее прямо с плиты. «Как же она ему в глотку лезет? - первое, что подумал войдя, Андрей Васильевич- ведь у старухи кур то нет, а яйца наверняка тех соседок. И не ошпарится, гад.» Он показал внуку молча головой на дверь. Но Анастасия Дмитриевна подступилась к нему, теребя за рукав:
-Пусть поесть человек, уморился!
-Мне некогда, да и поздно- Андрей Васильевич был непреклонен.
-Все, иду- на ходу дожевывая кусок хлеба и запивая мутной жидкостью из грязной банки, внук направился к двери- поехал, баб, как- нибудь навещу.
-Не «как нибудь», а завтра, пилить дрова- поправил его Андрей Васильевич.
Анастасия Дмитриевна словно орлица крылья раскинула руки, одновременно приседая:
-Пускай отдохнет, пускай отдохнет, я сказала- почти кричала она, будто этой сердитой позой  хотела напугать Андрея Васильевича. И уже смягченно добавила- у меня пока дрова есть.
Довольный произведенным эффектом внук самодовольно смотрел на главу.
«Да, действительно- вот поговори»- подумал про себя тот. Тут в сенцах загремели шаги, открылась дверь, и в комнату избы вошли соседки Анастасии Дмитриевны с полными сумками в руках. Они скороговоркой поздоровались и без церемоний, наперебой  заговорили:
-А мы то еще с утра в центр ушли. То в магазин, то к подругам побалакать и просидели…
-А потом нам сказали, что уголь нашей бабушке повезли…
-Да, и скорей ходу назад…
-Хм, вам что ль привезли- насупился внук.
Подруги словно не слышали реплики. А Анна Степановна спросила:
-А кто ж убирал то и дрова, и уголь, баб Насть?
Та ответила, словно помолодев:
-Кто, кто, ай не кому?
Анна Степановна удивленно уставилась на внука:
-Славк, ты, что ль?
-А кто ж?- опередила Анастасия Дмитриевна внука- у бедного руки чуть не отскочили.